Сергей Котов – Тепла хватит на всех 3 (страница 12)
— Поздравляю, — сказал Верховный. Он взял из коробочки, которую принёс один из старлеев, Золотую Звезду, потом подошёл и прицепил её мне на китель.
— Служу России! — сказал я, не забыв про воинское приветствие. Я ведь по-прежнему был в фуражке, так что положено.
— Ваш наградной лист, — Президент протянул мне красную папку. — Пришлось немного отступить от протокола. Потом можете оставить в машине, его вам передадут.
Что положено говорить в этом случае? Ещё раз «Служу России»? Блин, как там в уставе?
«Нет там ничего про это! — вмешался Вася. — Он же сказал: не по протоколу! Так что отвечай, как знаешь. Или вообще не отвечай!»
— Спасибо, — сказал я, улыбнувшись.
Судя по выражению лица Верховного, это был правильный ответ.
После этого Президент сам подошёл к микрофону. Его речь была более долгой, чем моя. Он сыпал цифрами, деталями, вдохновляющими фактами. Озвучивал планы по дальнейшей космической экспансии. Подробно остановился на готовящейся операции по перехвату паразитических спор. «Это наш первейший долг перед сообществом иных цивилизаций!» — сказал он.
Потом было выступление военного оркестра, которое плавно перетекало в концерт, организованный на временной сцене, построенной возле Лобного места.
Мы ушли с трибуны под звуки какой-то бодрой музыки.
Несмотря на то, что до Кремлёвского дворца было рукой подать пешком, меня повезли туда на том же самом кабриолете, на котором я ехал из аэропорта. Только министра обороны рядом уже не было: я сидел в гордом одиночестве.
Гудение дронов, толпа, аплодисменты, крики — всё смешалось в пёструю кутерьму. Лишь небольшую передышку я получил, когда, уже во Дворце, меня увели куда-то коридорами в гримёрку, где припудрили, причесали, почистили и отпарили китель.
Во время этого процесса в помещение забежала какая-то взъерошенная некрасивая женщина в огромных круглых очках.
— Релиз прочитали? — сходу спросила она меня, даже не поздоровавшись.
— Какой релиз? — искренне удивился я.
Женщина страдальчески сморщилась.
— Ясно… ладно, у вас ведь есть помощник ИИ? — спросила она и тут же, не дожидаясь ответа, сама сказала: — мы через него суфлёр организуем. В сложных случаях следуйте рекомендациям.
— Ничего не могу обещать, — сказал я нахмурившись.
Женщина с интересом посмотрела на меня, как на вдруг заговоривший предмет.
— Хотите сами? Ну ладно, — она пожала плечами и с прежней прытью покинула гримёрку.
«Вась, что это за явление?» — мысленно спросил я.
«Новый прессек „Роскосмоса“, судя по сообщениям в сети», — ответил тот.
«Интересно, она всегда такая… невменяемая?»
«Пиарщики, что ты хочешь… они не меняются!» — мысленно вздохнул Вася, будто бы каждый день имел со специалистами этого профиля, а не сидел в сверхсекретном подземном бункере. Впрочем, возражать я не стал.
Пресс-конференцию организовали прямо в главном зале. В центре сцены стоял стол, на котором разместились таблички с указанием имён и должностей. Моя находилась в центре, и там было написано: «майор Алданов Евгений Викторович, Военно-космические силы России». Слева от меня разместился глава Роскосмоса, справа — командующий ВКС. Оба мне незнакомы. Ещё какие-то учёные, которых я не встречал на проекте «Север». Видимо, отобранные для прикрытия.
Я вошёл в зал, когда остальные спикеры уже были на месте. Как положено приветствовал старших по званию, потом занял своё кресло. Сразу после этого начали пускать журналистов. Порядок был, мягко говоря, необычный: как правило, спикеры выходят на сцену тогда, когда зал уже полон.
Пресс-конференцию вела та самая тётка, которая заходила ко мне в гримёрку. Она сделала объявление, чему именно посвящено наше мероприятие, попросила обратить внимание на пресс-материалы, которые раздали журналистам при входе. Предупредила о необходимости соблюдать порядок.
Первому дали слово бородатому дядьке интеллигентного вида из ТАСС. Он посмотрел на меня, прочистил горло, глянул куда-то в сторону, затем спросил:
— Что вы подумали, когда узнали, что вам предстоит лететь к другой звезде на экспериментальном аппарате? Что почувствовали? — спросил он.
Я задумался на секунду. Вспомнил Диану. Встречу с ней накануне лекции Сергеича. Это ведь благодаря ей впервые допустил саму возможность того, что всё это всерьёз…
— Сначала я сомневался, — ответил я. — Информацию нам давали дозированно. Я даже какое-то время думал, что участвую в психологическом эксперименте.
— А потом? Когда сомнения исчезли? — продолжал журналист.
— Потом была подготовка. Тяжёлая работа в очень сжатые сроки, — продолжал я. — Старался делать её как можно лучше.
Он поблагодарил меня. Следующей задавала вопрос представительница «Синьхуа». Я думал, что она наверняка спросит что-то про лунную станцию, но журналистка меня удивила.
— Скажите, на планете Нарайа остался кто-то, по кому вы скучаете?
«Ого! — оживился Вася. — Ты же понимаешь, что она сделала, да?»
Я не ответил. Вспоминал про Эалин. Почему я ни разу за всё это время о ней даже не подумал? А ведь между нашими мирами есть связь. Можно было хотя бы удостовериться, что ушло сообщение о том, что я благополучно долетел… добавить в него хотя бы пару слов от себя. Наверняка ведь это возможно!
«Успокойся, — снова заговорил Вася. — Никто бы тебе не дал ничего сказать. А сообщение ушло, если тебе интересно. И даже получен ответ. Они по-прежнему ведут расследование произошедшего. Нашли разные цифровые штуки у трийан, и теперь пытаются определить их происхождение. Поспрашивай Сергеича, когда вернёшься из тура!»
На разговор с Васей времени не было. Журналистка, да и весь огромный зал ждали моего ответа.
— Да, — сказал я. — Да, остался. Какая-то часть моего сердца тоже осталась там, в другом мире, где тоже живут люди.
Журналистка хотела задать какой-то уточняющий вопрос. Колебалась какое-то время. Но потом лишь поблагодарила меня и улыбнулась.
Вопросы пошли сплошным потоком. Меня удивило, что представителей традиционных СМИ было не так уж много. В основном важнейшие новостные агентства. Зато было много блогеров, ведущих свои страницы на разных платформах, даже названия которых были не всегда мне знакомы.
По содержанию вопросов я понял, что общественности уже были известны ключевые факты про Нарайю, включая недавние события. Оставалась за скобками лишь моя роль в них и многие значимые нюансы, вроде вмешательства третьих сил. Поэтому никому даже в голову не пришло спрашивать меня про боевые действия, моих двойников или якобы погибших участников проекта «Север». Так что, отвечая, мне даже не пришлось кривить душой — вся информация была честная и правдивая. Только неполная.
Впрочем, многие подробности Гагаринского полёта тоже стали известны лишь спустя десятилетия. Так что не думаю, что история меня осудит.
Во время последовавшего за пресс-конференцией приёма я держался чисто на волевых. Старался улыбаться и отвечать что-то осмысленное, когда ко мне обращались. Хотя это было тяжело. Ещё я старался не думать, сколько всего вот этого мне предстоит в ближайшие недели.
Лишь одно поддерживало мою волю и расположение духа. Знание, что, вероятно, где-то в будущем мне предстоит новый полёт.
Разговор
— Я что, задержан? — спросил я спокойным тоном у спортивного парня в чёрном костюме, который подошёл ко мне в фойе гостиницы и попросил подождать.
Тот нахмурился, видимо, к чему-то прислушиваясь. Хотя в ухе у него ничего не было.
«Наушники и микрофоны — это вчерашний день!» — заметил Вася.
«И то верно», — согласился я.
— Ни в коем случае, — сказал парень. — Нам нужна пара минут, чтобы обеспечить выездную группу охраны.
— На меня кто-то планирует покушение? — притворно удивился я. — Есть оперативная информация?
Парень сохранял каменное лицо.
— Что ж, тогда пускай догоняют, — сказал я и, отодвинув его в сторону, пошёл к дверям. В этот раз он не стал возражать.
Гостиница, где меня поселили, находилась на пересечении Нового Арбата и Садового. Вход в метро был совсем рядом, так что уже через пару минут я был под землёй. Проблема была в том, что у меня с собой не было ни смартфона, ни карточки, ни даже записи в единой базе биометрии, по которой можно было бы расплачиваться. Так что теоретически общественным транспортом или такси я воспользоваться не могу. Видимо, на это и был расчёт охраны: мол, прогуляется по окрестным улицам, соберёт толпу любопытных, да и вернётся под защиту, в отель.
Странно, конечно, если так: могли бы хотя бы биографию мою почитать, что ли.
Накануне вечером по моей просьбе меня снабдили комплектом обычной и спортивной одежды: худи, штаны, кроссовки, даже плавки и шлёпанцы для бассейна. Всё качественное, известных брендов. И, самое главное, ничем не примечательное.
Так что сейчас, «срисовав» расположение камер и сканеров, я прикрыл физиономию капюшоном от худи, потом выбрал в потоке пассажиров «жертву» — высокого и худого мужика, пристроился за ним и таким образом проскочил турникет.
Вечернее время, в подземке полно людей. Очень кстати, легко затеряться, маневрируя. К тому же, я использовал простейшие трюки, вроде выворачивания худи наизнанку, чтобы сложнее было по камерам отследить, даже с помощью машинного зрения. Плюс «менял» рост, комплекцию, расставляя руки, и так далее.
Не уверен, что у меня всё получилось — очень уж много камер было в поле зрения. Да и системы за прошедшие годы наверняка сильно продвинулись. Но мне просто хотелось актуализировать навыки и немного позлить своих кураторов, чтобы не расслаблялись.