Сергей Коротков – По ту сторону восхода (страница 24)

– Атас, у нас гости! По фронту… количеством до десяти, нет… до пятнадцати. Это зверье… мутанты, Север. Слышишь?

– Да слышу, тихо ты, – старший проводник, не отрывая глаз от оптики, знаками показал отряду занять оборону, – Стелс, гранаты готовь.

– Так далеко же до кустов…

– Живо, сказал! Пацаны, товсь, ща проредим «зеленку», иначе…

Что «иначе», народ не услышал, потому что в листве кустарника в нескольких местах проявились близко посаженные красные точки. Первым острое давление в голове ощутил ученый, застонавший и затрясший ею. Пилот тоже ойкнул и схватился за шлем.

– Огонь! – крикнул Север, и его бесшумный автомат затукал частыми одиночными.

Спецназовцев и Стелса подгонять было не нужно – парни открыли ураганный огонь по невидимому врагу, выкашивая «зеленку» под ноль. Пулемет и несколько автоматов колотили так громко, что заглушили визг и вой с берега.

– Пустой.

– Я тоже.

– Перезарядка.

Только двое продолжали палить по кустам по причине многозарядности своего оружия: Таймыр молотил из «Гвалта», мощного ручного пулемета с коробом на полторы сотни патронов, а Курган из АК-12 с девяностозарядным барабанным магазином. Они и выручили остальных, успевших сменить магазины и не схвативших ментальные удары мутантов.

– Дай ВОГом, капитан. Стелс, глянь «научника», что с ним? Майор, ты как там?

Пилот махнул рукой, Сохошко пытался встать на ноги, булькая жижей топи и растирая виски грязной рукой. Курган ухнул из подствольника, осколочная взорвалась в обтрепанных кустах сизым облаком.

– Кто это был, Север?

– Псевдоволки, – военстал снял шлем и провел рукой по лысине, глянул на Кургана. – Ждали нас, чтобы сворой броситься, но сначала подавить психологически.

– Ни хрена себе! – Капитан сглотнул. – Меня вроде не задело. Пацаны, вы как, с башками все нормально? Лады. Север, а вдруг эти твари еще там остались?

– А на это Стелс нам сейчас ответит. Друже, глянь, чего там сканер высвечивает.

Стелс отвернулся от ученого, направил КПК на расстрелянные кусты, поводил им по воздуху:

– Слева пара штук томится. Больше не вижу.

– Понял. Таймыр, «маслины» еще имеются? Разряди коробку вон в те ивы, на одиннадцать. Или ты, Курган, вдарь еще раз с «Костра».

– Промажу, кривым считать будешь меня?! Таймыр, сработай, – усмехнувшись, отдал распоряжение капитан.

Вновь затарахтел пулемет. Собачий визг известил о попадании. Север удовлетворенно цыкнул и жестом показал выдвигаться. Таймыр, высокий мускулистый парень лет двадцати пяти, на ходу стал перезаряжать свое оружие, бойцы выстраивались в цепочку и бурлили зеленой от ряски водой. Север снова повел группу вперед, прощупывая слегой путь.

– Почему пси-блокаду не ставим? – поинтересовался возвращающийся к жизни ученый у Севера. – Сколько можно испытывать мою прочность?! Я не опытное изделие, я здесь, потому что…

– Заткнись, резиновое изделие номер два, без тебя тошно, – обрезал его Курган, замыкающий колонну. – И не выпадай из строя. Шаг влево, шаг вправо – расстрел. Усёк?

Константин обиженно засопел, а Север, не оглядываясь на «научника», все же ответил:

– Пси-блокада сразу не действует, тем паче вид мутантов мы определили поздно, уже после их ментальной атаки, – по демонстративному молчанию сзади военстал понял, что своим пояснением не удовлетворил амбиции доцента и зло сплюнул в сторону. – Лады, парни, шевелим копытами, один щелчок остался до бивака!

Группа выбралась на чавкающий берег, но, в отличие от повалившегося на гнилую траву ученого, не теряла бдительности. Курган поймал взгляд военстала, кивнул. Север нырнул в искромсанные кусты разведать обстановку. Бойцы в полном молчании ждали его возвращения.

Север отнял руку от еще влажной шерсти мертвого псевдоволка, не сводя глаз с зарослей, крепче сжал рукоять автомата, на полусогнутых медленно передвинулся в сторону. Сердце учащенно забилось о ребра. Оно и понятно – из-за любого куста мог выскочить пси-мутант и, гася волю жертвы, разорвать ее на хлястики. Проводник облизнул сухие губы и перебрался к следующему трупу. Антеннулы между ушами на уродливых черепах говорили об обладании тварями ментальной силы, действующей на расстоянии. На Большой земле такие «рожки» ценились как чудо-средство от инсультов и мигрени и стоили немалых денег. Но сейчас пластать ножичком головы десятка волков Север не собирался – нужно было досконально разведать округу и дать отмашку на отдых товарищам, напряженным, словно боевые пружины. Он, дабы не маячить мишенью для возможного врага, бесшумно, не хрустя ветками, юркнул в заросли, продолжая контролировать сектор.

Курган первым заметил приближение военстала, но не сводил мушку автомата с него до последнего, пока полностью не убедился в безопасности.

– Чисто, – сообщил Север. – Двадцать минут на «расслабон», и двигаем дальше. На запах мертвечины и крови вот-вот стянется вся живность округи. Вон, уже аскариды на низком старте замерли.

Все разом посмотрели по направлению жеста проводника. Из земли, из черных узких норок и из-под кореньев торчали иссиня-свинцовые головы змей, пристально следящих за движениями людей. Около десятка их повылезало на влажную почву: языки не выскакивали, тела не извивались, только жутковато мерцали в сгущавшихся сумерках желтоватые глазки.

– Песец подкрался незаметно… – прошептал Крым, спецназовец в лохматом костюме «леший», с РПК-100 на плече. – Че за фигня такая? Змеи или ожившие корни, как в романах фантастов?

– Мутировавшие дождевые черви. Давние обитатели Зоны, ее санитары. Только на рыболовный крючок насаживать не советую – вопьются так, что мало не покажется… Всем кублом человека за час пожирают. А если не успевают доесть, утаскивают в норы кусками.

– Север, харэ пугать пацанов! – встрял капитан, перекидывая автомат через плечо и не сводя внимательного взгляда с дерна. – Пока окончательно не стемнело, нужно в темпе двигать в то твоё укромное место, залатать раны и подхарчиться.

– Так точно, нужно. Пять минут на справление нужды, сборы и чистку, затем выходим. Стелс, последишь за сектором?

– А то! Конечно, командир, – парень исполнительно кивнул, но его перебил Курган.

– Отставить. В этот раз мои ребятки на охране.

Стелс недовольно взглянул на капитана, затем на друга. Север подмигнул, типа, лады, нехай сами бдят, их забота. Он достал бинокль и пошел искать более высокую точку обзора.

Бойцы и подопечные занялись чисткой одежды и оружия, Крым отошел в охранение. Все возились молча, сопя и пыхтя, но сноровисто – времени выделили мало, а грязь на экипировке висела килограммами.

Сумерки стремительно сгущались, затягивая небосвод темным одеялом с перистыми складками. Вся разумная двуногая живность спешила укрыться в защищенных местечках, дабы провести ночь в спокойствии, а утро встретить живой и здоровой. Другие представители фауны, наоборот, высыпали на просторы Зоны порезвиться да поохотиться. Пищевую цепочку никто не отменял.

– Нам во-он туда, в сторону заката, к догорающей цистерне в железнодорожном тупике, – известил Север капитана, вернувшись с бугра поодаль.

– Блин, далековато чапать в темноте…

– Ну, еще не так темно для Зоны, четверть часа у нас есть, а лясы точить на ходу будем. Подъем, братва. Нефиг копчики мочить на сырой траве да анусами своими аскарид сооблазнять.

– Шутник, ядрен батон!

– Я серьезно, капитан. Они чуют тепло задницы на земле и впиваются махом. Запомни, если не знал, лучшие приманки в теле человеческом – это места, уязвимые и быстро доступные для проникновения внутрь: уши, глаза, рот и жопа. Ясно?

– Вот, блин!

– Эй, Крым! – негромко окликнул часового военстал и заметил недовольный взгляд капитана.

– Я! – высунулся из кустов боец в «лешем» и вопросительно уставился на Севера.

– Дозорный, ты меня, конечно, извини, но толку от тебя никакого.

– Север, пургу не гони! – строго прервал его капитан. – По существу претензий, будь добр.

– А претензий нет. Есть строгий выговор за недосмотр, который в следующий раз может обернуться трагедией. Поясняю. – Север повернулся к спецназовцу и прищурился: – Аскариды не в счет, а вот пропущенные в наш стан крысаки, слепой пес и зомбак – почему оказались тобою незамеченными?

– Кк-ак-кие-е еще зомбаки и крысаки? – выдавил потрясенный часовой, выпучив глаза на разрисованном черными полосами лице.

– Где?! – вскочил с земли Таймыр, застонав от боли в раненой руке.

– Вот ведь… ёкэлэмэнэ. – Север смачно высморкался, вытер ладонь о штанину. – Ты, полуостровитянин, даже не заметил их, что ли? Я надеялся, что видел, но не придал значения. Это плохо. Так не годится, боец!

– Слушай, военстал, ты не умничай тут слишком! – опять вклинился Курган, выпятив нижнюю челюсть и нахмурив лоб.

– Ты тоже усмири пыл, замбой! Ишь, мину состроил, будто на ринг вышел. Со мной таким тоном не разговаривай, понял? Для особо одаренных и чересчур сильных, – проводник бросил насмешливый взгляд на капитана, – поясняю. Первое. Я видел трех крысаков, шныряющих по кустам. Эти зверьки вгрызаются в жертву не слабее пираньи или бультерьера, прыгают на метр вверх и могут одним росчерком когтей перебить сонную артерию человека. Возможно, они еще рядом, наблюдают и ждут удобного случая. Их не пугают ни размер жертв, ни превосходящая численность, ни тонны оружия – они абсолютно безбашенные, голодные, злые, мутировавшие крысы с кошку величиной. Второе. Слепой пес, хоть и облезлый и старый, но имеет нюх за версту и может оказаться разведчиком большой стаи, которая обитает неподалеку. А уж отбиться от своры в полсотни голов нам вряд ли удастся. Потому таких одиноких псов нужно кончать сразу же. И, наконец, третье. Крым, скажи, ты сейчас в дозоре видел челове… ну, кого-то, похожего на человека?