Сергей Комалов – Портал притяжения (страница 2)

Первый год в английской школе пролетел как сон. Матвей признал, что за это время кое-чему всё же там научился. На каникулы съездил домой. Вернулся в конце августа. Сентябрь заканчивался, когда он приготовился воплотить в жизнь свой план. Однако всё вновь сорвалось: в школе объявили карантин по случаю какой-то странной болезни. Драгоценное время было упущено. Пришлось остаться ещё на один учебный год, по прошествии которого Матвей даже не поехал на каникулы в Россию: остался в Англии, отдохнув в летнем лагере. Вновь наступил сентябрь. «Теперь или никогда», – сказал себе подросток. Действительно, если бы и на этот раз поездка сорвалась, ему надлежало бы забыть о своей мечте. Препятствием на пути к ней уже навсегда стал бы возрастной ценз. А заставить себя отказаться от авантюрного, по сути, путешествия он не мог, хотя был довольно обязательным человеком, любил своих родителей и представлял, как тяжело они будут переживать исчезновение сына из школы, где он сейчас учился.

Матвею и в голову не приходило, что старинная книга, приобретённая у букиниста, может врать. «С другой стороны, если это не враньё, а бредовые фантазии? – спрашивал он сам себя. – Ну кто в здравом рассудке опишет столь точно, как попасть в очень закрытое место!» Сомнений хватало. И всё же Матвей решился отправиться в место, указанное в книге. Однажды после отбоя выждал ещё час, пока все заснули, тихонько встал, оделся и выскользнул из комнаты в коридор, а потом на улицу. На главном входе в школу дежурил охранник: идти туда не стоило. Недолго думая, Матвей перелез через невысокую каменную ограду и оказался за пределами учебного заведения. В кармане его школьной формы лежал кошелёк с четырьмя сотнями фунтов и перочинный ножик. Впрочем, ножик оказался там случайно. Конечно, в школьном костюме путешествовать было небезопасно, но другая одежда, по мнению беглеца, могла бы вызвать больше подозрений.

Матвею предстояло пройти пять километров до железнодорожной станции, откуда ехать на север – в Шотландию. Поездом за несколько часов он без проблем добрался до Эдинбурга. Не теряя времени на прогулку по одному из красивейших городов Европы, автобусом отправился в Абердин, всё удаляясь и удаляясь от своего учебного заведения. Примерно на полдороге подросток в школьной форме покинул автобус и, перекусив в небольшом кафе, пешком дошёл до ущелья, недалеко от входа в которое располагалась старая, давно отслужившая своё мельница. У ветхого здания минуту помедлил и без стука толкнул тяжёлую дверь, после чего исчез внутри. Оказавшись в доме, увидел сидящего за столом старика. Несколько минут они молча смотрели друг на друга. Старик почти просверлил юнца глазами, а потом, так и ничего не спросив, указал ему на открытый погреб. Матвей не стал медлить и по шаткой лестнице спустился в полутёмное подземелье. В углу погреба горел квадрат со знакомым символом. Точно такой же был изображён на корешке старинной книги, купленной в букинистическом. Юноша шагнул ближе, и его словно что-то втянуло внутрь ущелья. Он поднялся с колен и…

«Пришлось искупаться?» – поинтересовался кто-то рядом с Матвеем, выводя его из задумчивости. Подросток повернул голову и увидел мальчишку, который был явно младше него и ниже ростом. Поскольку вопрос прозвучал на чистейшем русском, Матвей ответил на родном языке: «Пришлось. Тебе тоже?» Тот кивнул и тихо сказал: «Могу помочь быстро высохнуть, если хочешь. А то неизвестно, сколько мы тут куковать будем». Матвей с интересом взглянул на говорившего, не совсем понимая, что ему предлагают, но решил не отказываться. Новый знакомый сделал несколько пассов правой рукой, пошептал что-то и приложил ладонь к его мокрому пиджаку, который к тому времени уже представлял собой восковой макет. Пиджак пошёл паром и быстро высох, принимая прежние очертания. Примерно через десять минут Матвей сидел уже во всём сухом, удивляясь и не понимая, что произошло.

– Спасибо! Ты спас меня, – наконец, произнёс он.

Паренёк махнул рукой:

– Ерунда! Простейшая бытовая магия. Первая ступень. Скоро научишься!

Не найдя, что на это ответить, беглец спросил:

– Ты русский? Как тебя зовут?

Парнишка задумался, словно вспоминая:

– Русский. Из Питера. Василием зовут.

Всё это он проговорил тихо и медленно.

– А я Матвей, из Москвы, – просто сказал подросток.

– Клёвый костюмчик ты выбрал для загородной прогулки!

– Это форма английской школы, откуда я сбежал.

– Не боишься рассказывать об этом первому встречному?

– Здесь нет первых встречных. Думаю, ты и сам это знаешь.

Василий согласно кивнул головой:

– А ещё знаю, что некоторые идут сюда не со стороны мельницы, а другим путём.

– Неважно, главное – мы уже тут, – ответил Матвей.

– Хорошо бы нам попасть в одну группу, – мечтательно проговорил его собеседник.

– Минуту назад ты напомнил мне, что нельзя доверять незнакомцу, – усмехнулся Матвей. – А теперь хочешь учиться в одной группе со мной, совершенно меня не зная.

– Достаточно того, что ты русский, – парировал Василий.

Против такого аргумента нечего было возразить. Соотечественники прекратили разговор и, сидя на парапете, наблюдали, как по лестнице один за другим взбираются те, кто спешил сюда с той же целью, что и Матвей с Василием, – поступить в школу магии. На большинстве подростков была мокрая одежда. Видимо, они следовали тем же путём, что и Матвей. Костюмы некоторых ребят выглядели безупречно. Интересоваться, как им удалось выйти сухими из воды, юному москвичу не хотелось: он ещё не отошёл от своих дорожных приключений и спокойно взирал на прибывающих, немного удивляясь разве что тому, почему Василий больше не порывается высушить ни одного мокрого путешественника.

В один прекрасный момент солнце, изредка появляющееся из-за облаков, осветило огромный двор. На верхней ступени лестницы Матвей заметил девушку, поняв это лишь по длинным волосам. «И много тут таких учится?» – спросил он у всезнающего Васи. Тот хмыкнул в ответ: «Слышал, что большинство девчонок попадает в группу некромантов. Хотя бывает на курс и пять-шесть волшебниц».

– Маловато!

– А что ты хочешь? Чёрная магия женщинам даётся легче.

Столь ценные сведения о женских способностях повергли Матвея в некоторое недоумение. Он подумал, что очень скоро увидит, что же могут эти слабые с виду создания. Народ всё прибывал. Почти каждую минуту кто-то новый появлялся во дворе. И ещё одно отметил Матвей, а Василий подтвердил: пятнадцатилетние среди них почти не встречались. У Матвея день рождения был в начале октября. Выходило, что он поступает в четырнадцать, хотя через пару недель ему исполнится пятнадцать, и тогда… А что тогда? Будет ему труднее или наоборот легче, Матвей понятия не имел. Зато точно знал, что к обучению допустят только сто человек, отвечающих возрастному цензу, с самыми высокими способностями.

Какие лично у него способности, для Матвея пока оставалось загадкой. «Этот вот шкет Вася знает, как за минуту сделать из мокрой одежды сухую, – думал подросток. – И не факт, что знает только это. Научился же где-то! Да и не шкет он вовсе, а, возможно, великий в будущем волшебник. В любом случае полезный для меня человек и потенциальный друг».

Размышления Матвея снова были прерваны самым бесцеремонным образом. К парапету подошёл высокий и крепкий парень, явно из тех, кому уже исполнилось пятнадцать. Одного взгляда на него Матвею оказалось достаточно, чтобы почувствовать неприязнь. «Что тут делает этот младенец?» – спросил он, намекая на Василия. Матвей промолчал, отведя глаза, а вот сам Вася молчать не стал: «То же, что и ты, дылда!» – выпалил он. «Что?» – почти выкрикнул высокий. «Что слышал», – отозвался Вася с чувством собственного достоинства. Матвей смотрел на двух столь не похожих друг на друга пацанов, догадываясь, что назревает конфликт, в который, возможно, вовлекут и его. Высокий двинулся на Василия. «Только тронь! – предупредил грубияна тот, снова удивив Матвея. – Вылетишь отсюда раньше, чем начнёшь бузить!» Парень остановился и процедил почти шепотом: «Потом встретимся», после чего растворился в толпе. Видимо, аргумент его противника был железным. «Мы ещё учиться не начали, а уже врагов завели», – подумал Матвей. Впрочем, врага завёл не он, а Вася, хотя на собственном опыте не раз убеждался: тот, кто оказывается рядом с какой-либо заварушкой, тоже при делах.

В родной школе, да и в английской, Матвей никогда не был лидером. Учился он неплохо, хотя мог и лучше. А вот амбиций ему недоставало. Они всегда были на втором плане. Есть такие люди, которым комфортнее считаться рядовыми членами команды, а не лидерами. Иногда, правда, подростку приходилось верховодить, но чаще всё-таки он подчинялся. Склонность к подчинению очень не любил в себе с самого детства, хотя побороть её пока не получалось. Теперь Матвей понимал, что с этим надо кончать. Если снова займёт в группе место середнячка, автоматически будет подчиняющимся.

Холодало, и юный москвич в тонком пиджачке откровенно мёрз. На Васе был вязаный свитер и ветровка. Этот паренёк явно  знал, куда шёл. Одежда других ребят тоже была в основном осенняя. В своём легком костюме Матвей чувствовал себя белой вороной. Его не оправдывало, что он сбежал из школы и не мог захватить с собой что-то более подходящее. К счастью, Матвей был не из тех, кто слишком заморачивается по поводу мнения других. Он стоически переносил холод, не делая из этого трагедии, хотя солнце клонилось к закату, а снегопад усилился. Перспектива провести ночь на такой стуже несильно радовала. Двор уже был полон народу, который прибывал теперь не так активно, как раньше. Люди знакомились друг с другом, но Матвей решил с этим повременить. Василий держался неподалёку и тоже, видимо, не жаждал новых знакомств.