Сергей Котов – Абандон (страница 30)

Куратор как-то странно посмотрел на меня. Я ждал, когда его глаза остекленеют, как у Санька недавно.

— С чего бы? — спросил он удивлённо.

— Поднимитесь и встаньте, — повторил я.

Вроде бы книга тоже слегка потеплела. Но было ли это на самом деле, или мне просто показалось оттого, что я сильнее её сжимал?.. теперь я не мог сказать точно.

— Не буду, — твёрдо сказал куратор, — у тебя что, подмышкой сердце? Так? И это хмырь каким-то образом убедил тебя, что с его помощью ты можешь управлять им?

Мы встретились взглядами с Соней. В её глазах искрился смех; я видел, что она едва сдерживается, чтобы не улыбнуться. Кажется, я покраснел.

— Ясно, — продолжал куратор, — говорю же, он профи очень высокого уровня.

— Что ему надо? — спросил я.

— Получить сердце, конечно. Желательно вместе с вами, — ответил куратор.

— Но… зачем мы ему? — удивилась Соня.

— Вы ведь уже поняли, что обладаете самой опасной вещью на Земле, так? — сказал куратор, — брать её в руки самому неразумно. Очень высока вероятность, что с вами случится то же самое, что с вашей подругой. Почему этого не произошло до сих пор — отдельный вопрос. Вероятно, есть фактор, который препятствует… если это так — вас просто необходимо изучить. Понимаете?

— Поэтому вы до сих пор не попытались забрать её у меня, — сказал я нарочито спокойным голосом.

— Конечно, — легко согласился оперативник, — я не самоубийца.

— Значит, мы будем прикреплены к этой штуковине, — продолжал рассуждать я, — всегда будем рядом, когда вы захотите её использовать… ну, такая себе жизнь. Может, хоть расскажете, чем вы лучше этого Санька?

— Особенно если то, что вы про него рассказали — правда, — вставила Соня, упрямо выпятив губу.

— Хотя бы тем, что ни я, ни моя организация не собираемся использовать это сердце, — чуть улыбнувшись, ответил куратор, — а вот те, кого представляет этот парень, напротив, очень хотят пустить его в дело.

— Почему мы должны вам верить? — упрямо спросила Соня.

— А я разве когда-то обманывал? — вопросом ответил куратор.

— Нет, — ответил я, — только темнили и недоговаривали. Сложно ожидать полной откровенности, если взять за правду то, что вы уже рассказали. Верно?

— Верно, — кивнул куратор, — что ж. В таком случае, доверьтесь своей интуиции.

Я выдержал паузу. Ответить на этот аргумент было нечем. И, честно говоря, меня его слова убедили. Теперь, задним числом, я чувствовал, что с Саньком что-то не то. Он был слишком правильным. Подчеркнуто вежливым, улыбчивым. Эдакий простой рубаха-парень, трудяга диких территорий, невольно вызывающий симпатию. Я ведь даже обещал себе щедро расплатиться за его услуги…

— Почему вы не планируете использовать сердце? — спросил я, — это же логично, разделаться с врагами… зачем такой мощной вещи простаивать?

— Потому что мы считаем, что использование этого сердца приведёт к гибели человечества, — ответил куратор, — и у нас есть основания так думать. Даже больше: мы были на волосок от гибели, — продолжал он, — если бы тот парень, напарник погибшей, успел применить сердце — последствия были бы необратимыми. А он был очень близок к этому. Вы вовремя успели, в курсе?

— Что вы с ним сделаете? — спросил я, — с этим сердцем?

— Мы постараемся его уничтожить, — ответил куратор.

— Но… как? Мы бы могли это сделать сами, если знаете способ… тогда проблема доверия решится сама собой.

— Боюсь, способ, который мы планируем использовать, очень сложный. Вы его не потянете, — осторожно ответил куратор.

— Мы хотели вернуть сердце туда, откуда они появляются, — сказала Соня, — воспользовавшись другой могилой.

Обычно невозмутимый куратор тут в ужасе округлил глаза.

— Какая безумная идея, — сказал он, — и как вовремя я успел.

— Подождите. Но как тогда? Я не думаю, что его можно так просто сжечь или порвать…

— Нет, конечно, — кивнул куратор, — этого делать совершенно нельзя. Скорее всего, вы погибните, если попытаетесь.

— Но тогда как?..

Куратор уже набрал в лёгкие воздуха, чтобы ответить. И тут откуда-то снизу послышались шаги. А потом Санёк крикнул:

— Эй! Артур! Соня! Вы тут? — его голос звучал всё так же звонко и весело, — ребят, отзовитесь!

Мы замерли, затаив дыхание. Куратор осторожно поднялся с ванны, залез подмышку и достал пистолет. Я с досадой подумал, что оставил ствол, который нам достался от Лисы и Лёвы, в машине. Решил, что сердце могилы — лучшая защита… идиот.

— Ребята, местные говорят, тут медведи зачастили в город! Наглые до невозможности!

Соня сжала челюсти; я видел, как желваки заиграли на её скулах.

Куратор указал на Соню и жестом велел ей подойти. Та посмотрела на меня, потом, осторожно ступая, двинулась в сторону санузла. Там, в небольшом коридорчике, ведущем в бывшую кухню, была небольшая ниша, со всех сторон защищённая капитальными бетонными стенами. Куратор указал на неё Соне, и она послушно вошла в убежище.

— Артур! Соня! — продолжал кричать Санёк; кажется, он остановился у соседнего подъезда.

Куратор бесшумно подошёл ко мне и шепнул на ухо: «Ответь ему. Он знает, что вы здесь. Заподозрит неладное. Надо заманить его сюда».

Я кивнул и набрал в грудь воздух.

— Саня! — крикнул я, — ты? Мы здесь! Заняты!

— О, ребят! Ну слава Богу! — ответил Санёк, — я сейчас!

Внизу зашуршали приближающиеся шаги.

Куратор жестом указал мне на нишу, где уже стояли Соня с Басей. Я забрался туда же и затаил дыхание, в очередной раз ругая себя за то, что не взял пистолет. С ним сейчас было бы спокойнее.

Я слышал, как Санёк вошёл в подъезд и начал подниматься по лестнице. Куратор отступил и прислонился к стенке. Правую руку он держал в кармане.

«Я могу достать сердце», — неожиданно прошептала Соня, возле самого моего уха. Испуганно посмотрев на куратора — не слышал ли? — я ответил: «Не надо».

«Там что-то интересное», — так же, почти бесшумно, ответила Соня.

И в этот момент на этаж поднялся Санёк. Его бодрые шаги вдруг замерли. Должно быть, увидел куратора.

— Ой, — сказал Санёк с подчёркнутой несерьёзностью, — какая неприятная встреча!

Куратор промолчал. Послышалось какое-то шевеление. Куратор быстрым движением достал из кармана предмет, очень похожий на «аварийную кнопку», которую мы использовали на полигоне.

— Не советую, — сказал куратор бесцветным голосом.

— Вот как? — хмыкнул Санёк, — уж удивил так удивил.

— Оставайся на месте, — продолжал куратор, — тогда, может быть, твоё никчемное существование не оборвётся.

— Как же мало вы о нас знаете, — продолжал Санёк, — мужик, ты хорош. Я правда тебя уважаю. Давно наблюдал за тобой. Но такое вот… неужели ты думаешь, что подобное можно использовать дважды? И мы не приняли никаких мер?

— Ты блефуешь, — ответил куратор; но я заметил, как выражение его лица едва уловимо изменилось; на нём проступила бесконечная усталость. Только теперь я заметил, что кисть его левой руки забинтована, а на камуфляже справа, ниже груди, проступает подозрительное тёмное пятно.

— А ты проверь, — ответил Санёк.

Послышались приближающиеся шаги. Куратор сжимает «аварийную кнопку». Слышится лёгкий «бух»; «кнопка» начинает сиять. Санёк рычит. И тут мы видим его спину. Он упрямо, словно преодолевая сопротивление сильного ветра, двигается вперёд. В его правой руке чёрный нож, которым он метит куратору в шею; тот же застыл на месте, словно его пригвоздили, только глядит обречённо и устало на приближающийся рок.

Соня ойкает. Я чувствую, как она тянется за сердцем. Басня на её спине шипит. Санёк, должно быть, услышав шипение оборачивается. На его лице застывает выражение крайнего удивления. Он замахивается, чтобы нанести смертельный удар куратору. В этот момент его глаза вспыхивают красным. Санёк скалится, демонстрируя необычно длинные клыки. Одновременно он запускает левую руку в карман куртки и начинает там шарить в поисках чего-то.

Бася напружинивается, готовясь к прыжку. Я чувствую, что Соня достаёт сердце. «Помоги!» — кричит она. Я подставляю правую руку. И тут её облепливает что-то холодное, металлически блестящее. Мгновение — и я ощущаю это нечто частью своего тела. Понимаю, на что оно способно. Это как молния, пронзает меня от макушки до пяток.

Бася останавливается и глядит на меня удивлённо.

Я протягиваю вперёд свою руку, которая вдруг превратилась в блестящую металлическую дубину. Санёк делает круглые глаза. Выражение испуга на лице, с двумя горящими углями вместо глаз выглядит страшно и комично одновременно.

Особым усилием я чуть напрягаюсь и даю команду сердцу, с которым мы слились.

Из утолщения вырываются тонкие металлические иглы. Они звенят на лету и наливаются синим светом. Санёк отчаянно пытается увернуться, проявляя чудеса акробатики. Но иглы чуть изгибают траекторию полёта и пронзают его. Он визжит. Его визг оглушает и уходит куда-то выше, в область ультразвука. Его тело вспыхивает синим пламенем; трещат молнии, пахнет озоном. В какой-то момент Санёк становится прозрачным. Я вижу внутри него скелет, не человеческий, будто натянутый на его тело как на оболочку.