Сергей Кольгазе – Мир энергии "Параллель". Природа наносит удар (3 часть) (страница 10)
Когда Элиан ушел, Баук снова подошел к окну. Его сеть росла. В ней теперь были не только перевербованные шпионы и запуганные интенданты. В ней был доступ к официальным документам. Он видел не освещенные окна Цитадели, а схему — схему влияния, страхов и связей. Каждый человек был узелком на этой схеме.
Он не собирался штурмовать ворота. Он собирался сделать так, чтобы, когда он постучится, они открылись сами, потому что стучаться он будет изнутри. И ключом к этому изнутри был старый и осторожный Оруф. Достать до него через официальные прошения было невозможно. Но можно было до него достучаться. Через шепот слухов, который заставит его задуматься. Через мелкие неурядицы, которые заставят его усомниться в компетентности своего окружения. И через тихий голос разума в лице человека, который принесет ему копии настоящих документов, доказывающих, что угроза исходит не от лагеря в лесу, а из коридоров его собственной Цитадели.
Паутина была почти готова. Оставалось дождаться, пока в нее попадет нужная муха.
Прошло еще два дня. Паутина Баука колебалась от первых значимых вибраций.
Элиан, писец, доставил первую порцию копий. Среди скучных отчетов о поставках промелькнула жемчужина — черновой вариант указа за подписью одного из ястребов Совета о перенаправлении части боевых отрядов с охраны границ от Братства на «зачистку прилегающих территорий от потенциальных пособников мятежников». Это была та самая «зачистка», что на деле означала бы войну с Лагерем Лефана.
Лира доложила, что двое смотрителей у Восточных ворот, следуя указанию Баука, «усердствовали» так, что начальник снабжения уже получил три служебных взыскания за некачественный провиант. В коридорах власти начался тихий ропот против него.
Именно в этот момент Баук понял — пора. Не идти на прямой штурм, а послать первого, самого незаметного паука по самой тонкой нити.
Он вызвал Элиана.
— Ты знаешь старого библиотекаря Арвина? — спросил Баук без предисловий. — Того, что носит Оруфу книги каждый вечер.
Элиан кивнул, широко раскрыв глаза. Арвин был легендой Цитадели — немой старик, служивший в библиотеке при трех верховных магах.
— Сегодня, когда он понесет книги, ты «случайно» столкнешься с ним в коридоре. Уронишь этот свиток к его ногам, — Баук протянул Элиану небольшой, туго свернутый пергамент. — Поднимешь, извинишься и уйдешь. Больше ничего.
— Ч-что в нем? — испуганно спросил Элиан.
— Правда, которую старик сможет прочесть, даже не разворачивая, — ответил Баук. — Он пронесет ее дальше.
Это был расчет на человеческую природу. Немой старик-библиотекарь был идеальным курьером. Он не мог никому рассказать, от кого получил послание. Но его верность Оруфу была вне подозрений. А содержание... содержание было гениально в своей простоте.
Внутри лежала не просьба о аудиенции и не обвинения. Там был набросанный углем схематичный план — карта с двумя отметками. Первая — Лагерь Лефана. Вторая — известная Бауку из его прошлой жизни тайная база Братства, скрытая в горах всего в двух днях пути от Цитадели. Никаких подписей. Только стрелка, ведущая от базы Братства прямо к стенам Цитадели, и дата — предполагаемое время большой атаки, которую Баук вычислил по паттернам перемещений врага.
Это было послание-предупреждение. Послание-загадка. Оно не требовало доверия к Бауку или Лефану. Оно требовало от Оруфа лишь одного — проверить информацию. А чтобы подстегнуть его, Баук добавил последний штрих. Через свои каналы он пустил новый слух, уже в среду офицеров: «Говорят, Оруф слишком стар и осторожен. Он слеп и не видит кинжала у своего горла. Ястребы правы — пора действовать».
Теперь Баук сидел в своей комнате в полной темноте, не зажигая свечей. Его работа была сделана. Он запустил слух, который бросал тень на Оруфа, и одновременно подбросил ему инструмент, чтобы эту тень развеять. Оставалось ждать. Сработает ли инстинкт самосохранения у старого лидера? Захочет ли он проверить, действительно ли Братство у его порога, пока его собственные сторонники начинают в нем сомневаться?
Баук смотрел в темноту, и на его губах играла едва заметная улыбка. Он не просил. Он создавал условия, в которых Оруф сам захочет его найти. И когда это случится, у Баука уже будет готово следующее движение в этой шахматной партии, где фигурами были страх, правда и человеческие слабости.
Глава шестая: призрачная надежда
Ожидание ответа от Оруфа могло затянуться на дни, а то и недели. Сидеть сложа руки, пока в лагере Лефана готовятся к возможной атаке с двух фронтов, было непозволительной роскошью. Баук понимал: Лефан должен знать о раскладе сил в Цитадели. Но как передать весть?
Гильдейские чары слежения, окутавшие небо над городом и его окрестностями, безжалостно бы выхватили любой всплеск энергии, даже самый малый.
Баук вспомнил. Вспомнил знания, почерпнутые не в гильдейских библиотеках, а в древних свитках, что он изучал в свое время, пытаясь обрести бессмертие. Знания о природе, о ее чистой, неиспорченной воле.
На рассвете он покинул «Поющего сверчка» и углубился в скалистые ущелья к северу от Цитадели, куда редко ступала нога гильдейского патруля. Он шел долго, пока не нашел то, что искал — гнездо горных орлов на неприступном карнизе. Он не стал использовать силу или принуждение. Вместо этого он сел на камень неподалеку и погрузился в состояние глубокого, безмолвного сосредоточения. Он не посылал мыслей, не пытался подчинить. Он просто… предложил.
Он мысленно рисовал образ Лефана, образ лагеря среди древних деревьев, наполнял его чувством цели и общей угрозы. Он проецировал не слова, а суть: «Я жив. Я в Цитадели. Гильдия расколота. Оруф колеблется. Будьте готовы. Ожидайте атаки Братства».
Прошел час, может два. Солнце поднялось выше. И тогда одна из величественных птиц, взрослый орел с пронзительными золотистыми глазами, спланировала с уступа и села на камень в нескольких шагах от Баука. Она смотрела на него без страха, с древним, диким пониманием.
Баук медленно, чтобы не спугнуть, достал маленький, туго свернутый кожаный свиток. Внутри был тот же схематичный план базы Братства и краткое, написанное шифром сообщение, поясняющее ситуацию. Он не стал привязывать его к лапе. Вместо этого он протянул руку, и орел, повинуясь беззвучному зову, сквозящему в воле Баука, взял свиток в свой мощный клюв.
— Лети, — тихо прошесет Баук. — К тому, в ком течет сила самой земли. Он поймет.
Орел взмахнул могучими крыльями, поднял в воздух, закружил на восходящем потоке и, набрав высоту, взял курс к лагерю, который узнал из мыслей Баука.
Это был долгий путь. Птице предстояло пролететь многие мили. Она могла стать добычей хищника, попасть в бурю или просто сбиться с курса. Но это был единственный способ, почти не оставлявший следов. Гильдия была слепа к полету простого орла.
Вернувшись в свою конуру, Баук снова погрузился в ожидание. Но теперь оно было иным. Он сделал два хода. Один — в сторону Оруфа, тонкий и интриганский. Второй — в сторону Лефана, прямой и честный, как полет хищной птицы. Оба требовали времени и терпения. И оба могли изменить все.
***
Стремительный шепот пронесся по лагерю, опережая даже самых быстрых разведчиков. Лес сам донес весть. Деревья, чьи корни стали нервами их убежища, затрепетали, передавая сигнал тревоги и… признания.
Лефан, сидевший в медитации на краю ручья, резко открыл глаза. Не его сила вызвала этот отклик. Это было что-то иное. Чужая, но не враждебная мощь, тяжелая и незыблемая, как скала, приближалась к их границам.
Через несколько мгновений к нему подбежал запыхавшийся друид-следопыт.
— Лефан! С запада… большой отряд. Сила… я никогда не чувствовал ничего подобного. И с ними… Флегий! Идут под белым флагом.
Лефан кивнул, поднимаясь. Тревога и надежда зашевелились в груди. Флегий вернулся. Но с кем?
— Поднять Эрота и «Милость». На внешний периметр, — отдал он тихий, но четкий приказ. — Гимнасту и Селене — ко мне у ворот.
Когда он подошел к главному входу, представлявшему собой живую арку из переплетенных корней и ветвей, там уже собирались остальные. Эрот с пятеркой своих лучших бойцов выстроились в готовности, их лица были напряжены. Гимнаст, опираясь на посох, стоял чуть поодаль, его опытный взгляд оценивал ситуацию. Селена тут же оказалась рядом с Лефаном, ее пальцы бессознательно сжали край его плаща.
Именно в этот момент Элора, выйдя из лазарета, молча заняла место рядом с Гимнастом. Она не смотрела на него, но ее плечо оказалось в сантиметре от его руки, словно ища опоры в надвигающейся неизвестности. Гимнаст почувствовал ее близость и на мгновение отвлекся от анализа угроз, встревоженно и смущенно отметив этот жест.
И вот, из-за деревьев показались первые фигуры. Флегий, Алексайо, Сова и их воины. Вид их был одновременно победоносным и удручающим — исхудавшие, в потрепанной одежде, но с горящими глазами. Лефан уже готовился сделать шаг навстречу, как вдруг почувствовал, как земля под ногами замерла в почтительном трепете.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.