Сергей Коротков – Тропою избранных (страница 62)

– Точно!

– Согласен!

Доцент передал артефакт Трешу, остальное бережно завернул и отдал помощнику. Распорядился позвать одного из подчиненных. Прибежал забитого вида мужичок в рванье и с синяком под глазом.

– Это Ашот. Он работал раньше на ремонте «Елены». Расскажет вам о внутренностях небоскреба, план накидает, спрашивайте, что нужно. Ашот, выкладывай нашим дорогим гостям все, что помнишь.

– Карашо, хозяин!

И Ашот поведал про устройство здания, коряво набросал схему, изрядно измучив Холода и Треша сильным акцентом и глухотой. Выходить решили в ночь, несмотря на предупреждение Доцента о максимальном сборе бандитов в небоскребе в это время. Количество врага заботило не столь сильно, как маскировка и раннее обнаружение штурмовой группы. Участвовать согласились все, даже раненые. Треш выступил против, но Холод поддержал инициативу Зимы и Вальтера, предложив также роли для Самоделкина и Семеныча. Каждый боец был на счету, Доцент насобирал им в помощь десяток своих ополченцев.

На улицах, лишенных фонарей и очагов огня, темнело быстро. Редкие звери, шмыгающие по переулкам в поисках пищи, не пугали людей, тихо пробиравшихся вдоль стен разрушенных зданий. Вальтер хромал, но шел сам. Зима с самодельным костылем медленно передвигался при поддержке Семеныча. Дрон с прибором ночного видения барражировал в сумеречном небе над полумертвым городом, сообщая хозяину обо всех деталях. Пару одичавших собак завалила Злата из бесшумного автомата, других шавок отпугивали криками. Часть снаряжения бойцы оставили в крепости, в личных покоях Доцента на попечение его помощника. Сам главарь клана отправился с отрядом Треша.

Учитывая расположение и высоту здания с засевшими в нем «черепами», группа двигалась скрытно и очень осторожно. Дать себя засечь раньше времени – означало провал и расстрел с высокой оборонительной точки. Тут, как нельзя кстати, пригодились способности спецназовца и бывших вояк. Холод, Ра и Савва, о чем-то долго споря, вынесли вердикт и донесли до остальных план действий.

Зима с пулеметом должен залечь на самой верхней точке соседней частично разрушенной шестнадцатиэтажки. С ним остаются Злата с оптикой, Самоделкин с дроном и Семеныч с гранатометом, в который зарядили последний выстрел. Это звено прикрытия. Из всех остальных бойцов сформировалась штурмовая группа: Фифа и Треш, бесшумно устраняющие дозоры «черепов», ударное звено из Холода, Ра, Ксенона и Саввы, которое обязано войти в здание с запасного входа, продвигаться наверх. За ними звено чистильщиков – Гучи и Лабуда, ликвидирующее раненых отморозков и страхующее впереди идущих товарищей. Звено отвлечения из ополченцев Доцента занимало вестибюль небоскреба и обязано было устроить переполох, чтобы оттянуть шумом силы противника на себя, по необходимости вывести их на улицу под огонь группы прикрытия. Грешник, Вальтер и Тим образовывали звено подхвата, этакий запасной полк, находящийся в готовности прийти на помощь бедствующим и принять освобожденных детей. Звену бесшумного огня надлежало после ликвидации видимых дозоров присоединиться к основной ударной группе.

– Хм, оригинальная затея! – сморщил лоб Треш, выслушав вояк. – Связь по рации, работаем бесшумкой и холодным оружием до тех пор, пока не обнаружимся. А после этого можно в открытую пользоваться огнестрельным. Всем ясно?

– Самоделкин, пожалуйста, еще раз проверь сороковой этаж с пленниками. Там ли все они или частями разбросаны по этажам? – попросил Треш инженера, недавно обследовавшего дроном небоскреб.

– Есть.

Народ заметно волновался, глядя на очертания высоченного здания, основание которого освещали несколько костров, а говор людей обозначал наличие десятка человек. Дым цистерны с остатками горящего мазута в речном порту неподалеку смешивался с сумерками позднего вечера, при этом образуя непроглядную завесу. Пара прожекторов, бьющих лучами в окрестности небоскреба, не пугали светом. Скорее, наоборот – внушали неподдельное желание быстрее покинуть руины наблюдательного пункта и оказаться в мертвой от освещения зоне, внутри помещения. Казалось, огромный трансформер рентгеновскими лучами изучает землю под ногами в поисках добычи. Бойцов немного потрясывало от прохлады и волнения за успех в предстоящей схватке с незнакомым противником, но их постоянно приободряли уверенный твердый голос Холода и шутки Лабуды.

По предварительному сговору с Доцентом трое поселенцев, отдельно находящихся на соседней улице в ожидании сигнала, должны были шумнуть и вытянуть на себя часть бандитов, увести их в город и раствориться в руинах. Это хоть как-то могло облегчить схватку и распылить силы противника.

– Ну, что, братцы, сделаем вылазку, потреплем нервы бандюганам? Будьте предельно внимательны, не увлекайтесь войнушкой, не стройте из себя супер-пупер коммандос. Нам бравада не нужна, слава и так идет не по нашим пятам, а намного опережает отряд. Так давайте закрепим молву о нас как о лучших бойцах не только Пади, но и за ее пределами, как о дружной и бесстрашной команде! Пусть изначальная удача сопутствует нам и сегодня.

– Пусть! – раздался шепот среди развалин дома.

– Все ненужное с себя долой, оставить только оружие, аптечки и фляжки с водой, – приказал Холод, снимая излишки снаряги. – Не забываем, что там дети. Действуем ловко, быстро и тихо.

Воины стали избавляться от ненужной амуниции, освобождать экипировку от груза для ближнего боя, глотали стероиды, анаболики и пилюли от болевого синдрома. Некоторые бойцы остались лишь в костюмах «Специфик», скинув даже бронежилеты. Весь скарб аккуратно складывали в углу темного помещения, маскируя листами шифера и пластами слежавшегося утеплителя.

Треш рылся в контейнерах пояса с артефактами, раздумывая, что из бесценных диковинок может пригодиться наверху. Быстро оценил детали предстоящего боя, сунул в карман последний «барбарис» с мыслью, что раненые наверняка будут, подержал «медузу» и «гипнонику», не решился взять их и спрятал в сидоре. Артефакт «ксерокс» решили отдать ударной группе под командованием Холода, которым преобразование в бандитов было нужнее, чем остальным, находящимся в других секторах. Применение на себе данного артефакта требовало определенных навыков и вызывало жажду, поэтому бойцы напились воды и взяли фляжки с собой. Да и детям могла понадобиться жидкость.

– Я ни за что не расстанусь со своим стволом! – заявил Лабуда, прижимая автомат к груди. – Сами махайте там ножами, сколько вздумается. Я – пас.

– Только выдай нас грохотом своим! – Холод показал сталкеру немалого вида кулак. – Перво-наперво тесаки и ножи используем, никакого шума.

– Да что мы, пацаны, что ли? Знаем! – пробурчал Ра.

– А что, девки, что ли? – пошутил Гучи, на что получил в ответ непристойный жест и ухмылки товарищей.

– Если что, сбор здесь, – напомнил Холод, – второй эвакопункт на мельнице Доцента.

– Ночью после операции отдыхаем, а утром валим на восток, – сказал Треш, – Самоделкин, ну что там?

– Дети по-прежнему на сороковом. Бандиты занимают первые три, пятый, десятый, тридцать девятый, сорок первый и самый верхний. Еще крыша, на которой достаточно светло от юпитеров и факелов. Там, похоже, слева от выхода из лифтовой шахты хоромы их главаря. Бассейн, вертолетная площадка, наблюдательный пункт с оптикой, оранжерея или теплица. Не пойму.

– Хорошо, понятно. Что-то еще?

– Гарпия крутится недалеко… зараза! Того и гляди, сграбастает моего дрона… На уровне примерно шестого, седьмого и восьмого этажей аномалия типа «магнитуды».

– Ишь ты, всевидящее око! Даже аномалки сечет, – осклабился Лабуда, утирая вызванные ночной прохладой сопли под носом. – А родинки на ягодицах этих «черепов» не видит твой самоплан?

– Лабуда, заткнись! Еще что, инженер?

– «Магнитуду» видно, потому что она собрала всякий железный хлам и прицепила на стенах и окнах. Чего там только нет! Крепко держит. Еще дымит чего-то у них в середине небоскреба. Пылает внутри, но так… пассивно.

– Если ты массивный, то в секосе пассивный, а если маленький, то и в кроватке удаленький! – вновь юморнул Лабуда, да еще и усугубил шутку обращением к верзиле Савве: – Так оно, мамонт ты наш псковский?

– Я ща в бараний рог тебя сверну, маленький ты наш! – грозно пробубнил Савва, скрипя ящиком, на котором сидел. – А потом еще и в узел завяжу, чтоб на колобка похож стал!

– Я буду участвовать, – поддержал его Ксенон, докуривая сигарету.

– Рот закрой, помощничек! Ишь ты, – проворчал Лабуда, ерзая между товарищами, – шуток совсем не понимают в этой кодле…

– Так, все притихли, патруль их недалеко, – сообщил Треш, пригибая голову, – и курение отставить! Вмиг заметят.

Потянулись минуты тревожной тишины. Напружиненные до предела бойцы готовы были в мгновение ока вылететь из укрытия и форсировать все преграды города. Но нужно было взять только одну, главную – бандитский оплот с женским именем «Елена».

– Готовность один. Доцент, давай знак своим, – приказал Треш, как только патруль из трех бандитов в черных куртках прошествовал мимо засады.

– Слушаюсь.

Через минуту с соседнего перекрестка донесся грохот взрыва, вспышка на миг озарила улицу, а автомобильный гудок нескончаемым гулом заставил бандитов встревожиться. «Черепа» среагировали почти сразу – три мотоцикла басовито протарахтели вдоль по улице к источнику шума. Но Злата с крыши дома четко сняла двоих из них. В итоге на углу перекрестка создался кавардак из упавшей техники, крики боли и ужаса огласили округу. Еще через короткое время от небоскреба пробежала толпа бандитов, бряцая оружием и стуча коваными каблуками по асфальту.