Сергей Карпов – Итальянские морские республики и Южное Причерноморье в XIII–XV вв. (страница 24)

Глава III.

Организация торговли итальянских морских республик в Южном Причерноморье

Обособление процесса обращения, монополизация купечеством посреднической торговли, достигшей широких масштабов[998], требовали создания надежных организационных форм коммерческой деятельности. Эти формы были многообразны, легко модифицировались, приспосабливались к меняющимся условиям рынка. Наиболее общей из них, порожденной самой практикой итальянской колонизации, стремлением к установлению торговых монополий, была организация самих факторий. Ф. Энгельс не случайно относил итальянские фондако к «законченным торговым обществам» в широком смысле слова, ибо они были «ограждены от конкурентов и посторонних клиентов, продавали по ценам, установленным взаимными соглашениями»[999]. Помимо них существовали и «более тесные товарищества с определенными целями, вроде генуэзского общества Маона, владевшего в течение многих лет квасцовыми залежами Фокеи в Малой Азии и на острове Хиос в XIV и XV столетиях…»[1000]. В целом тип устойчивых купеческих компаний и гильдий североевропейского образца не был характерен ни для венецианской, ни для генуэзской торговли на Леванте в XIII–XV вв.[1001]. Торговые общества имели здесь более краткосрочный и не постоянный характер, а формы ведения дел отличались большим разнообразием. Это обусловливалось широкой вовлеченностью в торгово-предпринимательскую деятельность на Леванте разных групп населения Венеции и Генуи, от патрициата до ремесленников и матросов, инвестировавших скромные капиталы; иными типами ассоциированности купеческой олигархии (например, в форме семейных кланов в Генуе); значительной ролью государства (Венеции) или кредитно-финансовых институтов (в Генуе) в организации торговли; возраставшим сотрудничеством итальянцев с местным купечеством в ведении дел; быстро меняющейся рыночной конъюнктурой и нестабильностью политической ситуации, необходимостью в короткий срок мобилизовывать и перебрасывать силы и средства; ритмом обращения капиталов, синхронизацией торговли на Западе и Востоке, а также другими обстоятельствами, которые будут рассмотрены ниже.

§ 1. Формы профессиональной организации торговли

Торговые объединения по юридическому статусу и экономической сущности могут быть условно разделены на: 1) общества (societates) или товарищества и 2) договорные поручения[1002]. К первому типу мы относим семейные торговые общества-фратерны, в основном изжившие себя еще в XII в., заменившие их societates с участием более широкого круга партнеров, объединявшихся для ведения дел на фиксированный срок; комменду (коллеганцу), societas maris, ассоциации патронов судов и судовладельцев. Ко второму типу относят наем комиссионных агентов, предоставление поручительств и прав, страхование, договоры о фрахте, предоставление кредита в разных формах[1003]. К своеобразным видам организации и обеспечения торговли можно причислить также конвои торговых судов и купеческие караваны. В их отправке большую роль играли государство или администрация факторий.

Несмотря на дробность форм и методов ведения торговли, в целом она основывалась на общей для всего Средиземноморья практике, тесно связанной с условиями рынка и восходящей в своей правовой основе к нормам римского права[1004].

В Венеции отсутствие стабильных купеческих компаний компенсировалось поддержкой купечества государством[1005]. Последнее издавна заботилось об обеспечении сохранности имущества купцов в дальних странах, еще в конце XII в. разработав правила передачи и возвращения собственности умерших за границей без завещания сограждан, обязывая своих оффициалов и вообще всех венецианцев принимать все необходимые для этого меры[1006]. Венеция создавала ассоциации для централизованной закупки товаров на левантийских рынках, чтобы предотвратить конкуренцию и ослабить возможные потери купцов[1007]. В 1339 г., например, весь груз специй, привезенный караваном с Востока, был закуплен в Трапезунде одним венецианским купцом, которого Дж. Луццатто справедливо счел представителем подобной ассоциации[1008]. И хотя такая политика Венеции не была постоянной, стремление обеспечить там, где было возможно, монополии для своего купечества было свойственно стоявшему у власти венецианскому патрициату[1009].

В Генуе ту же роль отчасти играли альберги нобилей и пополанов[1010], маоны и компере (общества кредиторов государства, получавшие в откуп налоги и активно участвовавшие в заморской торговле), а с XV в. — и знаменитый Банк Сан Джорджо.

Ниже мы рассматриваем лишь те формы торговых объединений и те формы кредита, которые были распространены в итальянской торговле в Южном Причерноморье. Среди них по своему значению выделяется комменда[1011].

Комменда — двусторонний торговый контракт, при котором один из партнеров (коммендатор, socius stans авансировал средства либо наличными, либо в виде товаров, а другой (трактатор, socius tractans, ассоmеndаtarius) получал эти средства и должен был вести на них торговлю в условленном месте. Собственность принадлежала коммендатору, который вместе с тем брал на себя ответственность за риск. Прибыль делилась между сторонами, причем коммендатор получал ее большую часть, чаще всего ⅔, а трактатор — меньшую, обычно ⅓. Комменда, зародившаяся еще в X в., соединяла преимущества партнерства и морского займа. Она заключалась в основном на одно плавание, способствовала укрупнению капитала и разделению риска, не подпадала под санкции против ростовщичества. Деньги в комменду вкладывали не только крупные предприниматели, но и небогатые ремесленники и горожане. С другой стороны, трактатор далеко не всегда был исполнителем воли старшего партнера. Им мог быть купец любого типа, в том числе и весьма богатый, который, отправляясь на Левант, стремился для мобилизации средств брать комменды от многих лиц, включая даже собственных слуг. Комменда, с другой стороны, могла даваться и группой собственников, отправлявших трактатора с целевым назначением в какую-либо заморскую область. Комменду порождала как острая необходимость концентрации капиталов, так и более благоприятная, чем при простом займе, возможность получения прибылей и заморских товаров. Комменда легко приспосабливалась к меняющейся рыночной конъюнктуре, была орудием и крупной, и мелкой коммерции. Один из типов комменды предусматривал авансирование капитала не только коммендатором, но и трактатором (разумеется, в меньшем размере). Тогда прибыль делилась сторонами пополам, а сама комменда именовалась двусторонней или societas.

В практике средиземноморской торговли комменда достигла наивысшего развития в начале XIII в., а с середины XIII в. до середины XIV в. начала уже клониться к упадку[1012]. К моменту внедрения итальянцев в систему черноморских торговых связей она прошла длительную эволюцию. Однако, пока существовал сам тип купца-путешественника, пока существовал значительный коммерческий риск и затраты с лихвой окупались прибылью, комменда не могла полностью исчезнуть. Лишь создание более устойчивых торговых ассоциаций, вовлечение банков в кредитование морской торговли, распространение векселя и института комиссионных агентов вытеснили этот институт. Большое значение комменды в генуэзской торговле на Востоке вплоть до начала XV в. показано М. Баларом[1013]. Это же подтверждается и материалами, относящимися к Южному Черноморью.

С самого начала она приобрела там большой размах. В 1281 г. генуэзец М. Гримальди предоставил в Пере для торговли с Сивасом огромную комменду — 2614 лир серебром. Условия ее необычны: трактатор получал целиком всю прибыль со 150 лир, а прибыль с 2464 лир возвращал коммендатору. Трактатор, видимо, постоянно торговал в этих областях Малой Азии: в том же нотариальном акте произведен расчет по его предыдущим обязательствам перед Гримальди на сумму 4627 аспров, инвестированных в покупку шелка[1014]. Этот случай не единичен. В том же году в Пере нотарий Оттавиано ди Сестри предоставил в комменду для торговли в Черном море часть принадлежащей ему в совладении лигнин стоимостью 430 перперов[1015]. Комменда распространялась таким образом не только на деньги и товары, но и на средства доставки, приносившие доходы владельцу. И такой случай отнюдь не исключение[1016].

Наиболее полную информацию для анализа черноморской комменды конца XIII в. дают акты Ламберто ди Самбучето, составленные в 1289–1290 гг. в Каффе. В картулярии Самбучето 187 актов, фиксирующих комменду. 36 из них (19,3%) относятся к Южному Причерноморью[1017]. Главнейшим пунктом, куда вкладывались инвестиции, был Трапезунд (17 актов плюс 3 акта, где упомянуты Тана и Трапезунд вместе). Среди прочих городов — Симиссо (3 акта), Синоп, Сивас, районы Анатолии и Фассо (по 2), Севастополь (1).

В 15 актах комменда предоставлена деньгами (аспрами Каффы или Трапезунда) и серебром. Трактатор — сам приобретал на них товары, которые реализовывал в Южном Причерноморье или же вез туда наличность. В 10 актах комменда заключалась в товарах, в четырех — в товарах и деньгах, в одном — в доле судна, в шести — нет указаний. Формы инвестиций отличались разнообразием, без явного преобладания одной из них, что показывает высокую степень адаптированности комменды к любым местным условиям. Среди товаров в коммендах фигурируют плащи и ткани, главным образом сукна, сыр, соль, зерно, медные бруски или подносы. Как получатели комменд, так и аккомендаторы почти исключительно лигурийцы. Лишь в одном случае трактатором был житель Симиссо Роланд, западноевропеец, судя по имени. Как среди коммендаторов, так и среди трактаторов есть представители семейств генуэзского патрициата — Дориа, Спинола, Гримальди, ди Негро, Леркари, де'Мари, Кальви. Вместе с ними упомянуты и скромные жители Лигурийской Ривьеры. Комменда не стала институтом замкнутого слоя купеческой верхушки; в ней участвуют кожевник Н. ди Кварто (аккомендатор), нотарии О. ди Бартоломео (трактатор), Б. ди Порта (аккомендатор) и А. ди Бартоломео (аккомендатор), писец Джоакино, клирик Опидзо, врач Гульельмо, чесальщик шерсти Роланд (трактаторы). Подчас трактаторы одних комменд в других выступают как инвеститоры. Комменда оформляла и равноправное, постоянное партнерство и эксплуатацию труда одной: стороны другой.