Сергей Карпов – Итальянские морские республики и Южное Причерноморье в XIII–XV вв. (страница 16)

Несколько отстраненные от прибыльной торговли шелком, генуэзцы пытались брать реванш путем пиратства. Около 1456 г., например, они захватили турецкий корабль, везший шелк из Трапезунда[641]. Но и сами они становились жертвами подобных же действий: в 1411 г. трапезундский армянин, натурализованный генуэзец, потерял фарделл шелка стоимостью 100–120 соммов, который был конфискован правителем Ло Вати[642].

В целом торговля шелком была одной из главных целей торгово-предпринимательской деятельности венецианцев в Южном Черноморье. Вопреки утверждению Ж. Эрса, что Азия была для Генуи прежде всего рынком шелка[643], генуэзцы существенно уступали в этой коммерции венецианцам и специализировались на более широком спектре товаров, как будет показано ниже.

С торговлей шелком была тесно связана и торговля дорогими шелковыми тканями восточного происхождения. Эти ткани доставлялись из Тавриза, Султанин, Сиваса. Персидский географический трактат XIII в., перечисляя товары Тавриза, упоминает атлас, золотую тонкую китайскую парчу, камку, хазз, шитые золотом покрывала[644]. Ситуация не изменилась и в XV в.: Клавихо отметил наличие на рынках Тавриза и Султанин шелковых тканей, сендала и тафты, в том числе привезенных из Шираза[645]. В XV в. бухарские шелковые ткани доставлялись мусульманскими купцами также в Ло Вати[646]. С середины XIII в. восточные шелковые ткани вывозились из Южного Причерноморья в Солдайю[647]. В 1274 г. торговые операции с ними производят в Ватице генуэзцы[648], а в 1292 г. не очень дорогие шелковые ткани и кружева приобретает в Трапезунде английское посольство к ильхану[649]. По свидетельству Пеголотти, из Трапезунда шитые золотом ткани экспортировались в Перу[650]. Правящие круги Трапезундской империи придавали большое значение ввозу в их государство шелковых, златотканых и бархатных тканей, устанавливая на них особый коммеркий[651].

Постепенно, однако, складывалось положение, когда шелковые ткани стали экспортироваться в обратном направлении: с Запада, где (в частности, в Лукке с конца XIII в.) было налажено их массовое производство[652], на Восток. Как полагает М. Балар, до XIV в. этот вывоз был весьма ограничен, так как ремесленные мастерские самой Романии еще обеспечивали местные потребности[653]. Ситуация, видимо, полностью изменилась к XV в. В 1443 г., например, венецианские купцы отправили в. Романию златотканые материи из шелка, не доставленные по назначению из-за военных действий на море[654]. Бадоэр также в небольших количествах отправлял сендал в Симиссо[655]. Возможно, в иные годы такой экспорт Венеции принимал внушительные размеры: в 1437 г. Сенат запрещал купцам Республики св. Марка вывозить на Левант и в Причерноморье сукна, шелковые и бархатные ткани на иностранных судах и минуя Венецию, так как это наносило большой ущерб как фиску, так и безопасности купцов. Соответствующее письмо об этом: было направлено трапезундскому байло[656].

Сведений о торговле шелковыми тканями между портами самого Черноморья довольно много, главным образом благодаря массариям Каффы. Чаще всего в них упоминается камка — цветная шелковая узорчатая ткань, нередко с золотыми нитями, которая изготавливалась как в Китае, Персии и Сирии, так и в Генуе, Лукке, на Кипре[657], атласные ткани, сендал, а также бархат.

Камка была разного типа и качества, и ее стоимость сильно колебалась. Она широко вывозилась восточными купцами из Каффы в Самсун и Синоп[658], ее дарили послам и государям[659], отправляли наемным воинам (социям) в награду за службу, в качестве жалованья[660] и в качестве средств для проведения фортификационных работ в Самастро и Симиссо[661]. Камка ввозилась и из Синопа в Каффу, и в обратном направлении[662]. Данные о стоимости камки, экспортируемой из Каффы в Симиссо, приведены в табл. II.

Таблица показывает значительный разброс цен на камку: от 100 до 1000 аспров за штуку (в среднем — 230 аспров). Длина ткани в штуке варьировала. В шелковых тканях генуэзского производства она колебалась от 26 до 62 браччи (т. е. от 15 до 36 м), составляя в среднем 26–29 м. Значительные колебания длины — «штук» препятствуют адекватному сравнению цен на этот товар[663]. В некоторых случаях массарии указывают сорт ткани. Но цена камки одного сорта также подвержена колебаниям, хотя и не столь значительным[664]. Значительно влиял на цену вид окраски. В целом шелковые ткани были относительно дорогим товаром. Среди них чаще всего в ряду материй, доставляемых в Южное Причерноморье, встречается камка.

К традиционным предметам экспорта Южного Причерноморья относился хлопок. Он выращивался в Иране, Ираке, Сирии, Анатолии. С XIII по XVI в. основным поставщиком хлопка на рынки Западной Европы была Сирия, а хлопок, попадавший в Симиссо или Трапезунд, был преимущественно анатолийским (более низкого качества) или иранским[665]. В Анатолии хлопок выращивался между Бруссой и Иконием, а центром производства хлопчатобумажных тканей бокаранов была также Арсинга[666]. В XV в. главным экспортером турецкого хлопка были генуэзцы, стимулировавшие местное производство хлопчатобумажного полотна в своих факториях, главным образом Пере и Каффе[667]. Для Венеции хлопок также был важным экспортным левантийским товаром, хотя изучаемый регион играл в этом экспорте подсобную роль[668]. Так, например, в 1413 г. 25 кантаров 15 ротоли (1136,4 кг) хлопка предоставляются в Трапезунде в комменду с оценкой в 11 820 аспров. Эту комменду дал венецианскому патрицию Г. Соранцо житель Перы А. ди Кастелло на 5 месяцев с расчетом в Трапезунде[669]. В 1410 г. генуэзец М. ди Нигро привез из Трапезунда в Каффу 5 кип или тюков (balla), т. е. 395 кг, пряжи[670]. В 1459 г. некий «сарацин» Ахмед привез в Каффу из Симиссо 40 кантаров (1,9 т) хлопка[671]. Хоти данных о вывозе хлопка из Трапезунда и Симиссо в Каффу и Перу немного, объем экспорта в расчете на 1 купца значителен.

Как центр торговли хлопчатобумажными и льняными тканями Трапезунд фигурирует в источниках с IX в.[672]. С середины XIII в. эти ткани экспортировались в Крым[673] и продавались в самом Трапезунде[674]. С другой стороны, в XV в. и западноевропейские хлопчатобумажные ткани импортируются в города Южного Причерноморья: Бадоэр, например, отправляет 10 небольших кусков белой бумазеи ценой 70 перперов в Симиссо и Трапезунд. Товар был получен из Кремоны[675]. Производство льняных тканей в Керасунте зафиксировано еще Книгой эпарха (X в.)[676], а в Трапезунде в XV в. — Иоанном Евгеником[677]. Однако на их основании нельзя делать вывода о непрерывном существовании этого производства с X по XV в.: промежуточные звенья реконструируются фрагментарно. Льняные ткани и полотно явно местного происхождения упомянуты в Вазелонских актах[678], в счетах английского посольства 1292 г.[679], которое закупило в Трапезунде много дешевых льняных материй. В XVII в. о производстве полотна для рубах в другом городе Понта — Ризе — сообщает Хаджи Халфа[680]. Льняной холст и недорогие ткани изготавливали в близлежащих к Понту городах Румского султаната, например в Амасии[681]. Льняные или бумазейные ткани — бокасины — в 1411 г. вывозились из Трапезунда в Каффу[682]. Но четверть века спустя Бадоэр с прибылью реализует в Трапезунде те же бокасины, купленные в Симиссо, а также холстину[683]. Это объясняется, видимо, тем, что Трапезунд как центр посреднической торговли нуждался в значительном количестве упаковочных материалов, часть которых изготовлялась местными портными из полотна[684]. Но итальянский импорт тканей этого сорта не привел к прекращению местного производства их: в конце XIV–XV в, — полотно покупали в Фассо[685] и Ло Вати[686], а в XVI в, — оно ввозилось в Кефе из Севастополя[687].

Объектом транзитной торговли были также драгоценные камни. Жемчуг и драгоценные камни поступали в Тавриз и Султанию из Ормуза[688]. О торговле жемчугом в Тавризе сообщает Пеголотти, приведший сведения о принятой системе его измерения[689]. Завещание Виони (1263) содержит упоминание мелкого жемчуга ценой 59 тавризских безантов, а также изделий из драгоценных камней, хрусталя и серебра, в том числе и шахматной доски[690]. Западноевропейские купцы ценили продававшиеся в Тавризе янтарь[691] и кораллы[692]. Через Тавриз драгоценные камни беспошлинно ввозились в Трапезунд[693]. До середины XIV в. источники отмечают обилие жемчуга в Трапезунде[694]. В 1340 г. купцы из Пьяченцы передали в комменду в Трапезунде 700 жемчужин стоимостью 20 соммов[695], что показывает сравнительную дешевизну товара. Венеция создавала льготные условия для вывоза жемчуга и драгоценных камней из черноморских портов, устанавливая низкий фрахт за их перевозку. Упоминания о вывозе жемчуга и драгоценных камней зафиксированы в течение всего периода осуществления навигации галей «линии» в Трапезунд[696]. Кризис торговли, безусловно, ограничил эту торговлю, но она не прекратилась вовсе: в 1405 г., например, мы обнаруживаем протест генуэзцев по поводу конфискации венецианцами принадлежащих первым драгоценных камней из Воспоро, Трапезунда и Перы[697]. Помимо драгоценных камней из Трапезунда вывозили шитые золотом, богато инкрустированные пояса восточного производства.