Сергей Ким – Предатель (страница 31)
- Люблю приключения, - улыбнулась Анна.
- Подслушивать нехорошо, - шутливо погрозила пальцем Анастасия.
- Но зато очень интересно, не правда ли?
- Из тебя бы, кстати, вышел хороший шпион, - сказала Рюрикович. - Не хочешь примерить на себя такую роль?
- Кумихо считают лисами-оборотнями, хотя я не больше лиса, чем европейские оборотни волки или медведи, - Югай преувеличенно внимательно начала рассматривать ногти на руке, которые то и дело окутывало слабым сиянием, становясь похожими на кривые когти. – Но мне больше по душе кошки. Они гуляют сами по себе, ходят, где вздумается…
- Вот только сейчас ты подслушала довольно важные секреты, - тон Анастасии оставался шутливым, но вот её взгляд похолодел.
- Ой ли? – Анна удивлённо посмотрела на неё. – Но ведь, кажется, это были сугубо теоретические рассуждения?
Рюрикович усмехнулась.
- Ладно, остановимся на этом. Ты же не возражаешь, Конрад?
- Ни капельки.
- Но вообще-то я просто ждала, когда вы закончите, чтобы показать кое-что интересное. Идём!
Заинтригованные, мы с Анастасией последовали за кумихо, которая привела нас к одному из учебных корпусов. Выглянули из-за угла.
Зрелище оказалось… не самым интересным и тем более приятным.
Уже знакомая мне четвёрка миньонов принцессы Ольги окружили ту самую «святую» - Эглитис, и что-то выговаривали ей на повышенных тонах, периодически подкрепляя слова чувствительными тычками.
- Интересно, да? – не слишком приятно улыбнулась Югай.
- Не особо. Почему не вмешалась?
- А оно мне надо? – фыркнула кумихо. – «Мантикоры» жалят друг друга – с чего бы мне им мешать?
Ну… С одной стороны, она права…
- И чего они не поделили-то?
Девушки посмотрели на меня. И не знаю, как насчёт Рюрикович, но во взгляде Анны отчётливо читалось «ну что за идиот, помилуй Ормузд».
- Они из свиты принцессы Ольги, а Эглитис – фаворитка жениха принцессы, - объяснила Анастасия. - Я скорее удивлена, что они её не бьют. Возможно, даже ногами.
- Эта свита не больно-то любит свою госпожу… - поморщился я.
- Они не обязаны её любить, но ущерба чести королевства допускать просто не имеют права.
- Забавно, правда? – оживилась Анна. – Они восстанавливают честь, не пытаясь дать укорот мазовскому наследничку, который наставляет рога их госпоже с какой-то простолюдинкой, а решили поиздеваться над этой самой простолюдинкой. Как же это… аристократично.
- Кто сказал, что им этого не приказала их госпожа? – пожала плечами Рюрикович.
- Я сказал. Ольга бы так не поступила.
- Ого! – развеселилась Анастасия. – Да у нас тут любовный треугольник, оказывается!
- Любовный треугольник – занятная геометрическая фигура. В нём все углы – тупые, - сказал я. – Поэтому, не хочу иметь с такой геометрией ничего общего.
- Но ты столь рьяно защищаешь волынскую наследницу… - насмешливо прищурилась Рюрикович.
- Мы сражались бок о бок. Она показала себя храбрым и верным товарищем, так что наговаривать на неё я не буду. И тебе не позволю.
- Прости, прости! – префект примирительно подняла руки и чуть сильнее высунулась из-за угла. – Ого! Смотри, новые действующие лица.
Появилась вторая группа – четвёрка мазовцев во главе с Вышеславом, к которому немедленно бросилась Эглитис. Перепалка продолжилась, причём её тон лишь повысился.
В какой-то момент эфир дрогнул.
- О, а вот это уже перебор, - произнесла Анастасия, выходя из-за угла и взмахивая рукой. –
Зародыши заклинаний погасли в руках «мантикор».
- Что тут происходит, господа и дамы?
Я на всякий случай последовал за ней, а вот Югай моментально испарилась.
- Ничего особенного… госпожа префект, - чуть помедлив, ответила Софья, смерив нас взглядом с ног до головы и слегка поморщившись. – Дела факультета.
- Именно, - выплюнул Вышеслав. – Так что решим их без твоей помощи.
- При помощи боевой магии? – приподняла бровь Рюрикович. – Увы, но тогда это перестаёт быть делами только вашего факультета.
- Ну, и что ты нам сделаешь, огненная? – ухмыльнулся мазовец. – Снимешь баллы? Погрозишь пальчиком?
- Как неуважительно, - поцокала языком Анастасия. – Наверное, мне стоит обсудить это… с Яном – мы как раз на днях собирались с ним выпить чашечку-другую чая.
Гедеминович мрачно посмотрел на неё.
Интересно, кто такой этот Ян? По идее, кто-то с Западного факультета, причём, тот, против кого Вышеслав пойти не рискнёт. Польский королевич? Очень может быть…
- Разойдитесь, остыньте и обсудите всё внутри факультета, - сказала Рюрикович. – Не надо выносить ваши проблемы на всеобщее обозрение.
- Нет у нас никаких проблем, - усмехнулась Софья, скрещивая руки на груди. – Всего лишь напомнили, что надо знать своё место.
- Да, пусть каждый знает своё место, - бросил Вышеслав. – Так Ольге и передайте.
- Вы должны прекратить эту связь, ваша светлость. Вы позорите и себя, и нашу госпожу, - подала голос другая галичанка.
- Ольга сделает так, как я скажу. А если она чем-то и недовольна… То выбора у неё всё равно нет, - лицо Гедеминовича перекосило. – И если вы ещё раз тронете мою Марию…
- Я вам не мешаю? – поинтересовалась Анастасия.
- Можешь уйти – не возражаю, - фыркнул Вышеслав. – А хочешь – поможем, нас больше – так что проводим.
- У меня тоже есть поддержка, - лучезарно улыбнулась княжна, указывая большим пальцем себе за спину.
- Нашла себе ручного пёсика? Натравишь его на нас?
Я оскалился и уставился немигающим взглядом на мазовцев. Зрелище было, насколько знаю, весьма неприятное.
- Идите к себе, граф, - улыбка замерла на губах Анастасии. – И заберите с собой… свою даму. Пожалуйста.
Вышеслав неприязненно посмотрел на неё, приобнял Эглитис и вместе с другими своими миньонами покинул нас.
Рюрикович посмотрела на оставшихся галичанок.
- Вам тоже лучше идти. Принцесса Ольга вообще знает, где вы и чем вообще занимаетесь?
- Разумеется, - усмехнулась София. – Все наши поступки исключительно с её ведома и…
- Лжёшь, - сказал я. – Ольга бы так не поступила.
Галичанка вздрогнула, но почти сразу же взяла себя в руки и даже попыталась улыбнуться.
- Вы её совсем не знаете… лорд Винтер.
- Я был с ней, когда она умирала. Только в этот момент люди становятся по-настоящему честными с самими собой. Так что, пожалуй, я знаю её куда лучше вас – всех вас. Если бы она хотела, то надрала уши Гедеминовичу или дала пощёчину этой девке. Но уж никак не посылала бы вас делать ей мелкие пакости, - я оскалился. – Так что следи, что мелешь своим языком, Софья Мазур, иначе я тебе его оторву.
- Не надо меня пугать! – нервно сглотнула галичанка. – Я тебя не боюсь!
- А стоило бы. У меня должок перед вашей госпожой, но она вряд ли о чём-то меня попросит – гордая. Но я могу и сам решить, как ей отплатить добром… Например, убрать из её окружения тех, кто её презирает.