Сергей Козик – Новелла III эротическая. Ольга и её тётушка Катрин. Легенда о времени Оно (страница 3)
– Шпага её? – быстро спросил шериф.
– Да, сэр. Такую шпагу можно на пару деревень поменять вместе с челядью.
– Пока я заметил, что женщина очень красивая.
– Согласен, сэр. Грудь, фигура… Роковая, жгучая брюнетка… – бэлиф показал выпуклости груди на себе.
– Хорошо, заводи.
Констебли переместили Катрин со скамьи в приёмной на кушетку кабинета шерифа. Девушка полулегла, так же как в приёмной.
Все вышли. Катрин ожидая, разглядывала кабинет.
Огромный тона какао глобус стоял возле окна. Рядом с ним висел подробный план Лондона, печатанный линогравюрным способом и весь мелко испещрённый крестиками, нанесёнными рукой хозяина кабинета. Темза отмечена широкой полосой, состоящей из штрихов, имитирующих волны. Волны изображались подобно детскому рисунку волнистой линией. Вестмистерский пэлас, Гардон пак…
На верху тумбочки, на треножном штативе, высилась медная подзорная труба. Вся мебель сильно залачена и пропитана тёмно-коричневым составом морилки. Шкаф с книгами переполнен. Одна очень толстая, выделялась особо. На её корешке виднелась крупная надпись: «Плавка и ковка железа до высокопрочного состояния стали». На полу лежал восточного плетения затоптанный ковер. В воздухе кабинета витала пыль.
Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь темно-оранжевые шторы и пронизывая воздух, освещали пылинки в воздухе. Потолочные балки всюду обросли паутиной и гарью от вечерних свечей. Видимо свечи потушили недавно, дым от них едва уловимо глазом продолжал клубиться под потолком, словно чернила от осьминога в воде. Чувствовалось, что обитатель помещения балуется новомодным американским пристрастием – курить.
Шериф коротко спросил:
– Кофе? Чай зелёный, чёрный?
– Чай крепкий, зелёный. – ответила Катрин, укладывая шпагу, которая вложенная в ножны служила ей в данных обстоятельствах как инвалидная трость.
– Скотт! – крикнул шериф. – Зелёного для миледи, мне как всегда. И сладостей, кексов и печенье с шоколадом.
– Спасибо! – тихо произнесла Катрин и заплакала.
Шериф встал и приоткрыл пошире форточку.
– Я – сэр Эмбройз Кроули, шериф Лондона, столицы Великобритании. Слушаю Вас, миледи. Всё прошло. Успокойтесь. Войдя в этот кабинет, даже будучи иностранкой, вы встали под защиту короны.
Катрин достала грязный платок и стала утираться. Шериф передал ей со своего стола насколько чистых салфеток. Она убрала свой изжёванный «позорный» комок ткани и принялась промакивать слёзы белоснежными платками.
– Напали неожиданно. – начала Катрин. – Очень подло! Обидно даже… Всю жизнь готовилась к подобным моментам – защитить себя, а, когда понадобилось, ничего не смогла. Подлецы… – она зарыдала. – На хрен мне всё это мужское барахло! Противно смотреть, бутафория какая-то…
Катрин истерично пихнула от себя «предательницу» шпагу и попыталась сдёрнуть кирасу, но та на ремнях сидела крепко.
– Вы официально хотите обратиться к нам?
– Что это даст, официально? – спросила Катрин.
Шериф обошёл вокруг стола и сел, взяв чистый лист бумаги, обмакнул перо в чернильницу.
– Это даст ход делу. Дело пойдёт в государственный имперский архив. Будем искать. Ваш случай войдёт в число происшествий обязательных к расследованию королевскими представителями и станет в ряд преступлений, о которых будут допрашивать злодеев, пойманных на аналогичных проступках.
– Я согласна. Найдите их. Да, кстати. Они меня не грабили. Все деньги остались при мне. Вот средства для тех, кто будет искать. – Катрин достала увесистый мешочек с деньгами и стала отсчитывать вслух. Иногда поглядывая на шерифа.
– Это золото из Испании? – спросил шериф во время счёта.
– Да, эскудо. – ответила Катрин дойдя до 30 золотых.
Шериф, отложив перо, вышел из-за стола и с любопытством взял одну из монет с кушетки, на которой разложилась Катрин. Смотрел с любопытством, потёр о рукав, попробовал на зуб и бережно вернул, положив на образовавшуюся стопу уже из 50 эскудо. На слове «пятьдесят пять…» он произнёс:
– Достаточно, миледи.
– Леди.
– Даже так? – удивился шериф. – Давайте запишем подробности вашего дела.
Шериф вновь вернулся на своё место и взял перо.
– Ваше полное имя.
– Катрин, дочь барона Вальдемара Богемского Мерлинова.
– Вы баронесса?
– Немного выше, виконтша на английский манер, из Богемии.
– Как правильно фамилию писать на английском?
– Merlin.
– Как волшебник?
– Так точно.
– Окончание «ov» пишем?
– Нет, переносим его в начало имени и делаем не «ov», а через «ф», по-английски, помягче, получается «of»…
– Так правильно? – шериф встал с места и с бумагой подошёл к Катрин, показав написанное: «The Vikontness Catherine Merlin is the daughter of Baron Valdemar of Bohemia».
– Да. Можно так.
Бэлиф Скотт, позвякивая чашками, вкатил чайно-кофейный столик. Уходя, спросил, поклонившись:
– Сэр, будут ли ещё приказы?
– Не отвлекай, заполняем заявление. Приказов пока нет. Далеко не уходи. Кстати, прими деньги у мадмуазель, там для казны 15 золотых, остальные, сам понимаешь, на благоустройство столицы. Оформи… как полагается. И пусть истопник принесёт дрова, хочу подтопить камином посильнее. Сыро…
– Да, сэр.
Едва дверь закрылась, шериф продолжил писать заявление.
– Вы в Великобритании по делам, погостить…
– … путешествую.
– Ага, понятно… Мадмуазель, не замужем… Хочется свет повидать…
Катрин уловила в голосе шерифа игривость и обидчиво заметила:
– Я была замужем. В разводе.
– Я не спрашивал вас об этом.
– Мне показалось, вы как-то игриво отозвались о моем холостом состоянии…
– Никак нет, никакой игривости. Вам показалось, леди Катрин… Давайте перейдём к описанию преступления. Где и как напали? Я буду записывать.
– После полуночи, около половины второго ночи я проезжала по улице примыкающий к Парку недалеко от дворца.
– Место на карте города сможете указать?
– Да.
– Итак, пишу… потерпевшая указала точное место на плане Лондона. Далее…
– Сидела в седле. Лошадь сама знала дорогу к нашему пансиону, и я излишне расслабилась. Прикрыла глаза. Мы заехали под арочный свод и тут меня сдёрнули вниз и началось. Сразу схватили за руки за ноги, подняли над землёй… – Катрин сглотнула и отвернулась.
– Они переговаривались? – Спросил шериф.
– Да.
– Вы что-нибудь запомнили? Может они друг друга по именам называли?