Сергей Комар – Раскол (страница 14)

Глава 2. Корпорация Энигма

— Алиса, проснись! Как долго ты спала!

— Какой мне странный сон приснился! — сказала Алиса, открывая глаза.

— Расскажешь?

— Пожалуй, да... — Алиса начала говорить, но осеклась. Она не была дома. И голос принадлежал незнакомцу. — Где я?

Человек замялся, пробормотал что-то себе под нос. Потом встал с края кровати, на котором сидел, и, бросив что-то вроде «позову Марка, я не знал, что уже все, я не понял, как это случилось…», вышел из комнаты.

Алиса огляделась. Комната, в которой она находилась, напоминала палату в больнице. Белые стены, желтые карнизы под потолком, маленькое окошко в центре стены напротив ее кровати. В окошке был свет, но не дневной. Сама кровать прикручена к полу. Рядом стояла не то капельница, не то держатель для кружки Эсмарха. Постельное белье было тоже белым, накрахмаленным. Пол покрыт глянцевой керамической плиткой. В углу комнаты большой белый шкаф с матовыми стеклянными дверцами. Над головой Алиса заметила небольшую картину, которая подчеркивала унылое убранство. На картине изображен «Девятый вал» Айвазовского, репринт на альбомном листе, помещенный в тонкую невзрачную рамку.

Алиса резко села, свесив ноги. Голова закружилась, и перед глазами заплясали черные мушки. Она опустила голову, взгляд уперся в похудевшую грудь: на ней была пижама бледно-зеленого цвета на голое тело. Одежда была явно казенная. Девушка огляделась по сторонам, но своей одежды не обнаружила.

Когда пространство комнаты перестало плыть, Алиса попыталась успокоить себя. Нужно было разобраться, где она находится и что произошло. Что-то нехорошее случилось перед этим. Что именно — не вспомнить.

Дверь отворилась, и в комнату вошел мужчина. Высокий, с худым лицом, длинным острым носом и пухлыми алыми губами. Лицо его, как показалось Алисе, было желтоватого оттенка, маленькие глаза смотрели прямо и устало. Мужчина потер веки, затем переносицу, словно сгоняя усталость.

— Здравствуйте, Алиса.

Голос глухой, спокойный. Жесты плавные. Он будто стоял на палубе раскачивающегося судна.

Алиса ничего не ответила. Она насторожено смотрела в глаза вошедшему, пытаясь вспомнить, видела ли она этого человека раньше. Ей казалось, что видела, но когда и при каких событиях, она не могла припомнить.

— Меня зовут Марк.

Мужчина не стал ей протягивать руку, но поднял в приветственном жесте ладонь, и Алиса увидела, что пальцы у него тонкие и сухие, немного заостренные кверху.

— Сначала будет непросто, — сказал он. — Но вы меня послушайте, не перебивая, а затем я отвечу на все ваши вопросы.

Он пристально посмотрел, выжидая. Приняв молчание девушки за готовность слушать, он продолжил.

— Вы находитесь в Северо-западном подразделении корпорации Энигма. Про сам проект Энигма вы узнаете со временем. Сегодня пятнадцатое марта две тысячи двадцатого года. Вы поступили в ноябре две тысячи девятнадцатого. Да, прошло четыре месяца. Все это время вы были в сознании и находились здесь по своей воле. Вы проходили инициацию. Побочный эффект инициации — временная потеря памяти. Воспоминания вернутся. Через какое время — точно сказать не могу: у всех по-разному. Ничего страшного за это время не произошло. Не пугайтесь. Это не блокировка сознания. Скорее побочный эффект, как от лекарства. Бывали случаи, когда люди вспоминали все уже через неделю. На самом деле инициация закончилась несколько дней назад, но потом происходит этот побочный эффект и вот испуганный Рене выбегает из процедурной, а я здесь.

Он попытался улыбнуться. Получилось не очень естественно, но было видно, что он старается.

— Я буду рассказывать частями, давая вам отдохнуть. В целом, по жизненным показателям вы сейчас в отличной форме благодаря питанию и специальным упражнениям. Про это расскажу чуть позже. Сегодня остановимся на том, кто я, где мы и, самое главное, зачем. Ранее вы видели черных людей…

Алиса неожиданно для себя вскрикнула:

— Да!

— Так вот, — не обратив внимания на эмоциональную вспышку, продолжал Мрак. — Это венаторы Энигмы. Их задача — искать таких, как вы. Предвижу ваше возмущение и соглашусь: это не очень гуманно. Но поверьте, пока мы не придумали, как можно улучшить этот этап. До инициации каждый видит их по-своему. Вы — черными людьми. Кто-то — насекомыми. Кто-то — пришельцами или сгустками света. Почему-то всегда образы пугающие. Я не знаю, почему так, но у меня есть догадка. Но сейчас не об этом. После того как венаторы разыщут кандидата, они проводят проверку, которая может занимать от нескольких дней до месяца или даже нескольких лет. Я знаю, что в вашем случае они затянули, и прошу извинить нас за это.

Мужчина сочувственно посмотрел на Алису, и ей показалось, что он говорит искренне.

— Когда проверка закончена, они доставляют кандидата в ближайшее подразделение. Начинается процедура инициации. Я был вашим куратором в этой процедуре, и хочется верить, что в дальнейшем буду вам наставником.

— Вы похитили меня? — Алиса в недоумении смотрела на постороннего ей человека, который назвался куратором, чтобы это не значило. Взгляд ее говорил о непонимании происходящего. Марк с горечью пожал плечами.

— Нет, — разочарованно протянул он, — не совсем. Вы меня не слушали?

— Слушала, но то, что вы говорите, звучит как бред.

— Не буду спорить! Но на минуту сделайте допущение, что это правда. Просто представьте. Вы же проходите математику в институте? Пусть все, что я сказал, будет предположительно правдой, и дальше пазл сложится.

Алиса задумалась. Если верить тому, что сказал чудаковатый мужчина, не подвергая сомнению его подозрительную историю, то, выходит, она не ненормальная. Все это время она видела существ, которые в итоге реально ее и похитили. По всему выходило, что ненормальные они. Если принять на веру, что прошло четыре месяца.…

— Постойте, а как же родители? Они с ума сойдут!

— Отлично, — обрадовался Марк, хоть и неуверенно. — Вы уже задаете нужные вопросы. Мы сделали все, чтобы ваши родители не волновались. Насколько получилось — вопрос другой. Для них вы отправились в другой город по учебе, скажем так: пройти спецкурс. Естественно, все это время вы переписывались и созванивались. Ваш смартфон будет в вашей комнате.

— В этой? — Алиса огляделась по сторонам.

— Нет, конечно! Мы в процедурной. Рене делал вам УФО крови — это длительная процедура, и вы задремали. Он все прибрал, потом ушел, потом снова вернулся, а вы все спали — теперь понятно, почему. Потом он разбудил вас. И вы очнулись, скажем так… другой. Он немного запаниковал. Рене — наш медработник, он недавно к нам присоединился.

— Он француз? — Спросила Алиса, покосившись на медицинский штатив на колесах.

— Француз, но проживал в России.

— А вы?

— Я из Челябинска, — Марк снова попытался улыбнуться. — Но мы немного отвлеклись. Как я уже сказал, ваши родители не беспокоятся, вы с ними общались и не один раз.

— Я ничего этого не помню!

— Так и должно быть — не думайте сейчас об этом. Давайте, я провожу вас в номер и расскажу подробнее о том, как у нас все устроено.

Алиса поднялась с кровати, голова больше не кружилась, наоборот, она ощущала себя непривычно сильной. Походка сделалась уверенной и даже какой-то упругой. Мышцы приятно болели, чувствовалась легкость в движениях. Что бы они с ней не сделали, телу это явно пошло на пользу.

Они вышли в яркий коридор, который сильно контрастировал с палатой, где Алиса очнулась. Коридор был очень светлым. Насколько хватало глаз, тянулись пролеты. Алиса повернулась к двери. На уровне глаз видна была серая табличка с надписью: «Treatment room № 101». Марк не спеша двинулся в левую сторону от процедурного кабинета. Алиса пошла за ним, не переставая удивляться его разболтанной походке — это явно диссонировало с его манерой общения.

Через несколько минут пролет закончился, и они вышли в большое помещение, напоминающее холл в театре. Высокий потолок имел куполообразные части. Сами купола были местами застеклены, а через окна пробивался солнечный свет, по крайней мере, так показалось Алисе. Этот свет немного успокоил ее. В центре холла располагались диваны и кресла, образуя островки, посреди которых стояли журнальные столики. В некоторых островках находились люди, они о чем-то спокойно разговаривали и не обращали на Алису никакого внимания.

Алисе стало не по себе. Она вдруг поняла, что идет в пижаме на голое тело. Рубашка немного походила на медицинскую, но все же это была пижама. Она глубоко вздохнула и обратилась к Марку, замешкавшемуся перед высокой стойкой, за которой стояла дородная седая женщина в очках с толстыми линзами.

— Мы можем поскорее попасть в мой… номер?

— Да, да, — отмахнулся мужчина, продолжая о чем-то говорить с пожилой дамой.

Алиса отвернулась от них. Стараясь выглядеть непринужденно, облокотилась на стойку и уставилась на странную парочку, которая о чем-то спорила на повышенных тонах. Это была смуглая девушка лет двадцати с полными миниатюрными губами, в желтом свитере с широким воротом, с густой копной черных жестких волос и матовой кожей. Ее оппонентом был пожилой мужчина — лысый, с длинной козлиной бородкой, густыми белыми бровями и изнуренным желтушным лицом. Они сидели так близко друг к другу, что казалось, они муж и жена, но сильная разница в возрасте говорила, скорее, что это отец и дочь.