Сергей Котов – Абандон 3 (страница 12)

— Ни в чём, — ответил я, — у моей спутницы боязнь замкнутых пространств.

— Тогда тем более не понятно, какого фига вы делали в пещере! — ухмыльнулся тот.

Плохо дело. Значит, за нами следили с момента выхода на поверхность.

— Не по своей воле, — ответил я.

Мужик промолчал.

Сразу за входом в пещере находился довольно большой зал. Он был ярко освещён светодиодными прожекторами, которые, похоже, работали от аккумуляторов. По крайней мере, ничего похожего на генераторы я не заметил.

В зале было довольно людно: суровые вооружённые мужчины сновали куда-то по своим делам, кто-то сидел за столами и что-то обсуждал, глядя в планшет. А в дальнем углу, привязанный к доске, лежал обнажённый мужчина. Над ним склонились трое. У них в руках были инструменты — но не медицинские а, скорее, слесарные. Судя по тому, что через секунду лежащий закричал, в их целях их действий сомневаться не приходилось.

У меня опять пересохло во рту. Я бросил быстрый взгляд на Соню. Она на удивление хорошо держалась.

Подтверждая мои опасения, наш похититель указал именно в тот угол, где пытали несчастного. Мы нехотя поплелись в этом направлении.

Только когда мы подошли ближе я узнал в растянутом на деревянной доске мужчине Павла. Похоже прежде, чем начать пытку, его хорошенько избили: левый глаз заплыл из-за огромного синяка. Кровоподтёки виднелись и синяки виднелись на руках и рёбрах.

Несмотря на то, что он сделал с нами несколько часов назад, мне стало его даже жаль. В конце концов, он ведь мог нас и убить — но по каким-то причинам не сделал этого. Впрочем, он ведь мог знать, что оставляет нас в могиле, и тогда его поведение было более отягчающим, чем простое убийство. Но я старался убедить себя, что ему не было известно о могиле.

Единственным здоровым глазом он разглядел меня. Узнал, конечно. И тут же что-то затараторил на местном наречии.

Мужик, который привёл нас, некоторое время внимательно слушал. А потом громко рассмеялся — так, что другие присутствующие в пещере даже начали на нас оглядываться.

— Он говорит, что вы ужасные преступники, владеющие магией, — сказал мужик, немного успокоившись, — что вы его заколдовали и заставили нести жуткую вещь через пустыню в одиночестве. Как вам такая версия?

— Подыграйте мне! — сказал Павел на русском, — иначе все погибнем!

Один из его мучителей ударил его по голени каким-то твёрдым предметом, напоминающим колотушку. Павел взвыл.

— Что он сказал? — спросил мужик, который нас привёл. Похоже, он тут был старший.

— Просил подыграть ему, — ответил я.

— Неплохо, — сказал мужик на чистом русском, — даже хорошо. Что ж, похоже, на жизнь вы себе уже заработали. Будете и дальше такими же честными — глядишь, нам удастся избежать самого неприятного. Вот он честным не был, — он кивнул на Павла, — за что и платит.

Мужик кивнул одному из палачей, и тот достал узкий и длинный нож. Подошёл к Павлу, который снова начал кричать. Второй палач закрыл ему рот кляпом.

— Ладно, тут и без нас разберутся, — сказал мужик, — пойдёмте прогуляемся.

Мы вышли из большого зала у входа в пещеру через узкий боковой лаз и оказались в ещё одном зале, гораздо меньшем. Тут стоял одинокий стол у стены и горела пара прожекторов. Возле стола стояли двое вооружённых боевиков. Оба кивнули, когда увидели мужика, который привёл нас.

— Jy kan maar gaan. Maar bly naby, — сказал он.

Оба боевика отошли от стола и вышли из зала.

Только теперь я разглядел, что на столе лежало извлечённое нами сердце.

— Знаете, что это такое? — спросил мужик.

— Догадываемся, — ответил я, — вероятно, оружие.

— И как оно действует?

— Убивает тех, в кого целится хозяин, — ответил я, — по крайней мере, именно так оно сработало, когда я им воспользовался.

— Молодец, — похвалил мужик, — ещё пара очков и повышенный шанс на выживание. Идём дальше. Кто вы такие?

Прежде, чем ответить, я выдержал паузу. Надо было подумать. Соня тревожно поглядывала на меня, но благоразумно сохраняла молчание.

— С учётом ситуации, я могу рассказать, — ответил я, — только хотел бы сразу предупредить о последствиях. Скорее всего, те, кто придут за нами, убьют всех, кто успеет узнать об этом. То есть, вас, и всех, кому вы успеете доверить эту информацию.

Мужик хохотнул. Потом взял сердце со стола и покрутил его в ручищах.

— Умён. Ничего не скажешь, — ответил он, — единственная возможная тактика в твоей ситуации. Подготовка впечатляет. Старую школу видно сразу. Так что не думаю, что ты из государственных структур. Контора явно частная, которая может позволить себе хороших инструкторов. Так?

Я пожал плечами.

— Ну а если так — то можешь не утруждаться. Я знаю, кто вы такие.

Дальнейшее случилось слишком быстро. Я даже не успел пискнуть.

Мужик взял сердце, нацелился на нас и плавно нажал ту штуку, которая похожа на спусковой крючок.

Я зажмурился. Успел подумать о родителях, пожалеть их. От адреналина зашумело в ушах, сердце стукнуло раз-другой, и ушло в галоп.

Я медленно открыл глаза. Соня стояла рядом, глядя на меня в полной растерянности.

А мужик, стрелявший в нас из сердца, как подкошенный рухнул на каменный пол пещеры.

На всякий случай я ещё пару секунд не двигался с места. А потом рванул к мужику.

Я всё никак не мог сообразить, что же произошло: его свалил приступ за секунду до того, как он убил бы нас? Маловероятно, но не невозможно ведь! А что ещё мне оставалось думать?

Мужик был мёртв. Я тщательно пытался нащупать пульс на его шее — но тщетно. Потом я опустился и попробовал послушать его сердце, прижав ухо к груди.

— Умер? — как-то подчёркнуто спокойно спросила Соня.

— Да, — ответил я.

— Похоже, это сердце убивает вовсе не того, в кого целится. Да?

— Возможно, — кивнул я, и взял сердце.

Почему-то, когда я ощутил в руках его приятную тяжесть, мне стало гораздо спокойнее.

— К выходу, — сказал я, переходя на шёпот, — осторожно. Помнишь двоих охранников?

Соня молча кивнула.

Но об охране, как вскоре выяснилось, беспокоиться не следовало. Они тоже были мертвы. Кажется, один из них перед смертью даже пытался достать оружие — в его руке был пистолет, а кобура была расстёгнута. Впрочем, это ничем ему не помогло.

Мы прошли узким лазом, и уже по дороге я заподозрил, что мы найдём в главном зале. Слишком уж тихо тут стало. Нет гула человеческих голосов.

— Арти, сколько их тут?.. — выдохнула Соня, оглядывая тела, которые совсем недавно были живыми боевиками.

— Несколько десятков, — машинально ответил я, — судмедэксперты повесятся.

— Что делать будем? — спросила напарница.

И тут я услышал что-то вроде сдавленного стона. Посмотрел в дальний угол пещеры, где устроили пыточную.

— Соня, иди к выходу, жди меня там, — как можно более спокойным голосом произнёс я.

— Что? Почему? — удивилась напарница.

— Просто жди у выхода, пожалуйста, — повторил я, — хорошо?

Кажется, Соня поняла. По крайней мере, без дальнейших вопросов она направилась к выходу.

Павел был не жилец. Не нужно было иметь медицинского образования, чтобы понять это. Похоже, его начали убивать сразу после того, как он увидел нас. Причём делали это одним из самых мучительных способов — сдирая кожу.

Кажется, он всё ещё мог меня видеть. По крайней мере, стон усилился, когда я подошёл ближе.

Осторожно, стараясь не задеть его, я отстегнул кляп.

— Добей… — выдохнул Павел, — это… невыносимо… а-а-а…