Сергей Коротков – Аксиома выживания (страница 71)
– Э-э… а… постой, – забубнил Синцов, прижимаясь спиной к желтой холодной стене, – как же так… я столько вынашивал идею познания Мироздания, переноса тела в сигнатуре пространства… наконец, изучения Армады как таковой… Как же… Я не понимаю… не хочу я так!
– Вениамин Константинович, неужели не понятно, что я никогда не говорю зря? Пора бы тебе уже привыкнуть. Столько лет знаем друг друга… У тебя осталась минута на раздумья. В противном случае, все равно выйдет по-моему, но только тогда я зашлю тебя к динозаврам в Юрский период, куда-нибудь в Перу. И совсем не в это измерение. Ты этого хочешь?
– Проклятье! Я так не могу… я хотел увидеть дочерей, жену повидать… мне многое нужно им сказать, передать и…
– …Я же сказал, что тебя впереди ожидает встреча с одним человеком! – перебил Черный Сталкер профессора. – И он все тебе разъяснит. Доходчиво и популярно. Поэтому сейчас вы оба идете только вперед!
– Да-да, конечно, я понимаю, я о-очень все понимаю… – проблеял ученый, тряся куцей бородкой и патлами редких волос. – А как же мой кристалл?! Ведь я тоже являюсь Избранным, если он у меня есть!
– Ох-х… – Черный Сталкер протяжно вздохнул. – Вот что за люди, а? Постоянно ищут хоть какие-то оправдания… Неужели я не ясно сказал – все узнаете там, куда пойдете! А если честно, с каким наслаждением я бы лично убил тебя, горе-научник! Но, увы, не суждено…
Синцов вздрогнул, кивнул и уточнил:
– Тогда только одна просьба…
– … Никаких просьб! Ты не в той ситуации и положении, чтобы просить. Ты явился сюда врагом, непрошеным чужаком, силой взломал Врата, воспользовавшись чужим ключом, нарушил Правила и хочешь просить?!
– Я понимаю, все понимаю… Идемте, Мещеряков, – Синцов поймал взглядом уже порядком ушедший вперед скелет, окутанный серебристым силовым облачком.
– Ступай, ступай, бывший хозяин «Ока». Но помни – хоть мне и не дано убить тебя, но один неверный шаг или злобный умысел, и Армада поступит с тобой так же, как с твоим охранником.
– Угу…
Они направились по абсолютно ровному прямому тоннелю, в стенах которого отсутствовали двери, ниши и комнаты. Синцов, в руках которого уже почти оказался покой едва ли не всего Мироздания, постоянно озирался, ища выход из создавшегося положения, надеясь обмануть Стража. Но ничего путного в голову не приходило. На душе стало жутковато и холодно – такое обычно случалось, когда приходилось кем-то жертвовать или кого-то убивать.
Вскоре коридор превратился в огромный зал, одну сторону которого заменила… пропасть, похожая на Разлом. С одним отличием: профессор ощутил ледяное дуновение тьмы из бездны, принял вправо и прижался к стене. Страж подтолкнул его в бок и ухмыльнулся.
– Иди, Синцов! Это твоя судьба.
Ученый зло посмотрел на Черного Сталкера, проглотил слюну, почуяв песок на зубах, кивнул и снова пошел вперед, с ненавистью буравя колючим взглядом черный разлом пропасти.
– Так ненавидишь меня, что готов убить? – вдруг едва ли не в ухо спросил Чистильщик, заставив вздрогнуть в очередной раз от неожиданности. – А ты уверен, что сможешь собственными руками сделать это? Не чужими, как ты поступил тогда, когда в организованной тобой лаборатории уродовали мое тело, так ведь, Мещеряков?! – громко уточнил Черный Сталкер у едва не подпрыгнувшего от испуга молодого ученого. – Та-ак, именно так! – он вновь обратился к профессору: – Не чужими руками, а своими, розовыми, тонкими, ухоженными пальчиками, готов?!
– Н-нет. Никого я не хочу убивать… всему свое время и каждому его срок! – промямлил Синцов, мгновенно вспотев, несмотря на идущий изо рта пар и холодное дыхание пропасти слева.
Страж цыкнул, подошел к обрыву, остановился на краю тропы. Повернулся к ученому и посмотрел прямо в его глаза:
– А ты попробуй, очкарик! Глядишь, и получится! Вдруг ты опять будешь «на коне»? И Армадой завладеешь! Хех… Боишься? Знаешь, что это благодаря тебе мы все пятеро застряли во времени и пространстве еще в далеком восемьдесят шестом! И поэтому убить друг друга никак не можем, являясь одним целым, но в различных обличиях сразу в нескольких параллельных мирах! Не знал этого? Так знай! Потому что даже попытка одного из нас убить другого может привести к тому, что Армада просто уничтожит местную копию. Ну, или зашвырнет ее черт знает куда! Ты готов к этому, профессор?!
Его тон и слова обескуражили ученого, заставили его сжаться и задрожать. Спина взмокла, руки затряслись, подбородок с клочками бородки заходил ходуном. Лицо побледнело.
– Я… я-а нет… не буду… зачем? Я…
– …Часы «Заря»! Кишка тонка, да, Синцов? Ха. Но мы уже пришли, – Черный Сталкер указал профессору на высокий треугольный проем в стене. – Тебе сюда. А мы тут пока с Мещеряковым поговорим по душам про жизнь и жизнь после смерти…
И он, многозначно глядя на скукожившегося ученого, заразительно захохотал.
– Что это?.. Как?.. Галлюцинации?
Синцов стоял посреди огромного зала с теряющимся в недосягаемой высоте потолком. Под ногами сверкал переливами почти прозрачный кристаллический пол. Перехватило дыхание от напряжения и чистоты прохладного воздуха. Он ощущал сейчас себя микроскопической песчинкой на бескрайних просторах Мироздания, настолько мизерной и ничтожной, что даже не помышлял более ни о чем. И был обескуражен, смят, поражен увиденным.
– Здравствуй, отец… – стоящая рядом с рослым сталкером Лиза смахнула легким движением набежавшую слезу. – Тебе не чудится, это действительно я – твоя старшая дочь.
– Но как?.. – большего вымолвить профессор не смог.
– Обыкновенно. Уж не тебе, научному светилу, рассказывать, как, бывает, переплетаются нити судьбы обыкновенных, казалось бы, людей. Но в данном случае ответ прост: всему виной твоя научная деятельность. А еще выбор
Синцов упал на колени и опустил на грудь голову.
– Так… Но ведь я…
– Ты?! Ты забыл самый главный принцип для человека! – Лиза повысила голос. – Ты забыл о своей КРОВИ! О близких тебе людях. О тех, кто видел в тебе надежду и опору! Крепкое мужское плечо. Вот! – она указала на стоящего рядом сталкера. – Знакомься, это мой… друг, Рекс, в миру – Максим Вершинин, который прошел через многое, пока стал Стражем. Он отрекся от семьи. Вернее, не так. Ему пришлось отказаться от семьи, но только после того, как удалось давно погибшую семью вернуть к жизни. Да, да! Через Армаду и с моей помощью! Он не забыл о своей крови! Он вернул родных из небытия, но заплатил за это высокую цену. Не знаю, насколько мне удается заменять Максиму семью, но я люблю этого человека и прекрасно понимаю его! И поэтому всегда нахожусь рядом – в печали и радости! Потому что здесь мы – единое целое!
Поникший Синцов еще ниже опустил голову и разрыдался во весь голос, а Лиза, не стыдясь собственных слез, продолжила:
– Не кайся, это лишь малая твоя вина по сравнению с тем, что произошло в другом месте! Там тебе удалось погубить миллиарды человеческих жизней! Не веришь? Тогда слушай. Мы сейчас находимся в той ветви реальности, которую Армада создала после изменения Рексом прошлого. Это исправленный мир, и тут тебе не удастся запустить всемирный Катаклизм, благодаря неправильной активации Армады. Потому что здесь ты даже не попадешь к
– Но как же? Как же ключ?..
– Ключ? А это не твой ключ! Представляешь, Армада тоже умеет ошибаться! И в том мире, где произошел Катаклизм, она не сумела просчитать твои действия, отчего по ноосфере и тектоническим разломам планеты прокатилась энергетическая волна ужасающей силы, вызвав множество катастроф на таких опасных объектах, как АЭС или склады химического оружия! При этом погибло пять шестых населения планеты. А здесь? Опять же, благодаря твоим исследованиям по перемещению во времени, Армада дала сбой и отправила тебе кристалл вместе с КПК, который предназначался… той же крови, что и у тебя! Твоей младшей дочери – Злате! Это ее ключ, и сейчас она находится в беде. В том мире, где после организованного тобой Катаклизма образовалась так называемая Падь.
– К-как, как я могу помочь ей?! – Синцов вскинул голову.
– Скоро узнаешь. И поможешь не столько ей, сколько самому себе. Уже есть тот, кто поможет Злате. И он в пути! Твоя же задача состоит в другом… Ты должен замкнуть временной круг, устранив некоторые нестыковки событий. Вспомни хорошенько – видел ли ты раньше что-нибудь похожее на этот КПК?
Профессор вздрогнул и встрепенулся.
– Д-да… Да, точно! Я ведь уже держал такой же КПК и даже исследовал его! Тогда, перед Первой Вспышкой! Погодите… такой же?! Или все-таки этот же самый?!