Сергей Кусков – Фрилансер. Повелитель ареала (страница 41)
— Да, ты и правда с фантазией. Но нет. Я не согласен. Ибо мы будем драться во-первых, а во-вторых, вы будете уничтожены. В любом случае.
— Сеньор, а вы играли в казино? — До рандеву минута, а я ничего пока не сделал. Очко сжалось, к горлу подступил панический страх, а потому фантазия и харизма работали с удесятерённой силой.
— Глупый вопрос, — сощурился сеньор.
— Я, вот, недавно играл. И знаете, что удивило? Я играл в первый раз в жизни, первый вечер! И мне выпал флеш-рояль. Тогда, как он зачастую не выпадает опытнейшим профессионалам за всю их трудную жизнь. Но ещё более удивительно, что у соперника было каре, то есть «рука» лишь на чуть-чуть слабее. Скажите, какова была вероятность такого происшествия?
Пауза.
— В жизни всякое случается, сеньор Торрес, — продолжил я. — Давайте не будем ломаться, а просто заключим эту грёбанную сделку! Не на эмоциях — эмоции вредят деловым людям. А как профессионалы своего дела, а я ни в коем случае не опьянён временной победой над вами и считаю вас опаснейшим и тяжелейшим противником, которого до смерти боюсь. Борюсь, но боюсь, опасаюсь, потому и не делаю глупых ошибок.
— Рандеву! — голос пилота. — Следуем дальнейшей программе согласно полёта?
— Стоп-машина! Зависли! — скомандовал вслух я. Сеньор на той стороне визора усмехнулся, поняв меня, и тоже вслух, для своих, отдал приказ:
— Стоп-машина! Ждать!
Ему утвердительно ответили, разобрал только голос.
— А знаешь… — продолжил он, сощурившись и сквозь прищур оценивая меня. — А знаешь… Хуан. Ты очень интересный противник. Теперь понимаю этого пердуна Октавио. Он так и сказал: «Вы пожалеете. Эта сучка — единственная, кто сдерживает это малолетнее чудовище. Устранив её, вы получите такие проблемы, какие и в страшном сне не могли увидеть». А также понимаю его настрой взять тебя зятем.
Это он про Сирену и покушение на неё? И что, такое сказал Феррейра? Что ж, император Октопус вырос в моих глазах.
— Пожалуй, я готов сыграть в эту игру, — сам себе кивнул он. — Но вот твоих бойцов у нас двадцать два. А ты предлагаешь спасти ОДНОГО члена моей семьи.
— А вы что, ставите знак равенства между ОДНИМ аристократом и ОДНИМ простолюдином? — картинно взлетели мои брови. — Сеньор, давайте я опубликую на портале «Цитадели» наш разговор, пусть люди посмеются с вас. Не все, исключительно аристо — им тоже нужно смеяться. Да вас во всех салонах начнут презирать, все коллеги, узнай об этом!
Что смог — сделал. Лишь бы не переиграть. Гранд Торрес не тот человек, которого можно взять на слабо. Но в теории я готов обещать жизнь и безопасность двадцати двум членам их семей, один к одному, просто бравирую.
— А знаешь… — собеседник наморщил нос, сам себе кивнул и принял решение из разряда «я царь, как захотел — так и будет». — А знаешь, я, наверное, не стану с тобой спорить. Ведь всё равно мы победим, и тебя по моему приказу вздёрнут на козырьке главного входа дворца, ага, по твоему же рецепту, без суда и следствия. Одного ты пообещаешь, или больше — без разницы. Но также верно и про аристо. Даже профессионалы такого уровня, как люди Гарсия, не стоят одного члена семьи Сантос. Так то я уступлю, и сравняю стоимость их жизни с одним членом их семьи.
— Сантос? — не понял я.
— Да. Это люди Альфонсо взяли тех… Бойцов. — Сеньор снова избежал оскорбления, респект ему и уважуха. Я сейчас искренне. — Они у них в поместье, в камерах, и только они могут решить их судьбу.
— То есть они могут не согласиться на такую сделку? — Я снова напрягся.
— Я поговорю с крестником, — довольно ухмыльнулся сеньор. — Объясню ситуацию. Как бы он ни ненавидел тебя за гибель отца, он остался «на плаву» и мыслит трезво. Мне нужно время для разговора.
— Предлагаю, чтобы война не началась, а без нас она не начнётся, остаться здесь, повисеть, подождать решения Сантосов. — Самый скользкий момент моей операции с бравадой в подвешенном в атмосфере состоянии… Но повезло, бог любит Хуана Шимановского.
— Полностью согласен. Ты ж не спешишь? — усмешка сеньора. Всё понимал, старый лис, для чего я тяну время. Но в отличие от меня, он считал, что в любом случае они победят, а жизни бойцов для него ничего не значили. Кстати, к ним до сих пор идут подкрепления, так что с другой стороны ожидание им тоже немного выгодно.
— Меня, конечно, чаем не поили, как вас Фрейя, но переживу какое-то время, — ответил я. — Да, давайте пока повисим.
Мы разъединились. Он — звонить партнёру, возглавившему клан вместо отца Альфонсо Сантосу (считающему меня УБИЙЦЕЙ отца, видали наглость?) Я же набрал своих.
— Зенит, мы какое-то время повисим в этой точке. Никаких враждебных действий в отношении конвертоплана сеньора Торреса не предпринимать. Следить за обстановкой вокруг.
— Понял, Кедр, — отчитался зенитчик.
— Хуан, я в бункере, в резервном центре управления. — Это Фрейя. — Что у вас?
— Всё норм, тяну время. Подгоняй там наших, как они?
— Справляются, но эвакуируются медленнее, чем должны по плану.
— Хорошо. Давай, за старшую. Не подведи!
— Есть, мой генерал! — Козырнула. — Хуан, я примерно понимаю, зачем ты накачиваешь атмосферным воздухом всё под куполами. Но всё же…
— Фрей, если по куполу долбанут ракетой, если Зенит её не перехватит, не хочу, чтобы купол сложился внутрь. Чем выше давление внутри, тем больше вероятность, что при взрыве осколки и поражающая часть отлетят наружу.
— Это-то понятно. Но вся зелень погибнет. Кстати, в том числе роща перед корпусом.
— Фрей, это деревья. Привезём из питомника новых, когда победим.
— Поняла тебя. Всё, я на стрёме, руковожу процессом! Ах да, Бэль притащила в бункер ту девицу, Каролину. Лопочут друг с другом, как закадычные подруги — обе нервное напряжение сбрасывают.
— Это ж хорошо, что есть с кем в трудную минуту языком почесать. Разве нет? — не понял я.
— Она — дочь одного из главных мятежников, — напряжение в голосе. — Насколько ей можно доверять?
— Я доверяю. Но рядом на всякий двое или трое ветеранов.
— Поняла. — Вздох. Тему закрыли. — Хорошо, вопросов больше нет. Удачи, рыцарь! Порви их всех!
Рассоединилась.
Сеньор Торрес вышел на связь через минуту.
— Хуан, Альфонсо согласен со мной, что это бред — вы всё равно все умрёте. И казнить ваших людей не планировал — ты уж слишком показательно считаешь нас исчадиями ада. Иногда на всю страну. Это неправильно. Но он пошёл навстречу и назвал свою племянницу Ирэн. Её отец, кузен Альфонсо, погиб при аварии маршевых двигателей, возможно, ты слышал про ту историю несколько лет назад. Он хочет для девочки счастья и готов обменять на жизнь твоих бойцов. Теперь ты доволен?
— Да, я доволен. — Я кивнул. Есть! Получилось!
— Тогда, раз мы ЗАКЛЮЧИЛИ СОГЛАШЕНИЕ, — выделил он эти слова, — летим дальше?
— Сеньор! — картинно распахнул я глаза. — Как можно! Нет, я не ставлю под сомнение ВАШЕ слово, хотя Сантосу, признаюсь, не поверил бы. Но вот… Понимаете, случайность в нашей жизни никто не отменял. Вдруг мои люди её убьют по ошибке во время штурма? В пылу боя все кошки серы, знаете ли.
— Снова тянешь время, — понимающе улыбнулся сеньор Торрес. — И чего ты добьёшься за этот час, что будет происходить обмен?
— Хотите сказать, что перед смертью не надышишься?
— Именно! — Улыбка сеньора стала лучезарнее.
— Тогда, если нас раздавят так и так, что теряете вы? Куда спешите?
— Может, боюсь удара твоих сучек с тыла? — скривил он нос.
— Они так и так ударят, — вернул улыбку я. — Если есть такой приказ, конечно. Я и моё время на это не влияют. А имперский крейсер, как вы уже знаете, не по нашу душу.
— Что ж, делаю последнее исключение, последнюю милость для тебя. — Он картинно вздохнул и назидательно поднял палец. — Только потому, что признаю тебя достойным юношей. Не каждый из знакомых мне молодых людей знает по номерам все тридцать шесть стратагем, и тем более мало кто процитирует Сунь Цзы.
— Сеньор, я также отношусь к вам с уважением, и даю слово, все ваши родственники умрут легко. По вам варианты, от меня не зависящие, но те, кто не нужен следствию, будут умерщвлены гуманным и быстрым способом.
Сеньор вновь рассмеялся такой шутке, но видно по глазам, смешно ему не было.
— Что ж, тогда я звоню Ирэн и крестнику, А ты — Селене? Правильно понимаю?
— А есть варианты? — развёл я руками.
— Ну, как бы… Я не понимаю такого доверия некоторых к этой импозантной дамочке. Она всё же ваша родственница.
— В гробу видал таких родственничков! — вырвалось у меня. — Моя б воля — угостил её букетом чего-то железного. Магнетика размером со снаряд рельсовки. Но, к сожалению… — Тупая улыбочка. — Других нейтралов на планете нет, а подключать иностранные государства не хочется.
Судя по лицу сеньора, он в курсе, что Селена одна из тех, кто остался в стороне, но технически участвовал в приготовлении к мятежу. Только поэтому ей доверяют. Хорошо устроилась, стерва, и нам родня, и им не чужая. Вот у кого надо учиться!
— Что ж, тогда повисим, — подвёл итог переговорам сеньор. — И как только Ирэн переместят в безопасноую зону, как и ваших освобождённых бойцов, так и тронемся. Я, в отличие от тебя, в гостях чаю попил, — вернул он шпильку.
— Так точно, сеньор Торрес, — не мог не согласиться я.
— Фрей, есть идея как ещё усилиться, — без предисловий начал я, вызвав главу государства по выделенке. Мысль осенила только что — иногда полезно повисеть в атмосфере в состоянии преднервного срыва, дельные идеи сразу почитают тебя своим присутствием.