Сергей Конышев – Сборник рассказов «Побег из душегубки» (страница 16)
– Понимаю. Здоровья жене. Ну вы уж не обессудьте. Мы тогда опубликуем рассказ Стаханова.
– Как Стаханова?
– А что такое? Раз вы ничего не даёте…
– Я дам! – перебил Илья. – Я завтра же пришлю рассказ. Сажусь немедленно!
– Жду текст. Жене – здоровья!
Редактор положил трубку. На экране опять появилось фото предсмертной записки. Илья перечитал её и констатировал.
– Ужас.
Помедлил пару секунд и добавил в своё оправдание.
– На данный момент её жизни ничего не угрожает.
Шмыгнул носом.
– Вот и хорошо, что не угрожает. Вот и слава богу. А мне поработать нужно.
Стахановец отключил телефон. Пятичленка должна быть закончена.
Сергей К.
21.01 – 16.02.2025, Реутов
14. Настя пришла
Настя ушла от Егора из-за кошки.
Дело было, конечно, не в кошке, просто Настю испортил квартирный вопрос. Он встал между супругами в первый же день брака. Жена считала для себя унизительным жить в съёмной однушке, но первые три года терпела, считая, что с любимым и в шалаше рай. Нежные чувства сглаживали большую часть острых углов, и всё же квадратные метры прорвались. Случилось это, когда лучшая подруга Насти Кристина получила от бывшего мужа двухкомнатную квартиру. Небольшую, всего сорок метров, но зато в полную собственность. Настя испытала приступ чёрной зависти, потеряв с тех пор всякий покой. Её заветнейшей мечтой стала покупка квартиры.
Конечно, Настя понимала, что квартира не может просто материализоваться из воздуха, но ведь есть ипотека – нужно просто накопить денег на первоначальный взнос. Егор полностью поддерживал амбициозные планы жены, но пока не мог подкрепить их материально. Солидную часть своей зарплаты он тратил на кошку по кличке Бони. У неё были проблемы с желудком, поэтому ей требовалось дорогостоящее лечение и специальный американский корм.
– Если бы не твоя Бони, мы бы давно уже взяли ипотеку! Ты тратишь на кошку больше, чем на меня! – вспылила однажды Настя. – Я откладываю, как могу, но только моих денег недостаточно! Мы так ещё пять лет будем копить!
– Что же ты предлагаешь? – Егор протирал пол, после того, как Боню в очередной раз стошнило.
– Отдай кошку в добрые руки!
– Да ты что? Куда я её отдам?
– В приют, например.
– Бони же корм нужен специальный. Отдать Бони в приют – значит убить её.
– Не отдать Бони в приют – значит, убить наши отношения!
– Перестань, любимая. Не злись. Я попрошу начальника, чтобы мне подняли зарплату. Хватит и на тебя, и на Боню.
– Нет! Выбирай! Или я, или кошка! – Настя пришла в ярость от того, что муж её поставил на один уровень с домашним животным.
– Я не могу выбирать. Я выбираю вас обеих, – Егор попытался обнять жену, но она его оттолкнула.
– Ты – слизняк! Семью не можешь обеспечить жилплощадью! Значит, я сама себя обеспечу! Я сама накоплю себе на однушку! Я переезжаю к родителям!
Настя начала собирать вещи.
***
Настя ушла от родителей из-за клопов.
Дело было, конечно, не в клопах, просто Настя устала от нравоучений отца, бывшего полковника. Он не мог понять, куда катится мир и почему его дочь бросила приличного мужика Егора. Настя устала объяснять одно и тоже. Она повторяла из раза в раз, что не собирается строить свою жизнь вместе с человеком, которому кошка важнее квартиры и жены. Пускай он хоть тысячу, хоть миллион раз порядочный – ей такой добряк не нужен, ей нужен добытчик. Этот разговор повторялся почти ежедневно. Клопы просто стали последней каплей.
– Доброго утра! – отец зашёл в комнату к дочери. – Сегодня придёт дезинфекция. Будут травить клопов. Тебе нужно съехать на три дня. Мы с матерью путёвку взяли в пансионат. А ты давай к Егору возвращайся. Он мне звонил вчера. Просил передать, что его повысили и зарплату подняли.
Настя вся сжалась от страха. Она очень боялась насекомых.
– Клопы? У нас в квартире?
– Да. Мать убиралась вчера и нашли двух у тебя на покрывале. Кажись, у них тут где-то гнездо. Скорее всего в матрасе.
Настя от ужаса вытаращила глаза и несколько секунд переваривала услышанное. Наконец, до неё дошло, что речь идёт о том самом матрасе, на котором она сейчас лежит. Девушка с визгом соскочила на пол.
– Я же спала на этом матрасе всю ночь! Почему ты вчера мне ничего не сказал?
– Ты поздно вернулась. Мать уже спала, а будить её нельзя. Ты же знаешь.
– Предатель! Значит, жена тебе важнее дочери! Я бы точно своего ребенка предупредила о клопах!
– Нет у тебя никакого ребёнка! Свихнулась совсем на своей ипотеке! Тебе семью нужно строить!
– Ипотека – это и есть строительство семьи!
– Семья – это муж и жена, а построить они могут только ребёнка! Вернись к Егору! Мы с матерью вам поможем! С деньгами туго сейчас. Сама знаешь, мать лечится. Но сад я не забрасываю. Картошку, свеклу, морковь, соленья – всё это я вам с Егором организую! Сэкономите на еде!
Настя ответила не сразу. Предложение отца было заманчивым. Натуральные продукты – это дорого, полезно и привилегированно. Да и сам Егор уже не казался Насте таким уж слизняком. В принципе, она была не против к нему вернуться, но в девушке взыграло упрямство. Ей захотелось немного поломаться, не более того.
– Или я, или кошка! Я – не какое-то там домашнее животное! Это дело принципа!
– Мы с матерью заберём к себе эту чёртову кошку. Только вернись к Егору!
– У мамы же аллергия!
– Я с ней договорился. Она готова умереть, лишь бы у тебя всё наладилось.
Настя повертела пальцем у виска.
– Вы совсем уже тю-тю на старости лет.
Отец побагровел.
– Это ты тю-тю по своей молодости! Удобно устроилась. Живёшь у нас тут, как в отеле. Сама тужишься, и нас заставляешь тужиться из-за какой-то там однушки! Ты на неё одна никогда не накопишь! Да и зачем тебе одной копить? Нужно вместе с мужем, как у всех нормальных людей. Куда катится мир? В наши времена всё не так было. Всё было по-человечески! По-советски!
Настя вспыхнула. Отец ужалил её в самое больное место. Дома Настя жила и, правда, как у Христа за пазухой. Всё чистенько, всё постирано, не нужно готовить и, главное, не нужно тратить деньги на съёмное жильё. Идеальное место жительства для того, кто копит на первоначальный взнос, а Настя упорно продолжала это делать, подпитывая свои амбиции сильной и независимой женщины.
– Это я-то одна не накоплю? – воскликнула дочь. – Да я и на двушку накоплю! Я на вторую работу устроюсь! Вот увидишь!
Отец сделал паузу, сдержав себя от импульсивного ответа. Он понял, что перегнул в своих нравоучениях. Когда бывший полковник начал говорить, то голос его был уже уютным, даже уговаривающим.
– Не надо, дочь. Не упрямься. Пошутил я про отель. Некорректно выразился. Живи сколько нужно. Не надо тебе двушку и вторую работу. Я знаю, что ты сможешь. Ты – баба амбициозная. Я всё это знаю, но и тебе нужно кое-что понять. Амбиции – это не всегда хорошо. Для амбиций нужна правильная цель. Генерал-лейтенант Пивень Анатолий Кондратьевич вот что про всяких военных карьеристов говорил. Неправильная цель обязательного приведёт амбициозного человека к моральному банкротству. То есть к такому состоянию, когда процесс становится важнее результата. А ведь в войне результат важен, а не бюрократия. Это и к твоей ипотеке применимо. У тебя вон аппетит уже разгулялся, ты уже двухкомнатную квартиру хочешь. Вот зачем тебе одной две комнаты? Солить их будешь? Окстись! Не превращайся в ипотечную карьеристку!
Бывший полковник помолчал. Теперь побагровела Настя. То, что говорил отец, ей казалось полнейшим вздором.
– Прошу тебя, дочь, смени цель. Выбери правильную. Вернись к Егору!
Настя усмехнулась в ответ.
– У самурая нет цели, только путь. Обойдусь без твоих советов! И без твоего Егора!
– И зря! Я просто хочу, чтобы у тебя всё было нормально в жизни!
– Хватит! Не верю! – выкрикнула дочь. – У меня бы всё нормально было в жизни, если бы ты мне вчера про клопов сказал! А теперь мне мерзко! Мне мерзко с тобой рядом жить! Предатель ты, папочка! Я переезжаю к Кристине! И вот увидишь, я заработаю на двушку!
Настя начала собирать вещи.
***