Сергей Котов – Абандон 3 (страница 13)

Я беспомощно посмотрел на сердце. Почему оно не убило его? Быстро и милосердно. Что теперь делать?

Оружия кругом хватало.

Я подошёл к одному из боевиков, который валялся на полу, и вытащил у него из кобуры пистолет. Это снова был «Глок». Популярная, видимо, модель.

Я вернулся к умирающему. Приставил ствол к основанию его позвоночника.

— Готов? — спросил я.

— Ты… можешь… меня ненавидеть… — выдохнул он, — есть… за что… но… — он прервался на несколько секунд, сбив дыхание; я уже решил было, что моя «помощь» не понадобится и начинаются конвульсии, но нет: Павел словно собрал последние силы и заговорил отчётливо и уверенно: — ступив на дорогу звёздной пыли, иди до конца. И никого не слушай.

После этого он снова протяжно застонал, потом зашептал что-то быстро-быстро. Я прислушался: «Больно, мамочка, как же больно…» разобрал я.

После этого я закрыл глаза. И нажал на спусковой крючок.

Соня ждала меня возле входа.

— Как ты? — спросила она.

Я ничего не ответил. Мне почему-то очень захотелось смотреть на Солнце. До боли в глазах. До слепоты. Но я заставил себя отвести взгляд.

Глава 3

Довольно быстро не осталось никаких сомнений в том, что боевики, захватившие нас, были контрабандистами. В глубине пещер мы нашли несколько герметичных ящиков, помеченных значком «радиационная опасность». Что ж, логично: в наше время этот товар может принести куда как большую прибыль, чем банальные алмазы.

Оснащены они были соответственно. Специальное оборудование, компьютеры, транспорт. В одном из замаскированных залов пещеры мы нашли даже скрытую вертолётную площадку, где стояла винтокрылая машина. Сверху площадка закрывалась маскировочной тканью — так, что даже с небольшой высоты её невозможно было отличить от окружающей скальной породы.

А ещё у них, конечно же, были собственные терминалы спутникового интернета. Причём обычных, голосовых, спутниковых трубок я не заметил. Продвинутые ребята, привыкли полагаться на самые современные технологии.

Мы вскрыли компьютер одного из главарей с помощью его отпечатка пальца. Покопавшись немного, я обнаружил активированный аккаунт «Скайп» с предоплаченными услугами на несколько сотен долларов.

Можно было звонить на номер Ступени. Понятное дело — чувствительную информацию по такому каналу не передашь, но хотя бы обозначить, что мы живы и примерно договориться о способе эвакуации можно.

— Так, — сказал я, по памяти набирая цифры, — надо принимать решение. Звоним сейчас или сначала добираемся до ближайшего города?

— Ты хочешь взять их машину? — спросила Соня.

— Ну, да, — кивнул я, — а как иначе?

— Наверняка тут наши права не действуют, — заметила она.

— Так я и полицейских особо не видел.

— Зато я замечала, по дороге в Колманстоп. И это если не считать того, что нас могут целенаправленно искать и выставить блок-посты на дорогах.

— У нас оружие есть, — заметил я, — и сердце.

— Которое непонятно по какому принципу жертв выбирает, — парировала напарница.

— То есть, всё-таки звонить.

— Однозначно.

Я нажал кнопку набора. Через несколько секунд послышались сдвоенные гудки. Это продолжалось довольно долго, наверное, с минуту. Потом вызов прервался. На том конце так и не ответили.

Мы переглянулись. Я ещё раз тщательно проверил все цифры. Снова набрал. С тем же результатом.

— Может, там ночь? — сказала Соня и тут же сама добавила: — хотя о чём я, должен же быть дежурный…

— И там не ночь, — заметил я, — не такая большая разница во времени, между нами.

— Не нравится мне это…

— Значит всё-таки едем самостоятельно? — спросил я, нащупывая в кармане документы. Их стоило проверить — мало ли, вдруг Павел, обыскивая нас, что-то вытащил. Но нет: паспорт, права и даже служебные карты были на месте. Вместе с документами я вытащил ещё один пластиковый прямоугольник, на котором было написано: 星尘道. Понятия не имею, это значит, но выглядело красиво. На обратной стороне карточки был напечатан QR-код. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить хантеров из Колманстопа, представителей Нефритовой Ступени.

— Есть ещё один вариант, — заметил я.

— Да? — заинтересовалась Соня.

Я показал ей карточку.

— Помнишь ту пару из Колманстопа? — спросил я.

Соня кивнула.

— Так вот, наши внутренние правила не запрещают обращаться за помощью к дружественным ветвям. Особенно в отчаянных ситуациях. А наше положение вполне подходит под это определение, так?

Соня опять кивнула и добавила:

— Это прекрасно. А что с сердцем делать будем?

— Как что? — ответил я, — сохранять, конечно. И просить помощи в его сохранении. Насколько я помню расклад отношений между ветвями, Нефритовые не пойдут на конфликт ради единственного ценного сердца. Поэтому мы и сотрудничаем. Они не раз доказывали свою дальновидность.

— Ты прав, — кивнула напарница и добавила: — наверное.

— Что не так?

— Да всё равно как-то стрёмновато, если честно… — вздохнула она.

Я задумчиво глядел на экран в надежде, что дежурный Ступени вдруг проснётся и перенаберёт номер после проверки, как положено. Но входящий вызов всё никак не поступал…

— Хотя давай, — неожиданно сказала напарница, — это всё равно лучше, чем переться самим. И мне совсем не понравился тот бой на карьере, где мы сердце добыли.

Я кивнул, и активировал камеру на ноутбуке. Потом повернул карту так, чтобы камера считала QR.

Открылся браузер. Сначала прошла заставка на китайском языке, но потом экран поменялся, я увидел активированный значок безопасного соединения, и браузер открыл международный вариант мессенджера «Вэйсинь». Через несколько секунд установилось соединение.

С экрана на меня смотрел незнакомый китаец.

— Hello! — приветливо сказал я и помахал рукой.

Китаец удивлённо взглянул на нас и произнёс на чистом русском:

— Разве вы не из России?

— Из России, — улыбнулся я, — всё верно. Просто не знал, на каком языке вы говорите.

— Те, кто дал вам карту, разумеется, обеспечили возможность коммуникации, — ответил китаец, — не стоило об этом волноваться.

Подождите минутку, я переключу вас.

Китаец исчез раньше, чем я успел что-либо ответить.

По экрану пошли разноцветные круги, заиграла весёлая музыка. Это продолжалось минуту или около того.

А потом мы увидели обеспокоенное лицо Сяомэй.

— О-о-о, ребята! — приветливо сказала она английском, — очень рада вас видеть. У вас всё в порядке?

— Не совсем, — честно ответил я.

— Это открытый канал, — напомнила Сяомэй, — скажите только: вам нужна помощь?

— Да.

— Мы готовы помочь. Сможете продержаться… — она прервалась на пару секунд, глядя куда-то в сторону, — три часа?

Мы переглянулись.