Сергей Каспаров – Колонизатор. Том 2 (страница 2)

Вот и все, сусло для брожения готово.

Теперь дрожжи. Настоящие пивные дрожжи, как дома, я тут не достану. Значит, придется их культивировать и разводить. Напоить людей пивом из оставшегося, а осадок не выливать и использовать! Потому что в пивном осадке, скопившемся на дне бочонка, останется и какое-то количество этих самых дрожжей. Их вполне можно попробовать культивировать в свежем сусле. И, если получится, то уже новый осадок высушить и использовать в дальнейшем…

Ну да, план не без изъянов, может и не сработать. Но ведь может и получиться!

В остальном из важного — сахар, тут пока не знаю, что делать. И еще емкости под пиво. С бутылками, наверное, ничего не выйдет. Откуда я их тут достану? Но вот бочки есть.

Подводя итог — я ведь действительно могу попытаться это сделать!

Я задумчиво покачал головой. Ну, а кто меня остановит? Надо просто взяться и попробовать. Поговорить с теми же поварами, может еще чего дельного по теме подскажут.

А самое прикольное, что из той же браги, которая получается после брожения и отработки дрожжей, можно и более крепкие напитки получать…

Но вот это уже из области фантастики. Даже, наверное, более фантастичной фантастики, чем то, что тут на острове обитает. Потому что там потребуется перегонная колонна.

Даже если предположить, что мы каким-то боком сумеем собрать ее самый простой вариант, то максимум, что мы сможем при таких условиях из нее выжать путем дистилляции это спирт-сырец градусов под пятьдесят… Еще и с примесями.

Выпить такой, конечно, можно, если уж совсем приспичит. Но я бы не рекомендовал. Его все равно можно было бы использовать, скажем, для дезинфекции нашим докторам. Но… эх, мне бы сюда настоящую ректификационную колонну из моего времени. Надо было все же купить, пока была возможность. Не так уж и дорого они к тому же стоят.

Ладно, было бы о чем грустить. Если пиво получится, то и это будет круто! Домашнее пиво это же супер!

Покивав в такт своим мыслям, я снова переключился на то, что мы за прошедший месяц успели.

Собрали наш первый урожай, например. Даже два. Поспели горох и лен. Первый добавил разнообразия в меню и позволил пополнить запасы бобовых. А второй…

Лен обеспечил работой и ткачих, и канатчика. Да-да, мы начали производить ткань, благо разобранный ткацкий станок привезли на том же корабле, на котором приплыл Павел. А еще у нас появились собственные веревки.

Фермеры тоже трудились. И тут дополнительные рабочие руки пришлись как нельзя кстати. Мы все же вернулись к проекту орошения через каналы. Пока что ничего еще не копали, но люди уже ходили и прикидывали, как бы так от восточной речки можно было прокопаться и провести воду до полей…

Я однозначного разрешения на стройку не давал, так как до сих пор слабо представлял, сколько времени и сил это займет. Вроде и дело полезное, а все равно сомневался.

Поэтому направил их энергию в более мирное русло. Нам же новый погреб был нужен. Под хранение. Вот и отправил их туда. Хотят копать, пускай тренируются. А орошение пока что подождет.

Еще рыбаки собрали пару лодок. В море я их все равно не пускал, но на реку — пожалуйста. Там тоже улов был.

А еще среди спасенных людей оказались несколько выживших охранников и профессиональных охотников. Так что у нас выросла и численность сил правопорядка, и число людей, способных выслеживать и добывать всякую живность.

Так что и мясо, и рыба стали чаще появляться на столе.

Я улыбнулся, прекрасно отдавая себе отчет, что очень уж часто у меня мысли на еду сползали. А что поделать? Хорошая и разнообразная пища здорово помогает мириться со всякими житейскими невзгодами. И я был даже немного горд, что в моем поселении с питанием все отлично.

Вот, казалось бы, ну что такого может за месяц произойти? А вон, сколько всего набралось. Очень даже может, получается.

Так. Что там еще?

Точно. Лена же.

Она очухалась посреди ночи во время нашей второй ночевки. Встала себе с носилок и, как ни в чем ни бывало, отправилась меня искать. Приспичило ей пообщаться…

Конечно же, разбудила и перепугала всех, кого только можно! Такую панику навела… Люди и так на взводе были, не успели от пережитого отойти, а когда среди них начало бродить человекоподобное нечто, говорить женским голосом и допытываться, где тут спит «их главный — Пашка, который» — цитата, кстати, по словам очевидцев, дословная — они вообще невесть что подумали.

Решили что не то ангелы по мою душу явились, не то демоны. Кто-то подумал, что на нас напали. Кто-то… Ну, неразбериха вышла знатная. Еле-еле успокоили тех, кого смогли найти. А остальные сами утром вернулись.

Пришлось представить ее, как мою… служанку. Мол, вот такой у вас Павел Федорович оригинал и эстет. Подчинил вражеские технологии и поставил их на службу отчизне. В своем лице. Авторитета у меня на тот момент было уже хоть отбавляй, так что приняли мою версию без помех.

А вот история эта с «ангелами», к моему сожалению, нисколько не утихла. Наивно было предполагать, что она вот так быстро сойдет на нет. Конечно же, все ее начали друг другу пересказывать, дополняя деталями. Хотя, казалось бы, куда уж больше? Но нет. Чуть ли не во главе небесного воинства на белом коне повергал я супостата…

Так, про Лену. На мои расспросы, что же там за функции такие таинственные были у ее нового тела, Лена пока что отмалчивалась и отделывалась разными отговорками. Это немного даже настораживало. По ее словам, ей нужно было больше времени, чтобы «разобраться в себе».

Ну, не знаю, не знаю. Но я действительно стал часто замечать ее сидящей на крыше моего дома неподвижно и глядящей в никуда. Может, и впрямь пыталась разобраться.

Еще Лена неожиданно стала завсегдатаем нашей кузни. Кузнецы и подмастерья от нее первое время шарахались. Но потом привыкли. А увидев ее искренний интерес и энтузиазм в работе, они вроде даже какой-то симпатией к ней прониклись.

Интересно, сыграло в этом какую-нибудь роль, то что она теперь могла доставать и класть предметы прямо в горн голыми руками?

Я иногда ходил смотреть, чем она там занималась. Но ничего предосудительного не заметил. В основном помогала со всякими рутинными задачами. Подай-принеси и все в таком духе. Иногда пробовала и сама ковать, но пока получалось у нее кривовато. Она все пыталась что-то вроде украшения сделать — какую-то замысловатую и витиеватую фигурку из металла. Уже десятка два-три наваяла. Ничего, захочет — научится.

Еще она с большим рвением пыталась хоть как-то исправить тот вопиюще, по ее словам, низкий уровень, который я показал в схватке с металлическим монстром. Можно сказать, взялась за дело обеими руками и отступать была не намерена. Самой битвы она, конечно, не видела, валяясь в отключке, но наслушалась историй. И от упоминаний о том, как я катался по земле, «героически» приняв на себя разряд тока, чтобы защитить людей, у нее знатно бомбило.

Как-то неожиданно близко к сердцу Лена приняла то, что я заклинаниями того верзилу задеть не смог. Даже меня это не так волновало. У меня даже закралась мысль, что дело тут скорее во вмешательстве Смотрителя… но на вопросы о ней Лена не отвечала, отшучивалась или просто молчала.

Что ж. Я и обычных-то женщин понимать так и не научился, что уж говорить про магических! Кто знает, что у них на уме?

В любом случае, я только и рад был учиться! Особенно, если бы у меня что-то получалось… Потому что без этой пресловутой возможности «видеть цвета» уровень моей волшбы держался на стабильно прежнем уровне. Как бы мы над этим ни бились.

Вроде бы Замок обещал как-то с этим помочь. Но тут уж я был непреклонен. Не хочу к нему идти и все тут. Очень уж мне понравилась эта тишина и спокойствие. Дела делались, дома строились. Частокол, кстати, тоже продвигался. Несколько жилых домиков возвели… И я готов был что угодно поставить, что стоит наведаться к Замку и сам не пойму, как окажусь втянут в очередную авантюру.

В общем, с магией пока было ни шатко, ни валко. Поняв, что ничего толкового она от меня добиться не сможет, Лена решила сменить подход. И теперь мы занимались… рисованием. Угу. Она чертила схему, объясняла, что там и как, а я раз за разом перерисовывал, пока она не становилась удовлетворена результатом.

При этом активировать эти ритуалы мне строжайше запрещалось.

Да я и сам не горел желанием, если честно. Воспоминания о какой-то совсем уж запредельной мощи Смотрителя были все еще живы. Как и ее прощальное напутствие-предостережение. Кажется, я тогда с речью слегка переборщил и это… обидел девушку.

А она злопамятной оказалась… В общем, пускай посидит там одна. Перебесится. Подумает. Глядишь, и подобреет…

— Пашок! — заорал вдруг кто-то совсем рядом, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. — Пашка! Сколько лет, сколько зим! Ух, как же я рад тебя видеть! Сколько времени прошло? Бли-и-и-ин! Ты!.. Даже!.. Не представляешь!.. Что я видел! Но не переживай, я тебе сейчас все-все расскажу!

Я уставился на призрачного Вторака, кружившего вокруг меня и радостно размахивающего руками от избытка чувств.

Накаркал. Как пить дать накаркал… Нельзя было так активно жизнью наслаждаться. Вот, снова, кажись, началось…

Глава 2

Гавриил Ефремович Тарасов был не в духе. Должность главного секретаря Дома Купеческого «Великий Путь» и без того накладывала на него немало обязательств, так еще и весь последний месяц после возвращения «Гордости» в Санкт-Петербург прошел в состоянии непрерывного аврала.