Сергей Конышев – Сборник рассказов «Побег из душегубки» (страница 9)
Никита непроизвольно сглотнул слюну. Внутри у него началась борьба между похмельным желанием мяса и отвращением к тому, что формально придётся съесть Наф-Нафа.
– Нет! Наф-наф – победитель, а победителей не едят.
– Зря. Вкусно! – Денис облизал пальцы. – Сколько они со скидкой стоят?
– Шестьдесят рублей.
– О! – у Дениса загорелись глаза. – Совсем забыл, что у меня есть ещё полтинник! А это значит, что червячка мы ликвидируем колбасёнками!
Никита вздрогнул. Ему представилась теперь не только кровяная сопля, но и фарш из Наф-Нафа. К горлу подступила тошнота. Сдавило виски. Он воскликнул.
– Наф-Наф – из нашего детства! Это кощунство!
– Ты водочки, видать, вчера перепил! – Денис хохотнул. – Поросёнок, он и есть поросёнок. Они рождены, чтобы стать колбасёнкой!
– Неправда! Наф-Наф – герой!
Рассмеявшись, Денис обеими руками показал на лоток.
– Герой-негерой, но такова се ля ви поросячья. Быть колбасёнкой!
– Смотри, чтоб твоя се ля ви не стала такой же! – огрызнулся Никита. – Третьим поросёнком может стать каждый! Мы ведь с поросятами одного царства. Животные. Сегодня третий поросёнок – Наф-Наф, а завтра – ты! Не зарекайся!
– Бред! Где человек и где свинья!
– Человек хуже свиньи. Человек испорчен мозгами!
– Вы на кассу? – cпор друзей прервал мужчина в камуфляжных штанах.
Друзья вышли из магазина. Денис пшикнул литрушку и жадно глотнул из неё. Следом глотнул Никита. На душе у него тут же полегчало, но опять вмешался третий поросёнок.
– Замечательный сырокопчёный Наф-Наф. – Денис закинул в рот колбасёнку. – Будешь?
– Нет.
– Гав! – дворняга проснулась.
– Дай ей вместо меня, – попросил Никита.
– Ещё чего! Я собак не подкармливаю.
– Почему?
Денис сделал два глотка и выпалил одним духом.
– Родился я в провинции. Жили мы в хрущёвке тридцать метров. Сами ютились, как животные. Поэтому плевал я на собак. Пусть кормятся, где хотят. Для них действует закон естественного отбора. Я, вообще, по своему менталитету дарвинист!
Дворняга начала скулить.
– Неужели тебе не жалко её?
– Жалко, – дарвинист закинул в рот колбасёнку. – Но ещё Достоевский писал, что русские люди подкармливать собак не любят.
Головная боль Никиты стала пульсирующей.
– Русские значат морят животных голодом? Живодёр ты, вот ты кто! Классика ещё приплёл.
– Классиков я чту! Как раз недавно перечитал «Муму», – Денис начал хохотать. Из его рта полетела свинина.
Кусочек попал Никите в лицо, от чего он издал нечленораздельный вопль. Выхватил у Дениса колбасёнки и побежал прочь. Дворняга взвизгнула, будто лакомство украли у неё, и бросилась следом. Дарвинист тоже кинулся догонять, закручивая на ходу литрушку, но споткнулся и проехался лицом по асфальту. Ещё и пиво разлил.
Поднявшись, Денис захромал в сторону дома. Он проклинал всё на свете, как вдруг увидел, Никиту, который скармливал колбасёнки дворняге. Дарвинист схватил арматурину и кинулся на обидчика, но вмешалась собака. Она не стала разбирать, на кого направлена железная палка. Дворняга приняла всё на свой счёт, ведь по своей сути она тоже была дарвинистом. Никита собаке помог: сначала – ногами, потом – арматуриной.
Очнулся Денис в больнице. Тела он не чувствовал. Он попытался крикнуть, но получился лишь стон. В палату зашёл врач.
– Вас избил собутыльник и покусала собака. Травмы серьёзные. Сильно пострадали почки. Левую пришлось удалить. Правая функционирует плохо. К сожалению, органов на пересадку сейчас нет. Но выход есть.
– Ка… Ка…
– Какой? – подсказал врач. – Почка трансгенного поросёнка. Всего наши учёные пока их вывели три. Двоих мы уже использовали. Первому пациенту пересадили сердце. Пациент умер через неделю. Второму пересадили печень. Умер через месяц. Остался третий поросёнок. Мы готовы пересадить вам его почку. Вы… согласны? Можете просто кивнуть.
Денис ответил.
– Наф-наф.
Сергей К.
19-26.11.2024, Реутов
10. Капуста
За дверью орал телевизор.
– Это передача по телеку началась, – заметил Коля. – Я, как из дома уходил, бабушка смотрела. Называется «Американская мечта по-русски».
Вика нажала на звонок. Дззззз! Никакой реакции. Ситуация привычная – большинство пенсионеров глуховаты. Вика опять позвонила – теперь настойчивее, несколько раз. Наконец раздались шаги вперемешку с палкой. Дверь открыл крепкий старик. Несмотря на июль, он был в свитере и брюках.
– Здравствуйте, Владимир Сергеевич! Поздравляем вас с юбилеем от всех учеников школы номер семь! – Вика улыбнулась, а Коля протянул торт.
– Вы опоздали. – старик был уничтожающе спокоен. – Девяносто мне исполнилось вчера.
Повисла неловкая пауза, которую заполнил телевизор.
– Следующий герой передачи – Аркадий Лимонян по прозвищу капустный король. Оборот его предприятий в прошлом году составил три миллиарда рублей. Его личное состояние оценивается в сто миллионов долларов, не считая суперъяхты и виллы во Флориде.
– Извините нас! – произнесла наконец Вика, перебив телевизор. – Нам сказали, что сегодня.
Учительница, наверное, перепутала, подумал старик и тут же смягчился, подавив в себе раздражение.
– Детишки, извините за грубость! Давайте чая попьём!
Коля и Вика зашли в квартиру. Выглядела она аскетично. Из украшений – только настенные часы и популярный советский плакат «Сбылись мечты народные!», на котором «Бурлаки на Волге» противопоставляются «Великим стройкам коммунизма». Старик сел в своё кресло и стал управлять молодёжью. Это мастерски у него получалось, ведь в советские времена Владимир Сергеевич руководил целой группой инженеров, за что даже получил медаль.
Стол был накрыт через десять минут. Хозяин и гости расселись. На выбор предлагались следующие блюда: малиновое варенье, чёрный хлеб, квашенная капуста, варёная картошка и торт «Наполеон». Вика зачитала стихотворение в честь юбиляра. Коля разлил по кружкам чай. Немного поговорили и стали смотреть телевизор. Старик – с напряжением, семиклассники – с интересом. Все трое внимали Лимоняну, механически закидывая в рты оловянные ложки: один – с тортом, вторая – с вареньем, третий – с картошкой.
– Эту лошадку я в девяносто втором приобрёл! Называется она СМН-1, – Лимонян давал интервью из капустоуборочного комбайна. – Я ещё при совке на этой СМНэшке работал. Перспектив тогда было ноль. А потом как шарахнуло! Я колхоз наш приватизировал, и все поля капустой засеял. Три деревни работой обеспечил.
Лимонян обвёл рукой бесконечные капустные поля, на которых под закатным солнцем копошились человечки и сельхозтехника.
– Люди наши, а комбайны все импортные. Кроме СМНэшек! – продолжил долларовый миллионер. – Как совок развалился, всё ведь позакрывалось. СМНэшки тоже перестали выпускать. Так я возродил. Купил завод, где их раньше делали.
Старик нахмурился и прибавил громкости на пульте. Лимонян стал ещё оглушительней.
– Я америкосов пригласил. Они мне СМНэшки модернизировали до ихних стандартов. Мы теперь СМН-2 делаем. Я капусту теперь не собираю, а рублю прямо! Чем не американская мечта по-русски?
Лимонян задорно рассмеялся. Очевидно, эту шутку он произносил уже не в первый раз.
– Буржуй! Королёк недобитый! – пробурчал старик и ударил палкой в пол. – Капусту он рубит СМНэшкой! Совести нет!
– А что такого? – удивилась Вика. – Дядя – бизнесмен. Имеет полное право по конституции!
– Не имеет! Капуста – достояние всего народа! – старик повысил голос, но тут же осёкся и даже нашёл в себе силы ухмыльнуться. – Прошу прощения, детишки.
Владимир Сергеевич подумал о том, что зря он не сдержался. Девочка ещё слишком мала и наивна, чтобы понять сущность Лимоняна, который променял нашу мечту на американскую. Да не просто променял, а добился воплощения американской мечты с помощью достижений советской. То, что было изобретено когда-то для всего советского народа, служит теперь одному Лимоняну. Он всю капусту присваивает себе. Чудовищная несправедливость! Но произнёс старик совершенно другое – шутливо-примирительное.
– Ты, Вика, права. Теперь у нас бизнесмены – капустные короли. А дети – графья. Вот вы опоздали ко мне на день, и ничего страшного с вами не случилось. А раньше не так было. Раньше ко времени относились иначе. Да и мечта у нас была совершенно другой.
Старик отхлебнул чая и убавил громкость на пульте.