Сергей Куликов – День вежливости (страница 3)

– А ещё можно дать позвонить, ведь я как раз хотел вас просить об этом-с, – добавил Поролон.

– Вот не скажите, что у вас мелочи нет, – пробормотал Мага, – у такого респектабельного молодого человека обязательно есть. Не трудитесь, я у вас сам найду.

Ситуация развивалась стремительно. Начал накрапывать весенний дождичек, под ногами было скользко, с ближайшего дерева капало за шиворот.

Гопники были со вчера подуставшие, приходилось бродить в поисках лохов до четырёх утра, причём с переменным успехом. Пару раз чуть не нарвались на бобик с ментами, один раз мимо проходили футбольные фанаты с бритыми головами и явными намерениями. Но обошлось.

Утром уже, проспавшись после балтики девятки с ягуаром, троица выплыла на новые поиски лохов. Ведь деньги, как и всё в нашем мире, не вечное.

Сначала Мага чуть не налетел на бомжа Григория, который довольно быстро хромал к соседнему дому. Мага покосился вслед и сказал, поморщившись, своим подельникам:

– Добрейшей души человек.

С Григория взять было объективно нечего. Все это знали, потому пошли дальше.

И тут судьба подбросила, вроде бы, простой и очевидный повод разжиться. Долбоёб Славик. Но про брата десантника джентльмены удачи, на свою беду, забыли.

Тем временем, гопники подпёрли переростка к стенке возле самого входа в подъезд. Сзади была лишь побелка, знатно пачкающая шмотки из сэконда. Славик вылупил глаза набок, откуда с тёмного провала лестницы раздавались тяжкие шаги, будто спускался слон.

Гопники тоже заподозрили неладное, но было поздно. В метре от них материализовался здоровенный, пьяный, в тельняшке и огромных говнодавах, братец этого задрота.

У Сиплого поперёк горла встал очередной вопрос. Раздался лишь хрип.

– Ээээыыыыыииии.

Десантник Витя, держа в руке наполовину пустую, наполовину полную, как кто желает, бутылку пива, медленно подошёл к компании.

Повисло тяжёлое молчание. Поролон, который уже, было, взял Славика за ворот, поспешно убрал руку. Мага уплыл на задний план, за Сиплого. Сам же Сиплый, будучи на острие, решил разбавить совсем уж грустное положение. Он глубоко вдохнул, как Есенин на родной Рязанщине, и сказал громко, непонятно кому:

– Дивные погоды стоят…

Витя, исподлобья, оценил его слова. Кивнул, помолчал полминуты. Потом басом ответил:

– Вы, как я вижу, господа, торопитесь?

Сиплый не стал более испытывать судьбу, благо, что бутылка не прилетела в лоб, он со всех своих ног дёрнулся бежать по двору. Витя топнул ногой, замахнулся бутылкой, отчего Мага и Поролон, тоже без всяких сомнений, рванули в разные стороны, спотыкаясь о садовых гномов, или кем их там ваял местный скульптор. Славик, торжествующе, посмотрел на своего пьяного брата. Тот был не совсем доволен.

Витя повернул своего братца-долбоклюя по направлению ко входу в подъезд, дал ему такой подсрачник, что тот мигом влетел по лестнице на третий этаж.

Потом Витя покачал головой, оглядывая профессиональным взором двор, где ныкались гопники.

За ближайшими вкопанными шинами кто-то кряхтел. Это Мага рухнул туда, подвернул ногу, и теперь сжался там в комок, ожидая расправу. Но десантник Витя был сейчас благосклонен. Он только допил свою бутылку и швырнул её в куст, откуда кряхтели. Там что-то утробно ойкнуло.

Витя побрёл своей дорогой, в сторону ближайшей разливайки. Сиплый выглядывал из-за угла. В кустах, за шинами, стонали. А переросток-долбоёб Славик уже появился на балконе, кривляясь и радуясь, как всё решилось в его пользу.

Но лохи то сами себя не разведут, поэтому гопники, постепенно, снова собрались в кучу, обдумывая дальнейшую стратегию.

Между тем, откуда ни возьмись, на горизонте опять объявился широкими шагами бомж Григорий. Мага указал своим кентам на него пальцем, видимо, как на последнюю возможность поживиться.

Последняя инстанция, так сказать.

Остальные брезгливо поморщились.

– Любезные мои коллеги, – резко и гнусаво пропищал Мага, – времена нынче не те, соизвольте спросить меня, куда я вас приглашу?

– О, мы все внимание, – заинтересовался Сиплый.

Мага указал куда-то в сторону раскатанной машинами детской песочницы.

– Имею предложить вам посетить променад, ведь там всегда много легкомысленных особ.

– Да, непременно-с, мы именно об этом и хотели сказать! – загалдели его кореша

А тем временем, бомж Григорий снова объявился на горизонте. Он нёс пакет с какими-то склянками, одна из которых была явно полной. И шёл этот персонаж однозначно со стороны дома самогонщицы Валентины Никитичны. У гопников замерли сердца. Выпить хотелось, особенно на фоне недавнего позора. А вот денег не было. И лохов на горизонте тоже. Кроме этого.

В итоге расчётливый ум преодолел брезгливость.

Мага покосился на кривую походку бомжа, на своих подельников, на Сиплого, который тоже смотрел безотрывно на пакет самогона.

– Да, господа, мельчаем, – произнёс Сиплый.

Бомж Григорий уже начал исчезать за поворотом, как его нагнали шаркающие шаги, а потом запыхавшийся голос гнусаво спросил:

– Месье, не будет ли у вас табачку? Не извольте беспокоиться, я сам у вас найду.

Сцена третья

Действующие лица:

Алкоголики Степан, Игорь и Пал Андреич

Металлист Плов

Десантник Витя

Проститутка Антуанетта

Официантка Лерочка

Непонятные спящие личности у углу

На всём районе было довольно скучно, если не считать одного злачного заведения. Тут можно было и выпить столько, сколько надо, поблевать под стол, не гнушаясь хозяев, дать в дыню тому, кто не очень понравился, но за углом, ущипнуть за зад стокилограммовую официантку Лерочку, перекинуться в козла, зазнакомиться с девушками третьей свежести, и подобное…

Но можно было и культурно отдохнуть за чтением стихов Байрона.

В этом баре находили своё место и говнари с соседнего бульвара, нааскавшие на полторы кружки кислого пива, и офисный планктон из МФЦ, пускающий слюни на это кислое пиво, недостижимое в рабочее время. И знаменитая проститутка по прозвищу Анька-Валидол, хотя сама себя называла Антуанетта. И гопники, в вечном поиске лохов. И местные пропитые увальни, толкающие пивными пузами столы, Стёпа, Игорь и Пал Андреич. И все, все, все.

Это было место, что всеобщий уравнитель. Одно для всех, и все ради него.

Называлась эта рыгаловка «Белый олень».

У двери было нассано. Облупившаяся краска честно хранила жёлтые разводы. Многие посетители, чтоб далеко не ходить наружу или внутрь, ссали прямо возле двери, на стену. Здесь такое бывало. Собиралась тут совсем неоднозначная богема. От крайности в крайность. От последнего бомжа Григория до директора винзавода Шконкина.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.