Сергей Костин – Пако Аррайя. По ту сторону пруда – 2. Страстная неделя (страница 1)
Сергей Костин
Пако Аррайя. По ту сторону пруда – 2. Страстная неделя
Знак информационной продукции (Федеральный закон № 436–ФЗ от 29.12.2010 г.)
Редактор:
Издатель:
Главный редактор:
Руководитель проекта:
Арт-директор:
Корректоры:
Верстка:
Дизайн обложки:
© С. Костин, 2013
© ООО «Альпина нон-фикшн», 2026
Вербное воскресенье
В церкви полагается думать о вечном, только в тот день как-то это плохо получалось. Я тогда еще не знал, что земля вот-вот разверзнется у меня под ногами, но она уже предательски дрогнула.
Вообще-то я люблю наш собор Святого Патрика, зажатый между 5-й и Мэдисон-авеню давно переросшими его зданиями. Снаружи ты видишь только псевдоготический новодел. Однако внутри собор легкий, залитый мягким светом, и, несмотря на лаконизм декора, я иногда даже забываю, что я в Нью-Йорке, а не в Старом Свете. Ну, когда не смотрю на галерею, с которой и здесь по праздникам свисают звездно-полосатые полотнища.
Сидящие справа от меня Джессика и Бобби встали, и я поднялся вслед за ними. Все вокруг встали.
– Господи Иисусе Христе, – мягким, проникновенным, как это принято у католиков, голосом говорил, если не ошибаюсь, сам архиепископ. В честь праздника служил он и еще человек двадцать клириков. – Ты сказал апостолам Своим: мир Мой оставляю вам, мир Мой даю вам.
Мир! Мир-то да, то есть весь свет. Только мира в нем для меня больше нет. Дернуло же меня перед уходом проверить почту в своем айфоне. Что за сюрприз мне уготован? В том, что будущее не предвещает ничего хорошего, уверенность была полная.
– Аминь, – произнес я вместе со всеми, когда священник, соединив руки, закончил молитву.
Как же мне теперь улизнуть? Мы собирались после мессы пойти всем семейством поесть суши в японском ресторане на 49-й улице. Но растягивать пытку мне не хотелось.
– Мир Господа нашего да пребудет с вами.
Священник говорил в микрофон, и казалось, что он беседует один на один с каждым из прихожан. Только не все его слышали.
– И со духом твоим, – на автомате вместе с другими откликнулся я.
– Приветствуйте друг друга с миром и любовью.
Джессика потянулась ко мне с такой нежностью, что я даже забыл о своих тревогах. «Господи, за что ты наградил меня?» – в тысячный, в стотысячный раз удивился я, целуя ее щеки в россыпи веснушек. И Бобби, мой маленький мальчик Бобби, который в этом году окончит университет, с улыбкой потерся о мою щеку своей небритой.
Я так и не придумал, под каким предлогом мне смыться, но меня выручил сын.
– Слушайте, народ, – смущенно сказал он, когда мы вместе с толпой вышли на улицу через тяжелые бронзовые двери. – Может, мы лучше поужинаем вместе? Мне бы сейчас хорошо отойти на пару часов.
– Если тебе предстоит что-то приятное, – тут же, хотя и с условием, согласилась Джессика. – Но если ты просто-напросто собираешься в библиотеку, почему не сделать это после обеда?
Бобби посмотрел на меня: в его планы явно не входило обложиться книгами. Я бросился на выручку сыну:
– Я плохо понимаю, что же такого неприятного может ждать человека в библиотеке. Но в принципе я тоже за ужин. Я бы как раз перехватил Пола Черника.
Пол – давно уже наш друг, но и по-прежнему партнер. Он страхует ненормальных дельтапланеристов, сёрфингистов, скалолазов, спелеологов, дайверов и прочих экстремалов, которых мое туристическое агентство рассылает по всему миру в поисках ощущения настоящей жизни. Пол недавно развелся и, вместо того чтобы наслаждаться неожиданным даром свободы, часто работает в своем офисе по выходным. Он так борется с переживаниями. К тому же он иудей, и Вход Господень в Иерусалим к числу его праздников не относится.
– Если совсем честно, – призналась Джессика, – меня это тоже устраивает. Мне нужно дочитать рукопись, а семейные обеды так расхолаживают.
Джессика работает редактором в крупном издательстве, выпускающем в том числе воспоминания бывших шпионов. Я их тоже с удовольствием почитываю, оправдывая тем самым перед знакомыми свои познания в отдельной области человеческой суеты. Работает моя жена почти исключительно дома, но по утрам. Ее созидательной энергии хватает до обеда, потом она ходит по музеям и художественным галереям, встречается с подругами или занимается домашними делами.
– Ничего, что добрые христиане собираются работать в воскресенье, тем более Вербное?
Это во мне говорит моя профессиональная извращенность. Я уже понял, что все для меня складывается как нельзя более удачно и врать дальше не придется, поэтому делаю вид, что не очень-то и рад, что обед не состоится.
– А кто сказал, что я собираюсь работать?
Бобби чмокнул мать в щеку, хлопнул меня по спине и, пока мы не передумали, был таков. Он в наших поездках по Европе пристрастился к скутерам, мода на которые в Штаты так и не пришла. Так что теперь, куда бы он ни направлялся, у него на согнутой руке всегда висит черно-серый шлем. Вот он освободил своего боевого коня, прикованного за колесо к чугунной решетке, скрыл голову под своей защитной скорлупой и, отъезжая, махнул нам рукой. Джессика укоризненно покачала головой: ей кажется, что вести скутер одной рукой на скорости десять километров в час – безумное лихачество.
Мы с ней приехали на такси – единственно возможном виде транспорта на поверхности Манхэттена, не считая роликовых коньков. Метро моя жена не любит: там мрачно, шумно и всюду липкие поверхности. Обняв Джессику, я довел ее до Мэдисон-авеню и, поцеловав, доверил таксисту-сикху с седой бородой и в зеленой чалме.
А сам повернул на юг, к Центральному вокзалу. Я прошел несколько кварталов, избегая отели и всякие «Старбакс кафе», где вайфай есть, но заходить в интернет нужно будет со своего смартфона. Что я, естественно, и без вайфая могу сделать, по 3G, но мне важно как раз использовать чужой вход в сеть. Наконец, уже перед самым вокзалом, я нашел в боковой улочке то, что нужно. Это была обычная «дели», то есть бакалейная лавка, с кофемашиной и парой компьютеров. Я взял себе эспрессо, заплатил за пятнадцать минут соединения и взгромоздился на высокий стул лицом к улице. Четверти часа для плохих известий обычно хватает.
В девять утра, пока Джессика примеряла строгую одежду, чтобы пойти в церковь, я залез в свой айфон, проверяя почту. У меня два личных аккаунта в разных сетях, а также служебный почтовый ящик, куда поступают сообщения для нашего турагентства. Сюда-то и пришла рекламная рассылка новой одежды по каталогу Quelle. Фирма это немецкая, в Штатах малоизвестная, так что такое сообщение незамеченным не пройдет. С другой стороны, речь идет об официальном, очень известным в Европе бренде, потому и подозрений такая рассылка не вызовет. Как она пробирается через спам-фильтры, не знаю, но умельцев в Лесу хватает. Для кого угодно другого появление такой рекламы выглядит как спам особой проникающей способности, но только не для меня. По нашему с Конторой протоколу это сигнал SOS, сообщающий о возникшей для меня серьезной опасности.
То была стандартная рассылка Quelle, без каких-либо скрытых сообщений. Я ее как получил на айфон, так тут же и удалил. Теперь я с компьютера той бакалейной лавки залез в «Пикасу», гугловское приложение обмена фотографиями по интернету. Интересующие меня альбомы с доступом, открытым для всех, периодически меняются: сейчас на очереди был фотоотчет о путешествии по Германии некоего или некой elf89. Что за эльф, определить не удалось бы никому, так как на своих фотографиях путешественник или путешественница из волшебных сказок не появлялись ни разу. Зато среди снимков площадей, соборов, фонтанов, шарманщиков и девочек с воздушными шариками был один, только один, с собакой – симпатичным ньюфаундлендом с газетой в зубах. Он-то мне и был нужен.
Я подсоединил к компьютеру айфон и закачал фотографию себе. Так, на всякий случай вернемся и удостоверимся, что она со страницы «Пикасы» исчезла. Исчезла, умница собачка! Теперь мне нужен был разовый пароль. Этот или эта elf89 подписывал(а), в каком из немецких городов была сделана та или иная фотография. Лишь один из них был обозначен, якобы по недосмотру, с маленькой буквы: bremen. Теперь осталась ерунда: открыть фотографию в специальной программе на моем айфоне и набрать название города в графе «пароль». Фотография исчезла, и в новом окне открылся текст, вписанный в нее совершенно незаметным образом. Фантастика? Ничуть! Теперь такая шпионская технология доступна всем обладателям гаджетов, такие приложения чуть ли не бесплатные. Вы даже другую фотографию можете спрятать таким образом, хоть план ядерного нападения, никто из посторонних ее не раскроет.