Сергей Кусков – Фрилансер. Ареал — Венера (страница 18)

— А ещё я твою сестру трахнул.

Но аргумент с сестрой не подействовал.

— Это её сложности. — Адриано презрительно скривился. — Отец тебя не стал наказывать, мои поздравления, а её маман и её злость мне фиолетова. Но она с первого дня знала, что ты её используешь — это вдруг если считал, что смог очаровать эту тварину. И сама использовала тебя для своих игр.

Пожал плечами. С Марго просто удачно получилось. Не будь её — было бы что-то другое. Но раз девчонка сама напросилась в игры играть, почему нет?

— Адриано, начнём с начала, — принялся я раскладывать по полочкам. — Твой отец и подстава с террористической угрозой в школе. Ты вообще умный? Ну хоть раз? — издевательски бросил ему в лицо. — Ты вообще понимаешь, ЧТО он слил Веласкесам?

Андрюша раскрыл рот что-то сказать, но в итоге смолчал.

— А слил он, дорогой мой будущий друг, УЧАСТИЕ В ЗАГОВОРЕ. — Я был само ехидство. — Ни больше, ни меньше. Он на свои, правда, в синдикате таких же аристо-сооснователей, планировавших переворот, организовал и содержал целую сеть ультрас, которых планировалось использовать в качестве мяса во время решающей фазы переворота. Пять столичных клубов Примеры, ещё бог весть какие клубы, некие закрытые сообщества по интересам и общественные организации с координацией через соцсети. На деле — центры подготовки профессиональных бойцов, обучающие работе против силовиков толпе. Центры пропаганды были не его, этими заведует, причём до сих пор, Сэмюэль Абанкуэйро, но вот что касается мяса и обучения… — покачал головой. — Ты уверен, что твоему отцу нужен ТАКОЙ актив?

Адриано задрожал, покраснел, но смолчал.

— У меня этой весной получилось осадить их и местами разгромить потому, что он «соскочил», — усмехнулся я. — Но ваше досье, подкинутое через портал Рохелео Кастро и его «Хроники борьбы за справедливость», свидетельствуют, что этот «соскок» был выгоден в первую очередь ему самому, гораздо менее, чем королеве. Потому, что он и сам понял, что имперцы его «кинут», и именно ты мне на это «открыл глаза». А теперь представь, что у него не было бы повода «соскочить», «слив» активы? Что было бы тогда?

— Тогда с одной стороны, — зло продолжал я, — у него наковальня из коллег по перевороту, с чёткой перспективой остаться без всего. Без влияния, без компании, и, скорее всего, без жизни. А с другой — гнев королевы, которая бы терпела дольше, операция бы произошла позже, но в итоге она начала бы борьбу за выживание. А когда мать дерётся за выживание, защищая дом и потомство, она способна на любые безумства! И, думаю, от старости твой отец бы точно не умер. И компания бы в любом случае вам не досталась бы.

Зато теперь сеньор Умберто «соскочил». Сам. Все понимают, что его припёрли обстоятельства, но с другой политес — он ДОБРОВОЛЬНО уничтожил всё, что сделал для организации переворота, прикрывшись смешным фиговым листиком обвинения в терроризме в школе, а этот аргумент вызывает улыбку даже у ярых верующих во что угодно. Но посодействовав мне через Марго и тебя с порталом Кастро, он «обелился», и королева вряд ли в ближайшее время будет жаждать его крови, как бы «тепло» к нему ни относилась. Он заслужил не прощение, но спокойную жизнь на обочине, без преследования и жести.

— Что же касается тебя, — продолжил я, сузив глаза, добавив в голос напора, то ты, Адриано, был таким же точно ублюдком, как и те, кто 3,14здил тебя в элитной школе. Ты точно также смотрел на быдлян, как смотрели на тебя законнорожденные коллеги. И своё у фонтана заслужил честно. И я больше скажу, я вижу в тебе после этого перемены. Ты изменился, и очень серьёзно. Ты всё ещё сукин сын, ты всё ещё аристократичный подонок, но ты, по крайней мере, осознал, что вокруг тебя — люди, и ты сам — тоже людь. И больше скажу, и насчёт полнокровных аристо ты понял то же самое. Они — люди, как и все. Просто высокомерные уроды. Ну согласись, будущий друг, это стоило того, чтобы отхватить по сусалам! — Я расплылся в довольнющей улыбке. — В жизни за всё нужно платить. Но если за товар мы платим презренными деньгами, то вот плата за знания иногда бывает ой какой суровой, и иногда неподъёмной. И в твоём случае всё хорошо, ибо хорошо закончилось. Просто владей полученными знаниями правильно, а не кори судьбу злодейку, что не дала тебе побыть аристо.

— ДА НЕ АРИСТО ТЫ! — заорал я, подскакивая, и собеседник непроизвольно отшатнулся и вжал голову в плечи. — Они НИКОГДА не примут тебя в свой круг! Будь ты семи пядей во лбу! Будь каким угодно! Но ты — не они! И никогда в их круге не будешь своим!

Сел на место. Заставил себя успокоиться.

— Ты тоже там не будешь, — всё понял он и покачал головой. — А потому и не стремишься. И мне пытаешься сосватать то же поведение. — А теперь грустная ухмылка.

— Твоя ошибка в том, что ты собираешь вокруг себя только бастардов, — парировал я. — Я согласен, у них жизнь нелёгкая. И в целом им тяжелее, чем тебе — у тебя хотя бы отец из основателей. Он слишком могущественен, чтобы о тебя вытирали ноги, но о тебя их один фиг пытались вытереть, даже несмотря на это. Ты создал братство, ты их защищаешь… Но у вас нет будущего. Ибо ОНИ никогда не примут не только тебя, а вас всех. Даже объединившись, вы ничего не сделаете, не достигнете, не пробьётесь, не измените. Но при этом вы сами копируете модель поведения аристо и смотрите как на говно на тех, кто внизу. А значит для тех, кто ниже, вы ничем не отличаетесь от НИХ. А потому, Андрюшенька, — усмехнулся я, — вы все в школе отхватили вполне заслуженно, и не надо ля-ля в оправдание. Мои парни и девчонки били упырей, которых ненавидели всеми фибрами души, и им без разницы на сорта дерьма, ибо и вы, и ОНИ дня них дерьмо, просто разное.

Ну что, объяснил я тебе неправоту? Да, я бил тебя в той школе, и не жалею. И ещё побью, если увижу такие же понты. И мне нет разницы, истинные вы или бастарды, если ведёте себя как упыри. Надеюсь, более ты этот вопрос поднимать не будешь, и это не будет стоять между нами.

А почему я себя так веду, почему предлагаю то, что предлагаю, и постоянно навязываюсь… — Я усмехнулся. — Потому, что в отличие от некоторых, ты с мозгами. И можешь не просто понять неправоту, но и принять путь, как обойти эту проблему. Решить её. Ибо я не просто сукин сын, а сукин сын, знающий, как чего-то добиться ТАМ, — палец вверх, — плевав на НИХ и их к себе отношение.

— И как же ты этого добьёшься… ТАМ? — подался вперёд Адриано. Кулаки его всё ещё сжимались, желваки всё ещё гневно ходили, но он принял, что я говорил. Ибо видимо не раз думал над всем этим и сам, я просто проговаривал вслух очевидное.

— Повторюсь, ваша ошибка в том, что вы — замкнуты. Вас мало. Ты интуитивно решил создать параллельный контур из деток аристо, «вторую лигу». Члены лиги помогают друг другу, продвигают и всё такое. Но из-за малочисленности ваш контур будет работать сугубо ограниченно. ИХ всегда будет больше, и власти у них также на порядки поболее. Это тухлый контур, он не сможет заменить основной. Грубо говоря, вы всегда будете на третьих ролях… И самое смешное, на них же вы будете и без этого контура и взаимной поддержки, просто за счёт авторитета родителей. Просто над вами теперь будут смеяться как над коллективом, а не над каждым неудачником в отдельности.

— И что же, по-твоему, нужно делать? — Я его заинтересовал.

— То же, что пытаюсь делать я. Расширить этот контур. Причём и вверх, и вниз.

Ему потребовалось около минуты, чтобы всё осознать.

— Поясни? — наконец, выдавил он. — Как в создании… Этого контура можете помочь вы? И как расширить его «вверх»?

— Начну со второго, — во все зубы улыбнулся я. — Наверху есть люди, не смотрящие на вас, как на говно. Буду справедлив, их не много. Но и недооценивать их тоже не надо. И что удивительно, каждый из них, вне зависимости от влияния семьи, просто присутствием в ваших рядах, может очень сильно помочь вам. Первым делом тем, что все увидят, что ваш контур более не сословный. Он не только про «незаконнорождённых выблядков», это сеть параллельного управления государством. Это, ещё раз, Андрюша, СЕТЬ. Контур управления. Параллельный им! Почувствовал магию слов? Отныне это не клуб неудачников, а клуб хищников, предаторов, закалённых в боях за право называться собой, готовых идти на риск, готовых ставить на кон то, что никогда не поставят они. Вас мало, но вы — звери, которые будут рвать их, невзирая на статус родителей и положение семей, отправляя Гончим Псам под хвост все прежние договорённости между семьями. Пусть вас два десятка, но разбавив вас пятью-шестью истинными аристо, вы вдруг превращаетесь в клуб завоевателей, несущий ИМ нешуточную угрозу. И теперь вместо презрения к вам испытывают страх… А это, Андрюша, совершенно меняет картину.

— Презрение заменяется ненавистью, и прессинг только увеличится, — потянул бывший друг.

— Ага. — Я довольно кивнул. — Это ещё более закалит вас с одной стороны, а с другой… Как сказал Гай Юлий Цезарь Август Германик по прозвищу Калигула, пусть ненавидят сколько угодно, пока боятся. Согласись, честная ненависть не то же, что высокомерие; высокомерие снобов, когда знаешь, что они правы, стерпеть куда сложнее, чем когда понимаешь, что они тебя просто боятся. Таких как ты в принципе.