Сергей Кулагин – Вот это я попал… Сборник рассказов (страница 20)
Так что пока приходилось пользоваться временно одолженным входом.
Барон Фон-Нёмес шёл по одной из многочисленных улочек нескончаемого замка (он, кстати, так и не узнал, что же находится за ним, так как пока не смог добраться до противоположного конца) и рассматривал прохожих. С кем-то он здоровался, кому-то кивал, но многие просто проходили мимо или обгоняли его, идущего неспешной походкой. Вдруг боковым зрением он уловил жёлтое пятно за одним из икон какого-то заведения. Он остановился и присмотрелся. За столиком у окна с чашкой в руке сидел Демитриус в жёлтом костюме и в очках с роговой оправой. Улыбка расползлась от уха до уха. Как же он был рад видеть своего крёстного. Он перешёл улицу, вошёл в кафе, машинально поздоровался с Юлей и сел напротив «странного мужичка».
– С возвращением, Демитриус. Как же я рад тебя видеть, – и протянул руку.
– А, Семён, – крёстный пожал протянутую руку. – То есть я хотел сказать Барон Фон-Нёмес.
– Вот, – Семён выложил перед Демитриусом его прокалыватель. – Премного благодарен. Завтра зайду к Зайцу и возьму свой, персональный. Тем более Заяц уже дано на это намекает.
– Не надо. Не ходи. Можешь продолжать пользоваться этим. – Как-то грустно предложил Демитриус.
– А как же ты? Как ты будешь проходить?
– А я… – Демитриус посмотрел в глаза крестника. – Что ты видишь, Семён?
– Как что? – не понял Семён. – Тебя вижу, стол вижу, вон Юльку ви… жу…
Семён осёкся. Огляделся. Помещение, в котором они сидели, было тем самым кафе, где он работал. Он был так рад встречи с Демитриусом, что не сразу понял, что официантка Юля не ответила ему на приветствие, а сейчас чем-то занималась за стойкой, не обращая внимания на двух посетителей. Всего двух. Хотя в кафе обычно заняты почти все столики.
– Что это значит, Демитриус? – от радости встречи не осталось и следа.
– Вспомни, что ты говорил в нашу первую встречу? – спросил Демитриус и, не дожидаясь ответа, процитировал: – «Мы во сне? Мы в стране грёз? В мире фантазий? Это как в фильме „Бесконечная история“?» Помнишь?
Семён молча кивнул.
– Есть ещё один момент. Понимаешь какой? – спросил Демитриус.
– Воспоминание… – на глазах Семёна проступили слёзы. – Вы умерли, ведь так?
– Да, Семён. И поэтому всё, что ты здесь видишь – это лишь мои воспоминания. Возможно, это день, когда мы познакомились, а возможно, какой-то другой. Не горюй, малой, по крайней мере, здесь я могу жить вечно, пока обо мне существуют воспоминания. Вот хотя бы этой очаровательной девчушки. Её, кажется, Юля зовут. – Семён молча кивал, смахивая рукавом настырно лезущие слёзы.
Демитриус пододвинул прокалыватель к Семёну:
– Пользуйся, крестник, а теперь ещё и наследник.
Николай Кадыков ЯБЛОЧНЫЙ СПАС
Сашка опасливо оглянулся, посмотрел на друга и прошептал:
– Уходит она, как я и говорил. Сегодня же Яблочный Спас, все яблоки в церковь несут. И она понесёт, куда ей деваться.
Вовка промолчал, потом высунулся из зарослей крапивы и ответил:
– Так ведьма она, не зря же в селе говорят. Что ей Спас, что ей церковь? Хотя, и правда, вроде, куда-то идёт. И корзинку яблок с собой тащит…
Он посмотрел вслед сухой старушке, с явным усилием несущей корзину яблок, и поднялся на ноги.
– Ну что, пойдём, проверим её сад? Или испугался?
Сашка возмутился, вскочил было, а потом присел. Он был намного осторожнее товарища, несмотря на то, что был на полгода младше.
– Про яблоки те волшебные только слухи ходят, – сказал он. – Никто же, вроде, их не пробовал? А вдруг – обычные яблоки?
Поднялся ветер, кинув под ноги товарищей пригоршню сухих листьев. Вовка посмотрел на друга, подтянул штаны и проговорил, глядя вдоль улицы:
– Вот и проверим. Зря мы, что ли, на Барбоса кило колбасы извели? На меня родители уже косятся – куда колбаса пропадает? Барбос нас уже за друзей считает, пустит нас в сад, не беспокойся. Нам много не надо – по яблочку возьмём, и всё. Ну что, пошли уже? А то баба Катя вернётся, тогда уж точно в её сад не попадём.
– Пошли, – печально вздохнул Сашка. – Там посмотрим.
Друзья пересекли улицу, оглянулись и подошли к высокому дощатому забору. Вовка достал из-за старой яблони, растущей около дороги, грубую лестницу и прислонил её к забору.
– Погнали, – прошептал он и первым полез по лестнице.
Сашка последовал за ним. С забора друзья спрыгнули вниз, внутрь обширного сада. Вековые яблони тянули свои ветки куда-то в синее небо, невдалеке стоял слегка покосившийся домик, вокруг него, вдоль тропинки, были посажены какие-то цветы. Раздался хриплый лай, и к друзьям подбежал огромный серый пёс.
– Барбос, хорошая собака, – проговорил Вовка осторожно и запустил руку в карман, доставая кусок краковской колбасы. – Кушай, пожалуйста.
Пёс осторожно взял колбасу из руки мальчика, сел и стал тщательно жевать. Мальчик облегчённо вздохнул и показал другу на ближайшее дерево:
– Вон, яблоки висят. Одно – мне, другое – тебе.
Вовка подошёл к яблоне, внимательно посмотрел на яблоки и спросил:
– А почему тут яблоки разноцветные? Одно красное, другое – белое, и вон, зелёное даже есть? Чур, моё красное!
– Ешь давай, – прошипел Сашка. – Красное ешь, ладно. Я белое съем, а зелёное, думаю, неспелое пока.
Вовка сорвал красное яблоко, откусил небольшой кусок и начал жевать. Сашка подскочил, сорвал белое яблоко и почти целиком засунул его в рот.
– Жуй быстрее, – сказал он, проглатывая огромный кусок яблока. – Баба Катя сейчас вернётся, мало нам не покажется тогда. Она не Барбос, её колбасой не заманишь.
Друзья быстро съели яблоки, кинули огрызки в сторону и подбежали к забору. Потом взобрались на стоящее рядом дерево, перелезли на забор и спрыгнули наружу.
– Лестницу убери, – прошептал Сашка. – А то сразу поймут, как мы сюда попали.
Вовка оттащил лестницу за яблоню и спросил:
– Ну как? Чувствуешь чего необычное?
Сашка посмотрел по сторонам, потом пожал плечами и ответил:
– Вроде ничего. Вот только Барбос показался мне каким-то очень здоровым. Ну, в смысле, со здоровьем у него всё хорошо.
– Так это я и сам так мог сказать, – воскликнул Вовка. – Огромный пёс, здоровый.
– И у тебя всё хорошо, – осторожно сказал Сашка. – Нога только побаливает у тебя, левая. Упал, что ли?
– Это ты как определил? – подозрительно спросил Вовка. – Ну да, нога болит, вчера ударил об порог, когда домой заходил. Проходит уже, но ещё немного побаливает, конечно.
– Да вот вижу, и всё, – пожал плечами Сашка. – А раньше не видел. Это от яблока, что ли?
Друзья помолчали. Потом Вовка вздохнул и сказал:
– А я вот теперь знаю, какие числа в лотерее победят, ну, в «Спортлото». Эх, не купил я билета…
– Так давай купим, – оживился Сашка. – Сколько там он стоит?
– Шестьдесят копеек. У меня только тридцать есть.
– Найду я тебе тридцать копеек, – засмеялся Сашка. – Только чур – выигрыш пополам!
***
Лето постепенно уступало права осени. День ещё был по-летнему длинным, но по утрам уже было довольно холодно. Давно минул Ильин день, и вода в речках затянулась ряской.
От автобусной остановки отошёл высокий мужчина, в лёгкой куртке и кепке на голове. Он оглянулся, вздохнул и зашагал в сторону видневшейся невдалеке старой церкви. Пройдя несколько шагов, он остановился, внимательно посмотрел на стоящую у дороги скамейку и курящего мужчину, сидящего на ней.
– Вовка, – прошептал он. – Как есть, Вовка… Не может быть!
Мужчина подошёл поближе и закричал во весь голос:
– Вовка! Сколько лет, сколько зим! Вот уж никак не ожидал тебя здесь встретить!
Тот встал, отбросил окурок в сторону и развёл руки: