Сергей Котов – Тепла хватит на всех 3 (страница 3)

По-русский он говорил с заметным акцентом, но очень достойно, без типичных для китайцев искажений «р» и других непривычных для китайского уха звуков. Конечно же, я обратил внимание на присвоение мне очередного воинского звания.

— Очень приятно, старший полковник Чжан.

Я как раз справился с ремнями, приподнялся в ложементе и протянул руку. С некоторой опаской китаец хотел ответить на пожатие, но потом сжал руку в кулак. Мы ткнули друг друга костяшками.

— Кажется, у вас так принято? — спросил он.

— Верно, — кивнул я.

— Активируйте, пожалуйста, радио вашего скафандра, чтобы мы могли говорить вне корабля. Вы можете выбраться самостоятельно? — спросил полковник.

— Да без проблем, — сказал я, активируя рацию и выбираясь из тесной кабины.

«Север» стоял на особом захвате — постаменте. Мы находились в большом ангаре с серыми бетонными стенами, на которых были нарисованы какие-то линии, символы, цифры и иероглифы. Кроме нас двоих в ангаре никого не было.

«Не слишком пышная встреча, да?» — подумал я.

«Думаю, дело в карантине», — ответил Вася.

— Я провожу вас в подготовленные для вас карантинные апартаменты, — продолжал Чжан, подтверждая Васину догадку.

— Насколько я помню, у нас была иная процедура, — рискнул заметить я.

— Верно, с момента вашего отлёта многое изменилось, — сказал полковник. — Пройдёмте же! Мы задерживаем техников. Они должны будут заняться дезинфекцией вашего корабля и других следов.

— Хорошо, конечно, — сказал я.

После этого Чжан спрыгнул с постамента. Тут было высоко, метра три, и на Земле такой прыжок был бы рискованным. Здесь же старший полковник плавно приземлился метрах в трёх и выжидательно посмотрел на меня.

Я последовал его примеру, стараясь не переусердствовать с толчком. И всё равно меня подкинуло где-то на метр.

— Вам предстоит пробыть в карантине до полной обратной замены микробиома, — сказал он. — Это займёт неделю. Параметры вашего искусственного иммунитета не позволяют сделать это быстрее. Мы бы могли заменить нанитов на новые модели, но ваше руководство это не согласовало.

— Ничего, потерплю, — ответил я.

— После этого мы подготовим ваше возвращение на Землю, — Чжан обернулся и посмотрел на меня. — Пока что об этом событии знает лишь ограниченный круг людей. Мы не станем давать информацию в общие сети до тех пор, пока не убедимся, что с вами всё хорошо.

— Разумно… наверное, — ответил я.

Мы подошли к большой гермодвери.

— Наденьте шлем, пожалуйста, — попросил Чжан. — Дальше вакуумный коридор, потом трёхступенчатый дезинфектор и шлюз вашего модуля. Когда дойдём до шлюза, я вас оставлю. Дальнейшие инструкции получите по радио.

— Ясно, — кивнул я.

Мы прошли длинный бетонный коридор и упёрлись в ещё одну гермодверь. Здесь старший полковник немного замешкался.

— Всё в порядке? — спросил я.

— Да. Да, всё хорошо, — поспешно ответил Чжан. — Я просто хотел вас поблагодарить. Только потому, что вы вернулись в мою вахту, я уже вошёл в историю. Это большая честь!

Я растерялся. Что положено говорить в таких случаях у китайцев? Понятия не имею!

— Вам спасибо за помощь, — интуитивно ответил я.

Судя по тому, как широко Чжан улыбнулся, с ответом я угадал.

Гермодверь открылась. Я вошёл в узкое помещение, скудно освещённое красными фонарями.

— Вытяните руки в стороны, — послышалось в динамиках.

Я последовал рекомендации. Тут же меня обдало какой-то опалесцирующей жидкостью. За этим последовали тугие струи воды, потом сухой воздух, потом пена. Этот цикл продолжался несколько раз. Но вот, наконец, противоположная дверь шлюза открылась, пропуская меня в отсек с белыми стенами и серым шершавым полом. Тут был шкаф, куда вполне мог поместиться скафандр.

— Подойдите к магнитному фиксатору. После этого покиньте скафандр, — продолжал голос.

Я последовал рекомендации. Скафандр модели «Чёрный коршун» был рассчитан на самостоятельное покидание — вот только процедура эта требовала, скажем так, некоторой сноровки. Ещё большей, чем разминка внутри «Севера — 1». Не уверен, что я бы справился в условиях обычной земной гравитации.

Но вот, наконец, мне это удалось. Я снял скафандр. Отсоединил приёмные устройства биологических отходов, испытывая подлинное блаженство. Потом с наслаждением избавился от пропахшего комбинезона.

— Одежда находится в гардеробе, в жилой комнате, — произнёс мягкий женский голос через встроенные динамики внутри помещения. — Жилой блок — первая дверь по коридору. Напротив — кухонный отсек. Дальше — санузел. Инструкцию по обращению с санузлом вы найдёте под зеркалом. Доступ в карантинный модуль предоставлен.

Освещение мигнуло зелёным, и ещё одна гермодверь отъехала в сторону. Я оставил комбинезон в специальной корзине возле шкафа и направился в жилой отсек — совершенно голый и босой. Почему-то никому не пришло в голову оставить в «предбаннике» хотя бы шлёпанцы.

В жилую комнату вела самая обычная дверь. Деревянная на вид, фактурная, с латунной ручкой. Я толкнул её и зашёл внутрь. В помещении тут же зажегся свет, а я не сразу заметив включенный монитор на рабочем столе.

— Халат в шкафу, — голос Сергея Сергеевича прозвучал отчётливо, будто он сам находился в помещении.

Я резко обернулся. Увидел монитор. На нём отображались трое: сам руководитель проекта «Север», Светлана Юрьевна, кадровик, и Людмила — доктор.

— Блин, — вырвалось у меня.

Кое-как прикрывшись, я метнулся к шкафу. Вытащил халат — кстати, отличный! Белый, махровый, пушистый. Приятно пахнущий. Хорошо бы, конечно, сначала душ принять — ну да ладно, обойдусь. Тем более, что халатов в шкафу было целых пять!

Я вернулся к монитору.

— Предупреждать надо, — недовольно буркнул я, устраиваясь на мягком стуле напротив.

— Вас должны были подробно проинструктировать, — чуть смутившись, проговорил Сергей.

— Кстати, пребывание в условиях повышенной гравитации явно пошло вам на пользу! — вставила врачиха.

Я ответил ей пристальным взглядом через камеру. А потом чуть внимательнее пригляделся к участникам проекта «Север».

Сергей явно постарел: седых волос прибавилось, морщинки стали отчётливее. Только глаза, пожалуй, горели ярче прежнего — энтузиазмом на грани фанатизма.

— Что-то срочное? — спросил я.

— Нет, — улыбнувшись, ответил Сергей. — Ничего срочного. Просто мы решили, что у вас появилось много вопросов. И что дальнейшее пребывание в неведении может не пойти вам на пользу.

— Что ж… спасибо за заботу. Наверное, — улыбнулся я.

— Наверняка вы бы хотели спросить, откуда взялась эта база? Видимо, вы предположили, что её построили в полной тайне, как и проект «Север»? И теперь китайские друзья просто присоединились к нашим программам?

— Да ничего я не предполагал, — честно ответил я. — Не до этого было. Почему вдруг стандартного протокола карантина оказалось недостаточно?

— Требования ужесточены после нескольких биологических инцидентов, имевших место несколько лет назад, — ответил Сергей. — Когда узнаете — поймёте.

— Так просветите меня, — я пожал плечами.

— Дело в том, что вы отсутствовали дольше, чем вам могло бы показаться, — осторожно сказал Сергей.

— Насколько дольше? — настороженно спросил я.

— Не беспокойтесь, ничего критичного. Речь не идёт о веках или десятилетиях. Небольшой сбой произошёл из-за локальной флуктуации, связанной с солнечной активностью, в момент вашего возвращения. Это входит в рамки расчётных параметров, которые мы на момент вашего старта не научились полностью купировать, — сказал Сергей.

— Так насколько? — повторил я.

— На пять лет, шесть месяцев и двенадцать дней, — ответил руководитель.

Очищение

— Лично я думаю, что они спешили, поэтому начали делать ошибки, — сказал Сергей, вздохнув и протерев очки. — Конечно, это сыграло нам на руку.

— Куда им было спешить? — спросил я. — И кто такие они?

— Развитие технологий происходило не так, как они планировали изначально, — начальник проекта «Север» начал отвечать на первый вопрос, но проигнорировал второй. — Частично это произошло из-за проектов, подобных «Северу». Те чудом остались вне поля зрения их системы контроля. Так что мы сразу знали, что они не всемогущи. Ещё они опасались, что машинный анализ откроет нам глаза, — продолжал Сергей. — В конечном итоге, так и получилось.

— Инерция мышления — страшная и могучая вещь! — вмешалась Светлана. — Можно спрятать слона на виду, и никто его не заметит, потому что в голову не придёт сопоставить между собой привычные элементы, из которых он состоит и получить целостную картину. Хобот останется техническим шлангом. Хвост — верёвкой для белья и так далее.