Сергей Курган – Маскарон. Роман (страница 4)
На снимке, который вызвал такую необычайную реакцию, был запечатлен маскарон4, разместившийся над одним из окон живописного старинного дома в Верхнем городе. На фасаде того дома их было три: все на первом этаже. Лица, изображенные на них – одно мужское и два женских – были на редкость выразительными, и что особенно очаровало Аню, все они были разными. И она сфотографировала их. Тот маскарон, что изумил Макса, изображал одно из женских лиц.
«Не понял, – удивленно писал Макс. – С каких это пор ты стала позировать скульпторам? И когда ты успела?! Анюша, что это значит? Ведь это же твое лицо!»
В первый момент она не поняла, о чем речь. Однако, взглянув на фото еще раз, она была поражена. Скульптор запечатлел лицо привлекательной молодой женщины с удивительным мастерством: оно выглядело, как живое. И в его чертах просматривалось явное сходство с лицом самой Ани. Нет, это не было ее лицо, но все-таки их черты были на редкость схожи, и Макс, посмотревший на снимок «незамыленным» глазом, это сразу заметил.
Ошеломленную, ее захватил вихрь всевозможных догадок и предположений. Сердце забилось учащенно, и она ясно ощутила ауру тайны. Что это могло значить? Как это нужно было понимать? Она решила, как только удастся выкроить на это время, обязательно разузнать о доме все, что возможно. Но одно уже можно было сказать с уверенностью: это необычное открытие утвердило ее в решимости продолжать поиски.
Еще раз окинув взглядом город, медленно растворявшийся в наступающих сумерках, Аня направилась в отель.
Она шла по узкой улочке, обдумывая планы на завтрашний день: главное, нужно зайти в архив, встретиться с фрау Вайгель и узнать, что слышно насчет допуска. Естественным было бы, конечно, просто позвонить ей по телефону, но Ане казалось, что это неучтиво, и что это может повредить установившемуся между ними контакту. Может быть, допуск будет получен скоро, и завтра или послезавтра она уже сможет начать работать с судебными отчетами инквизиции? Хотя в это ей мало верилось: слишком уж медленно все делается в Германии, а в Баварии тем более. «Ну, ничего, – думала она, – подождем, зато»…
Неожиданно подал голос Анин телефон: кто-то звонил ей. Она резко остановилась и выхватила аппарат из сумочки. И в этот момент прямо у нее под носом – в каких-нибудь тридцати сантиметрах перед ней – на брустчатку с глухим звуком шмякнулся наполненный чем-то тяжелым большой полиэтиленовый пакет. От удара о камни он расплющился, и стало видно, что он плотно набит песком.
Аня остолбенела, сердце нырнуло куда-то в район живота. Во рту пересохло.
Телефон продолжал звонить. Она вдруг поняла, что этот телефонный звонок спас ей жизнь: услышав его, она резко остановилась. Если бы не это, она сделала бы очередной шаг вперед, и пакет упал бы точно ей на голову. «Боже, я была на волосок от смерти», – подумала она, – «а мой спаситель»…
– Макс! – закричала она в аппарат, – Макс! Максичек! Мой хороший.
– Алло! Анюша! Что случилось?!
– Макс! Я…
Аня почувствовала, что ей трудно говорить: язык не слушался ее.
Глава 2
ДОПУСК К КОШМАРУ
За считанные секунды произошло очень много, и в голове завертелся вихрь сумбурных мыслей: «Как и откуда упал пакет? Могло это быть случайным или это было преднамеренно? Ведь еще чуть-чуть, и он бы меня убил! Кому это может быть нужно и зачем»? Ответов на эти вопросы не было, и потому Аня испытала совершеннейшую растерянность, так что какое-то время не могла ничего сказать. Но все-таки ей удалось волевым усилием взять себя в руки и ответить Максу – пусть и не вполне спокойно, но членораздельно и внятно.
– Макс, – произнесла она, – я в порядке. Не волнуйся.
– Слава Богу, – ответил он с облегчением, – Что там у тебя происходит? Ты где?
– Я на улице.
– Ты одна?
Аня поняла, что этот вопрос, вопреки обыкновению, был продиктован совсем не ревностью. Она огляделась: улочка была совершенно безлюдной, и не считая ее самой, на ней не было ни души.
– Да. То есть…
– Что «то есть»? Объясни толком!
– То есть, наверное, не совсем одна, – ответила Аня, подумав о том, что кто-то же скинул ей на голову этот…
Она ткнула в пакет носком кроссовки – пакет был плотным и наверняка тяжеленным. Кто-то же втащил его – куда? На крышу? Или его сбросили из окна? Она оглядела старый четырехэтажный дом, возле которого стояла. Часть окон была темной, но в большинстве горел свет, и все они были закрыты, а на некоторых были уже опущены роллеты. Обычный дом. Законопослушные бюргеры спокойно отдыхают. Но из какого-то из этих идиллических окошек ей на голову кинули пакет с песком, и только чудом она осталась жива.
– Что значит «не совсем»? Кончай говорить загадками! Кто там с тобой еще?
– Со мной – никого.
– Я не понимаю. Ты можешь, наконец, объяснить по-человечески? Что ты там делаешь?
– Я просто гуляла по городу.
– Палы-ёлы! – сорвался Макс на крик. – Да что произошло?!
– Произошло то, что в тот момент, когда ты мне позвонил, на меня сбросили пакет с песком.
– Пакет с песком? – переспросил Макс в крайнем изумлении.
– Да, тяжелый. И если б я не остановилась, чтобы вынуть телефон, он приземлился бы точно мне на голову.
– Блин! Ты серьезно?!
– Серьезнее некуда.
– Откуда? – спросил Макс внезапно охрипшим голосом.
– Что откуда?
– Откуда сбросили?
– Из дома, мимо которого я проходила. Больше неоткуда.
– А где ты сейчас?
– Я возле него и стою.
– Линяй оттуда по-быстрому! – заорал Макс. – Слышишь?! Давай оттуда!
Аня испуганно взглянула на дом. Что же она, в самом деле, стоит здесь, как идиотка? Надо бежать отсюда!
– Алло! – продолжал кричать Макс. – Ты что делаешь?! Ты почему там стоишь?! Говорю тебе: линяй оттуда!
– Все-все, – успокоила его Аня, – Я оттуда ухожу, и она быстрым шагом пошла по улочке прочь.
– Выйди на какую-нибудь людную улицу, – продолжал инструктировать Макс, – и дуй скорее в отель! Он далеко?
– Нет, Макс – это рядом, в десяти минутах, если идти быстро.
– Это в каком-нибудь закоулке?
– Что «это»?
– Отель!
– Нет, он в людном месте. Не беспокойся.
– И вот еще что, Анюша. Шокер при тебе?
Аня опустила руку в сумочку и нащупала пластиковый корпус. «Тейзер» на месте, убойная игрушка.
– Да, Макс, и он заряжен, – ответила Аня, предупреждая неотвратимый следующий вопрос. – Хотя какой прок от шокера, если тебе на голову кидают пакеты с песком?
– Анюша, не дури! Что если на тебя нападут в толпе?
– Толпы тут не наблюдается, – ответила Аня.
– Покажи картинку. Ты что, опять кружишь по переулкам?!
– Почему «опять»? – не поняла Аня.
– Потому что манера у тебя такая! – отозвался Макс. – Любишь ты не прямым и удобным путем ходить, а зигзаги и петли выписывать.
– Люблю, – признала она, – что есть, то есть. Вот и чуть не довыписывалась…
– Стоп! Но, это значит, за тобой следили все время! Кому ты понадобилась? Ты там никаких дров не наломала?
– Ничего я не наломала, – ответила Аня, подумав, что Макс прав: за ней следили. Она вспомнила взгляд, который почувствовала на себе в кафетерии и того джинсового молодого человека в очках. «Да, – раздумывала она, – следили. С самого начала или нет»? С уверенностью ответить на этот вопрос она не могла, но ей казалось, что, во всяком случае, не с момента ее приезда в Бамберг.
– …понимаешь?
Аня вынырнула из своих размышлений, и ей стало ясно, что Макс что-то говорил, а она его не слушала и потеряла нить разговора. Поэтому она ничего не ответила, надеясь отмолчаться. Но отмолчаться не удалось, так как Макс повторил:
– Ты понимаешь?!