Сергей Ким – Харальд Поттер. Наследники Слизерина (страница 57)

Глухо зарычав, Люпин рванул вперёд, пытаясь ударить плечом в живот разглагольствующего аврора и повалить его на землю.

Не вышло — Норд с почти что скучающим выражением лица подставил подножку, вновь захватил руку оборотня и без особых сантиментов ткнул Ремуса лицом в покрытый старым ковром бетонный пол.

— Что за хрень, старик? — неожиданно рявкнул Виктор. — Что, твою мать, это за танцы? Хорош подавлять уже свои эмоции!

Норд выпустил руку Люпина и шагнул назад. Маг тут же вскочил на ноги и бросился на седоволосого. Виктор заблокировал один удар, другой, третий.… Пропустил выпад под совсем недавно восстановившееся колено. Удар в корпус, удар в лицо. Перехватил правую руку Люпина и с размаха впечатал локоть в лицо Ремуса, заставив его отшатнуться назад.

Шагнул вперёд, ударил под дых, заставив противника согнуться, а затем врезал коленом в лицо и швырнул на пол.

— Я сказал, что тебе не подавлять свои эмоции, но не говорил поддаваться им! — рявкнул Норд, сплёвывая кровь. — Оставь всю эту херь нашим врагам, ты должен быть бойцом. Бойцом, твою мать! Тебе должно быть насрать на эмоции. Ты не боишься. Ты не злишься. Тебе. На всё. Насрать. У тебя есть только поставленная задача. Сдохни, но выполни её! Вставай. Вставай, я сказал!

Ремус встал. Даже с учётом того, что Норд явно бил в полсилы у мага была разбита бровь и, кажется, сломан нос. Однако он утёр кровь с лица, сплюнул на пол и, тяжело дыша, пошёл вперёд. И на этот раз не тупо бросился вперёд.

После нового обмена ударами Ремус лежал на полу, а у Норда на скуле наливался свежий синяк и была рассечена губа. Однако седоволосый был на удивление довольным, как будто не схопотал только что по морде, а получил хорошее наследство.

— Ну, вооот… — криво ухмыльнулся Норд. — Ну, можешь ведь, когда хочешь.… Давай, помогу подняться…

Однако Люпин оттолкнул протянутую руку и кое-как поднялся сам.

— Приведу себя в порядок, — буркнул оборотень и пошёл прочь.

— Ага, — Норд подошёл к сидящей в сторонке Лили, плюхнулся рядом на скамью, беря полотенце и вытирая лицо. — Толковый мужик. Интересно будет сразиться с ним в звероформе. Оборотни — противники опасные, но чертовски крутые.

— Ну и зачем это всё? — усмехнулась женщина.

— Это всё? — не понял или сделал вид, что не понял, Норд.

— Все эти драки, тренировки… Мы же маги, Виктор. Мы колдуем, а не машем кулаками или стреляем из револьверов.

— Да я и не спорю, — ухмыльнулся седоволосый. — Вот только я-то как раз не маг. Ваше дело колдовать, моё — воевать. Или заставлять других воевать.… А как можно сколотить армию, где солдаты ни разу не получали по морде? Пока не подерёшься с кем-то, толком и не узнаешь этого человека…

— Вы прямо так упиваетесь этими драками… — поморщилась Лили. — Вы видите в них решение любой проблемы.

— Отнюдь. Драка не даёт ответов — она помогает забыть вопрос. Опять же, вы, например, сейчас колдовать не можете… — невозмутимо продолжал аврор. — А вдруг девчонки? А вдруг Волдеморт из камина лезет? «Хо-хо-хо! Авада Кедавра, мои дорогие грязнокровки!» Так что тут либо драться, либо стрелять, либо ложиться и вытягивать руки, чтобы похоронной команде труп было легче выносить.

Женщина невольно скрипнула зубами, слыша эти подчёркнуто-глумливые слова, но сдержалась.

— Вам это нравится? Не просто драться, а ломать других и лепить из них что-то нужное вам.

— Ммм.… Нет, не особо. Знаете, никогда не любил быть злым сержантом, вколачивающим знания в новобранцев… Однако сложившееся положение меня к этому просто-напросто обязывает. Если честно, то мне просто больно смотреть на вашу гражданскую войнушку. Вы так эпично продували Волдеморту не потому что он был силён — просто вы были слишком слабы.

— Меньше презрения в голосе, — всё-таки вспылила женщина. — На этой, как вы изволили ляпнуть, «войнушке», погибали мои друзья! Может, для вас это и всего лишь детские шалости, но для нас это была настоящая трагедия!

— Сожалею, — равнодушно бросил Виктор. — Однако.… Сколько всего магов в Великобритании? Тысяч двадцать пять, тридцать от силы. Сколько активно участвовали во всей этой заварухе? Несколько тысяч. Сколько вели активные боевые действия? Сотни, если не десятки. Можете обижаться, но это уровень криминальных разборок в каком-нибудь захолустном городишке. Так что не надо превозносить это до эпической борьбы Света и Тьмы.

— Да как вы… — задохнулась Лили.

— Впрочем, кто прошлое помянет — тому глаз вон, — улыбнулся Норд, поправив охватывающую волосы повязку на лбу. — История всегда повторяется, но не всегда в виде фарса. Так что лучше готовиться к тому, что вся эта местечковая возня будет в прошлом… Кстати, как самочувствие? Готовы к более активным тренировкам?

— А женщину вы тоже станете бить? — ядовито осведомилась Лили. — Ну, исключительно в виде боевой подготовки, разумеется…

— Хммм… — седоволосый картинно задумался. — Пожалуй, что… да! Лилиана, я не садист и не изверг — можете считать меня всего лишь оружейником. Ваш маленький мирок пасторален, но крайне хрупок. Стадо мигрирующих антилоп, так сказать, снесёт его в два счёта. Так что вам нужно оружие хотя бы для той же самой обороны. И если никто не может или не хочет этого сделать, я дам вам это оружие.

— А почему бы вам самому в таком случае не защитить всех и каждого? Ну, раз уж вы так печётесь о всеобщем благе…

Норд расхохотался.

— Смешно. Честно. Ну, во-первых, я всё-таки один и не могу в одиночку защитить всех…

— А во-вторых?

— А во-вторых, — Виктор перестал смеяться. — Спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Вы ещё не поняли, Лили? Вы принесли обществу первую победу над Волдемортом, но эту победу никто не оценил. Почему? Потому что никогда не ценишь того, за что толком и не боролся, что досталось слишком легко. Ваша… Британия должна спастись сама. Я не должен её спасать. И я не хочу её спасать. Для начала вы должны захотеть этого сами. Сделать что-нибудь сами. Защитить свой дом сами. А я лишь дам для этого оружие.

Лили наградила отвернувшегося седоволосого напряжённым взглядом.

Злиться на Норда не получалось. Но и понять его до конца было невозможно из-за этой его извращённой философии оправданной жестокости и необходимого зла. Наверное, именно такие люди учат плавать, тупо выкидывая из лодки на середине озера. Выплыл — молодец, достоин жить. Не выплыл — значит, не судьба. Отбраковался.

Норд, похоже, считает себя именно таким выбраковщиком.

Как он там говорит?.. «Вы имеете право жить. Вы имеете право умереть. Выбор за вами».

Лили бросила последний вздох на сиротливо лежащую волшебную палочку и встала со скамьи.

Часть подземного помещения, освещённого забранными решётками фонарями занимала тренировочная площадка, а вот в оставшейся части был сооружен небольшой тир.

Женщина подошла и взяла очки, наушники и тяжёлый воронёный пистолет.

Оружие одновременно притягивало и отталкивало Лили.

Притягивало — законченностью линий и совершенством конструкции. Ничего лишнего — лишь то, что нужно для того, чтобы выпустить пулю в цель. В этом оно было похоже на Норда — законченная конструкция для разрушения.

А отталкивало оружие своей сущностью. Оружие всё-таки, как-никак. Только-только вышедшая из комы Поттер была полна злобы и желания поквитаться с теми, кто разрушил её жизнь. Потом эти желания поутихли и тень былой Лили попыталась было вернуться.… Однако рядом был Норд, который заботливо подавлял любые отклонения к прежнему миролюбию.

Он методично — слово за слово, фраза за фразой, разговор за разговором — вдалбливал, вколачивал свою систему взглядов и ценностей. Грядёт буря, кто не будет к ней готов — пострадает. Нужно уметь постоять за себя, всегда бить в ответ, не бояться отвечать адекватно и симметрично…

И так далее.

Лили в общих чертах знала основы психологии и психологической помощи, знал их похоже и Норд, однако у Виктора на все случаи был только один вариант — переплавить любую проблему в боевые навыки.

Обычно, когда ломается коса или плуг, их чинят или пытаются починить. А Норд сразу же отправлял их на переплавку в клинки мечей и наконечники стрел.

Паршивый выход из проблемной ситуации, но что же поделать, если никто не предлагает другого?

Женщина со вздохом взяла лежащий рядом снаряжённый магазин, в прорезях которого матово поблёскивали золотым короткие тупоносые патроны. Вогнала его в рукоять пистолета, с некоторой натугой отвела затвор. Вскинула оружие, прицелилась в центр ростовой мишени, совмещая мушку и целик…

Бах!

Выстрел продырявил мишень в добром десятке дюймов от головы силуэта. Ещё выстрел — пуля лишь слегка чиркает по плечу. Ещё выстрел — вообще куда-то в никуда.

— Меньше зацикливайтесь на самом процессе стрельбы, фройляйн, — хрипло произнёс подошедший к Лили Норд. — Для вас это должно быть совершенно естественным занятием, как чистка зубов или причёсывание.

— Я не хочу, чтобы это было моим естественным действием, — буркнула в ответ женщина.

— Корпус чуть вправо, — равнодушно бросил седоволосый, поворачивая женщину за плечо. — Ещё. Вот так. Ноги чуть шире. Левая — опорная. И не сжимайте так рукоять! Свободнее, легче…

Руки Лили коснулись серебристо поблёскивающие стальные пальцы механического протеза, двигающиеся ничуть не неуклюжее настоящих. Лили невольно вздрогнула, но на удивление они оказались не холодными, а вполне даже тёплыми.