Сергей Красиков – Возле вождей (страница 64)
При рассказе Никита Сергеевич прикладывал палку к ключице, вздрагивал, как от отдачи приклада, приседал, подпрыгивал, демонстрируя все перипетии приемов охоты, и, неожиданно загрустив, оборвал:
— Извините, режим. — И распрощался.
— Что это с ним? — спросил я коменданта, Сергея Васильевича Мельникова. Мельников дождался, пока Хрущев войдет в дом, спустил на меня всех борзых:
— Что с ним? Что с ним? Охотиться-то ему в Завидове не разрешают. Я несколько месяцев с ним потому об охоте не говорю, а тебя за язык дернуло. Болеть теперь будет охотой неделю, а то почитай и две, пока новой темы для разговора не найдет. Думать надо, едрена-мать…
Эх, сердобольный Сергей Васильевич! Вместе вы теперь на том свете с Никитой Сергеевичем и с Кондрашовым. Какие-то заботы тяготят вас там?..
Помимо дачи в Петрове-Дальнем при отправке на пенсию Хрущеву была выделена еще бывшая квартира писателя Михаила Александровича Шолохова в Москве по Староконюшенному переулку в доме № 19.
Сам ли Михаил Александрович отказался от квартиры, вынудили ли отказаться его? Неведомо. Шли досужие домыслы, что жены Михаила Александровича и Никиты Сергеевича являлись родными сестрами, так как носили одинаковые отчества: Мария Петровна и Нина Петровна. И Мария Петровна будто бы уговорила Михаила Александровича ангажировать свою квартиру Хрущевым. На самом же деле Нина Петровна с Марией Петровной никогда сестрами не были и совпадение их отчеств чисто случайное.
В квартире по Староконюшенному переулку Никита Сергеевич с Ниной Петровной почти не жили. Только разве в дни выезда в театр оставались в Москве заночевать, но случалось это очень и очень редко.
Н. В. Подгорный уверял, что Хрущев являлся заядлым рыболовом: «Однажды приметив, что моя мать всегда оказывалась с хорошим уловом, Никита Сергеевич подсаживался к ней поближе, брал ту же насадку, бросал леску в то же место, но рыба к нему не шла. Обидевшись, он поругался с мамой, а потом и со мной и грубо потребовал, чтобы рыбачка на рыбную ловлю вместе с ним не выходила. Хорошо, что нам пришлось разминуться по работе, а то дело могло бы кончиться скандалом».
Не поверить Николаю Викторовичу нельзя. Хрущев неоднократно пытался показать себя умелым рыболовом. Для чего тайком приказывал службе аквалангистов подкармливать рыбу именно в тех местах, где он рыбачит.
Для удовлетворения его тщеславных замыслов руководство службы безопасности и создало специальную группу аквалангистов, которые так наловчились насаживать рыбу на крючки удочек лидера, что тот всегда оказывался с уловом и радовался, как школяр.
Так он оказался первым в соревновании по лову рыбы в Семеновском, где устроил пикник для иностранных дипломатов и журналистов. На пикнике присутствовал известный режиссер-кукольник Сергей Образцов. Он догадался об удачливой рыбалке лидера и на вопрос, почему он без удочки, ответил: «Разве это рыбалка, если рыбу насаживают на крючок».
Известно, что сотрудники охраны такие рыбалки устраивали не только Хрущеву, но и высоким иностранным гостям, посещавшим Иссык-Куль и другие пригодные для ловли места.
Будучи на пенсии, Хрущев неоднократно вспоминал о рыбалках, пока не уговорил одного из охранников сопроводить его на подледный лов на Истру. Закупили мотыля, взяли финский коловорот, коробку со снастями, удилища, катушки.
Рыбаки Хрущева не признали. Охранник стал сверлить лед в приглянувшемся Никите Сергеевичу месте, а сверло возьми и булькни на дно. Что тут стряслось с Хрущевым!
— Вы не рыбак — разиня! — закричал он. — Лучший финский коловорот загубил. Где я теперь такое достану сверло? Это же подарок самого Урхо Кекконена. — И при этом вперял короткий указующий перст в небо.
Один из рыбаков, услышав тираду разгоряченного бранью рыбака, пошутил:
— Сверло Кекконена кеккокнули. Ай-яй-яй!
Хрущев при этих словах малость охолонул. Охранник молчал до самой дачи. На даче выпросил у истопника-кочегара пешню и клешни. Прорубил прорубь и извлек со дна злополучное сверло.
Хрущев расплылся в улыбке.
— Вы прорубили большую прорубь. Может, у нее попробуем удачи? Не сердитесь. Идемте.
Охранник уступил. Они несколько раз закидывали снасти, но счастье им ни разу не улыбнулось.
Не сложились у Н. С. Хрущева отношения и с живущими на дачах в Петрове-Дальнем бывшими заместителями Председателя Совета Министров М. А. Лесечко, И. То Новиковым и бывшим министром финансов А. Г. Зверевым.
Лесечко, как-то увидев идущего к кинозалу Хрущева, поспешно ретировался. Повернул в сторону и Хрущев: «Боится, что заведу разговор о его выступлении на Пленуме. Знает, как было дело, но навел тень на плетень, для чего, не знаю». С тех пор ни Хрущев, ни Лесечко в кинозал не ходили, лишив себя маломальского воскресного развлечения.
Ходить на прогулку Хрущев предпочитал с тростью из алюминиевой трубки с изогнутой ручкой, обмотанной изоляционной лентой. С собою прихватывал алюминиевый стульчик с полотняным сиденьем, носила его в зубах овчарка Арбат. На груди затворника постоянно висел неизменный цейсовский бинокль — подарок канцлера Аденауэра.
На опушке леса между соснами им было облюбовано местечко для отдыха и наблюдений, называемое Ужиной горкой, С нее открывалась панорама подмосковных далей, было видно, что происходит за забором. Здесь как-то заприметили Хрущева отдыхающие соседнего санатория. После чего встречи с ними стали скрашивать его одиночество.
В главке о И. В. Сталине я рассказал о появлении басни «Львиный хвост». На то же лицо, ту же тему писалась мною и басня «Осел».
Разумеется, басня появилась в периодике после смерти вождя всех народов и каким-то образом дошла до Хрущева. Меня ему представили.
— Молодец! Не в бровь, а в глаз! — похвалил Хрущев. — Давно этим балуешься?
— Недавно, — отвечаю. — Раньше больше стихи писал, заметки.
— Одобряю. — Постучал по плечу хозяин.
А когда началась им проработка художников-абстракционистов, поучения писателей, журналистов, в печати возьми да и появись басня «Расправа с Баснописцем»: