Сергей Кулагин – Вот это я попал… Сборник рассказов (страница 11)

Ночью, когда зверь заснул, я выскользнула из постели. Прокралась в кабинет короля. Ключ-кристалл будто ждал меня. Смотрел прямо в душу. Прикоснулась с опаской. Пора. «Я буду ждать тебя. Сегодня». Голос Эогана звучал в голове.

Я схватила ключ. В ладони он простая стекляшка. Моя одежда громоздкая. Кроссовки и джинсы не помешали бы. Но тётки сожгли их. На мне ничего подходящего. Усмехнулась. Лихорадочно соображаю. Платье – смерть в шёлковой ловушке. Нужно стать тенью.

Коснулась ключом дверной ручки. Щелчок. Вздрогнула. Тишина. Выскользнула в тёмный коридор. Помню, где помещение с вещами пажей. Эоган говорил переодеться там. Ключ открывал все двери.

Маленькая комната. Темнота. Запахи кожи, тканей, мыла и старой обуви висели в спёртом воздухе.

Штаны. Тёмные. Плотные. Сапоги – чтобы бежать не оглядываясь. Куртка из грубой ткани, впитавшая пот и страх прежних хозяев. Капюшон – пелена для лица. Снять блеск драгоценностей, смыть запах духов, стереть свой облик. Одеться в чужую кожу. В кожу, которая не шуршит, не цепляется, не кричит «смотрите!». Время текло, как песок в королевских часах. Скрип двери гардеробной прислуги прозвучал громче выстрела в ночной тишине. Рука нащупала в темноте грубую ткань. Брюки. Рубаху. Жилет. Сапоги – чуть велики, но крепки. Капюшон. Натянуть глубже. Теперь бежать. Бежать, как пыль на ветру. Бежать к нему. К призраку свободы.

Я неслась по пустым коридорам, гонимая не страхом, а безумной надеждой. Королевский ключ послушно открывал одну дверь за другой. Четыре утра – мёртвый час, когда дворец спал крепким сном. Кралась вдоль холодных стен, сливаясь с тенями. Юркнула в узкую дверь для прислуги и вынырнула на задний дворик, где пахло землёй и гнилыми овощами – сюда привозили припасы.

Неужели никто не поднимет тревогу? Неужели Ронг позволит уйти так легко? Или это изощрённая ловушка? Сердце колотилось: «Боже, пусть всё получится!»

Рассвет в Сангустрате был не голубым, а кроваво-багровым, предвещая бурю. Маленький кристалл на кожаном шнурке лежал на груди тяжело и холодно, как осколок льда, впившийся в кожу. Ключ. Ключ к свободе и, возможно, к гибели. Я сжала его в ладони, ощущая едва уловимое, мерзкое биение – магию крови, дремлющую внутри. Эоган ждал у конюшни Тора. Его лицо в предрассветных сумерках было непроницаемой маской, только глаза – те самые голубые сапфиры – горели лихорадочным блеском. Он молча, почти грубо, помог вскочить на спину раптора. Его пальцы, обхватившие мою талию, дрожали – не от страха, а от напряжения стальной пружины, готовой вот-вот распрямиться.

– Готов? – шепнула я, прижимаясь к его спине, чувствуя под латами жёсткий, учащённый ритм его сердца.

– Никогда не был так готов, – голос сорвался на хрип. – И никогда не был так напуган. За тебя.

Тор рванул вперёд, унося нас сквозь спящий город к зловещему силуэту «Гемарита».

– Когда окажемся в самом сердце кристального леса, – его слова едва пробивались сквозь свист ветра, – «Гемарит» останется за спиной. Вытяни руку с ключом навстречу первым лучам. Они укажут на дверь. Ты узнаешь её. Главное – вдохнуть в замок жизнь. А ещё… приправить его кровью. Моей кровью.

– Но, Эоган… – в горле встал ком.

– Молчи, – мне на губы легли его пальцы, шершавые от рукояти меча. – Ты справишься. Если что-то пойдёт не так – беги. Не оглядывайся.

– Нет! – протест вырвался сам собой.

– Ты должна…

«Гемарит» возвышался среди переливающихся игл кристального леса, как чудовищный жук на спине умирающего гиганта. Он светился, дышал, переваривая жизни. У главного входа, словно белые изваяния, замерли двое боевых магов. Мы въехали через старый, полузаброшенный проход в стене – лазейку, известную лишь таким же, как Эоган, «пылинкам» королевской службы. Воздух здесь был густым, пропитанным запахом серы и тяжёлым ожиданием. Тор ступал бесшумно, его чешуйчатые бока едва шевелились под нами. Город спал мертвецким сном измождённого раба. Лишь со стороны «Гемарита» плыл в ночи ровный, зловещий гул – ненасытные машины продолжали свою вечную жатву.

Добрались до главных врат быстрее, чем ожидали. Маги Ордена Крови, застывшие у входа, не шелохнулись. Их лысые, безликие головы были повёрнуты в одну сторону – к чёрным зубьям Кристаллгема. «Ждут сигнала? Или уже знают?» Холодная струйка пота скатилась по спине.

Эоган спрыгнул, оставив Тора в глубокой тени, и жестом велел следовать за ним.

– Они применят колдовство при малейшей угрозе. Тогда нам не поздоровится.

Нападение было молниеносным и безжалостным. Одним точным ударом меча Эоган снёс головы обоим магам. Тела рухнули беззвучно. Внезапно воцарилась тишина, нарушаемая лишь гудением машин изнутри. Он бросил на меня быстрый взгляд. На скуле и подбородке – алые брызги.

– Идём. Быстро.

Внутри «Гемарита» царила зловещая пустота, нарушаемая лишь призрачным блеском тысяч кристаллов. Они светились тускло, насытившись. «Сколько жизней ушло сегодня, чтобы заставить вас сиять?» Сердце сжалось. Мы миновали главный зал и вышли в низкую штольню. Серая мгла стелилась под ногами. Стены дышали сыростью и сладковатым запахом разложения. Впереди, за арочным проёмом, в свете голубой луны сиял кристальный лес. Огромные иглы тянулись к багровому небу. Странное ощущение закралось в душу: не слишком ли гладко всё?

– Ключ, – прошептал Эоган, спешиваясь и помогая мне слезть. Его рука инстинктивно легла на эфес меча. – Иди к Центральному Пьедесталу. Там… должна быть дверь.

Я кивнула, пальцы судорожно сжали холодный кристалл. Сердце бешено колотилось, грозя вырваться. Оставив его с Тором в тени гигантской трубы, извергавшей клубы пара с резким запахом железа, я скользнула обратно в знакомый зал смерти.

Внутри царил полумрак, разрываемый лишь призрачным свечением кристаллов, жадно впитывающих энергию по металлическим желобам. Воздух был густым, пропитанным озоном и… свежей кровью. Я прижималась к холодным стенам, стараясь слиться с тенями. Центральный Пьедестал возвышался в самом сердце зала – массивная чёрная конструкция, испещрённая жилами светящегося минерала. На его вершине пульсировал тусклым светом сложный механизм – сплетение кристаллов и меди. И там, в центре механизма, висела в воздухе неровная линза из тёмного, почти чёрного стекла. «Дверь?»

Я поднялась по узкой винтовой лестнице, каждый шаг отдавался гулким эхом в зловещей тишине. Вот он. Момент истины. Вытянула руку с кристаллом-ключом. Пятая группа. Королевская кровь. Кристалл в моей ладони внезапно ожил, засветившись изнутри тёплым, золотистым светом, резко контрастируя с холодным мерцанием вокруг. Чувствовалась незримая нить, связывающая меня с порталом. Магический замок на Пьедестале отозвался – медные шестерни завертелись с тихим шипением, жилы кристаллов вспыхнули ярче. Тёмная линза двери заколебалась, в её глубине заплясали искры, наметился вихревой проход, ведущий в сумрак…

– СТОЙ! – Рёв, подобный удару грома, разорвал тишину. Я обернулась, сердце провалилось в бездну. В проёме входа, залитый багровым светом восходящего солнца, стоял Ронг. Не один. С ним Бран и десяток королевских стражей в чёрных, как ночь, доспехах. На их лицах – чистая ярость и торжество загнавшего зверя охотника. – ПРЕДАТЕЛЬНИЦА! И ты… ПЫЛЬ!

Эоган! Он был уже рядом, меч обнажён, клинок направлен на врага. Лицо искажено гримасой ярости и бездонного отчаяния.

– Беги, Анастасия! В дверь! СЕЙЧАС! – он рванулся вперёд, подставляя себя под удар, чтобы прикрыть меня. – Я задержу их!

– Нет! Мы уйдём вместе! – отчаянный крик сорвался с губ, но его заглушил свист первых стрел. Они просвистели мимо, вонзившись в ближайшие кристаллы с противным «чвяком». Бран с рёвом бросился на Эогана, их клинки скрестились с оглушительным лязгом, высекая снопы искр.

Я метнулась к вихревому порталу. Кристалл в руке горел, как раскалённый уголь, тянул к спасительному сумраку. Ещё шаг… Ещё…

– НЕ ОТДАМ! – Король, игнорируя схватку, ринулся по лестнице. Его лицо, искажённое бешенством, было похоже на демоническую маску. Он занёс руку, перстень с зелёным камнем вспыхнул зловещим светом. Волна невидимой силы ударила в меня, как таран. Я вскрикнула, потеряв равновесие, и кубарем скатилась с верхней площадки Пьедестала. Кристалл-ключ вырвался из пальцев и со звоном покатился по холодному металлическому полу, его свет погас. Портал заколебался, стал расплываться!

– Ключ! – хриплый стон донёсся от Эогана, отбивающего яростный натиск Брана. По его рукаву текла тёмная струйка крови. – ВОЗЬМИ КЛЮЧ!

Я поползла по полу, игнорируя боль в боку и ссадины. Рука нащупала гладкую, холодную поверхность кристалла. В тот же миг на меня упала тень. Ронг. Он стоял надо мной, тяжело дыша, с неоспоримым торжеством палача в глазах.

– Моя, – прошипел он, и его рука потянулась, чтобы схватить. – Только моя. Навеки.

Рык Тора, дикий и яростный, прокатился по залу, заглушив на мгновение гул машин и лязг стали. Огромный раптор, ведомый инстинктом или отчаянием, ворвался внутрь! Он сбил с ног пару стражей, его мощный хвост, как бич, хлестнул по ближайшим установкам, сметая хрупкие кристаллы. Хаос достиг апогея. Маги Ордена, наконец, пришли в движение, их безликие маски повернулись к незваному гостю, амулеты на груди засветились угрожающе.