Сергей Карелин – Пламенев. Книга I (страница 42)

Две высоченные стопки блинов внушали уважение, но против пяти не самых мелких мужчин и трех девушек, не страдавших отсутствием аппетита, не продержались и четверти часа. Потом хозяин кабинета натравил на столик дроидов, а мы вытерли руки влажными салфетками и перебрались за большой стол. Там-то Ромодановский-старший и посерьезнел:

— За последние восемьдесят лет Человечество терраформировало всего девять новых планет. Четыре штуки — мы, три — Поднебесная Империя и по одной — Империя Восходящего Солнца и Тройственный Союз. Причина очень проста — терраформирование безумно дорого и не приносит быстрой прибыли. Зато ее приносят войны. Причем не только благодаря захвату территорий: любая война вызывает сумасшедший спрос на продукцию предприятий ВПК, освобождает затоваренные склады, дает толчок к развитию науки и так далее. Поэтому государственные образования, которыми управляют марионетки крупных промышленников, живут циклами: накапливают технику, оружие и боеприпасы, требующиеся для начала войны, сталкивают между собой два или более государственных образования, получают вожделенные контракты и до упора поддерживают конфликт, ибо это фантастически выгодно. По этому же сценарию началась и война с первой Коалицией. И до тех пор, пока стороны конфликта жгли боевую технику и боеприпасы, промышленники потирали руки. А в начале августа прошлого года вы, Тор Ульфович, дали войне первый импульс «не в ту сторону» — уничтожили в Киншасе орбитальную верфь, НПЗ, нефтехранилище, каскадную гидроэлектростанцию и так далее. В тот момент этот импульс сочли досадной случайностью — результатом просчета противодиверсионных служб. Но уже через месяц с лишним вы уронили сверхтяжелую орбитальную верфь в Суябе, а с ноября вообще разошлись. И промышленникам вдруг стало неуютно. Да, спецслужбы государственных образований Коалиции отвечали тем же. Но уничтожение наших промышленных предприятий не повышало прибыль, на которую рассчитывали производственники, а их собственности с каждым месяцем войны становилось все меньше и меньше. А потом ваши коллеги получили приказ вырезать и самих выгодоприобретателей. Вот война окончательно и свернула на новые рельсы.

После этих слов он сделал паузу и криво усмехнулся:

— Мгновенное уничтожение всех тяжелых кораблей в восьми флотах, базировавшихся на Нью-Вашингтоне, не понравилось только военным. Зато серия диверсий, помноживших на ноль все десять крупнейших орбитальных комплексов, шесть частных гидроэлектростанций, три нефтегазовых бассейна, четыре крупнейших промышленных района и шесть самых больших портов планеты ввергло промышленников в состояние шока. Ведь они получили не сверхдоходы, а воистину сумасшедшие убытки. Причем получили в качестве намека на то, что дальше будет только хуже. Вот эти твари и сломались — сочли невыгодным воевать «настолько несправедливо», и теперь опосредованно замаливают грехи. Впрочем, их грехи — дело десятое, поэтому я возвращаюсь к вашим заслугам перед Империей…

Вернулся. Причем в чуть более далекое прошлое — к рейду в Бейджин — поблагодарил за своевременное проникновение в систему, за видеозаписи и за захват министра иностранных дел ССНА. А потом удивил, наградив только Ослепительных Красоток. Зато после того, как снова переключился на «Нью-Вашингтон», разошелся не на шутку: вручил Даше с Машей еще по одному ордену Святого Георгия — на этот раз не четвертой, а третьей степени — затем пожаловал Марину тем же «Георгием», но первой, а мне на грудь прицепил звезду Владимира первой!!!

Пока мы приходили в себя, молчал. А потом шокировал снова:

— А теперь поговорим о «боевых», заработанных вашей командой в этом рейде. Согласно подсчетам искина финансового отдела ССО, только прямой ущерб от ваших диверсий составил порядка восьми триллионов рублей. На мой взгляд, цифра очень сильно занижена, тем не менее, один процент от нее — это восемьдесят миллиардов…

Судя по его реакции, в этот момент собрался упереться не только я. Но Ромодановский добавил в голос закаленной стали:

— Тор Ульфович, дамы, я всегда выплачиваю «боевые»! Вне зависимости от их суммы. Ибо этот принцип является неотъемлемой частью отношения рода Ромодановских к подданным, защищающим Родину с оружием в руках в больших и малых военных конфликтах. А то, что вы уже в состоянии прожить пару десятков жизней, ни в чем себе не отказывая, не имеет никакого значения. Кстати, вы, кажется, не учитываете небольшой, но очень важный нюанс: мы выиграли войну и уже начали получать контрибуции. Соответственно, эти «боевые» вам, фактически, вот-вот выплатят побежденные…

Наши доли «боевых», конечно же, перечислил на анонимные счета. Мне отправил половину общей суммы, Марине — двадцать пять процентов, а Даше с Машей — по двенадцать с половиной. Потом еще раз поблагодарил за службу Империи и его роду, извинился за то, что вынужден удалиться, и куда-то ушел. И Цесаревич, «оставшийся за старшего», взял власть в свои руки:

— Раз самые важные вопросы уже решены, перейду ко второстепенным, но ничуть не менее интересным. Геннадий Леонидович…

Орлов встал с кресла за мгновение до того, как Игорь Олегович к нему повернулся, открыл шкаф, встроенный в стену, извлек на свет божий букет роскошных бордовых роз и какой-то футляр, принес к столу, и Ромодановский закончил прерванный монолог:

— Мария Александровна! От всей души поздравляем вас с днем рождения и желаем всего наилучшего — крепкого здоровья, взаимопонимания с теми, кто вам искренне дорог, спокойного счастья, мелких проблем, придающих жизни остроту, ежедневных радостей и неизменной благосклонности госпожи Удачи. Примите от нас эти цветы и небольшой подарок…

Мы удержали лицо. Но, как выяснилось значительно позже, уронили ей в личку по сообщению типа «За то, что промолчала, получишь по попе…»

Ответ «Моя попа — в твоем распоряжении…» прилетел абсолютно всем. Но после того, как Костину поздравили Геннадий Леонидович и Владимир Михайлович, а она заглянула в футляр, обнаружила там умопомрачительно красивый ювелирный сет

и рассыпалась в благодарностях.

Дождавшись, пока она договорит, Ромодановский толкнул следующую речь, в которой дал понять, что Даша с Машей заслужили боевые позывные, окрестил их Тьмой и Амбой, внес изменения в служебные идентификаторы и поздравил девчат с фактическим зачислением в постоянный состав ССО. А потом, вроде как, посерьезнел:

— Знаете, когда мне доложили, что вы заказали четыре косметических комплекса с доставкой в ангар, я решил, что меня разыгрывают. Но стоило представить себя на вашем месте — то есть, не вылезающим из боевых кораблей по две-три недели подряд — как все вопросы снялись сами собой. И я решил еще немного упростить вам жизнь. Во-первых, разрешаю демонтировать все оборудование «учебных» кают. Само собой, если оно вам чем-то мешает. Ибо у ваших друзей и подруг уже появились личные «Наваждения», а использовать вашу четверку в качестве так называемых «таксистов» мы без особой нужды не будем. Во-вторых, можете переделать еще каюту-другую так, как сочтете нужным. И, в-третьих, усильте имеющиеся кластеры искинов той партией, которую вы вернули из Нью-Вашингтона. Кстати, рекомендую начать тюнинг своих кораблей уже сегодня: в ближайшие несколько часов вторая половина вашей команды получит разрешение отбыть в каникулярные отпуска на МРК Матвея Леонидовича, Маргариты Викторовны, Михаила Ильича и Ольги Валентиновны, вероятнее всего, отправится сюда, в Белогорье, по «единичке», и проведет на струне сорок два часа. Далее, вы в отпуске до тридцать первого августа и вправе отдыхать там, где заблагорассудится. Но я бы советовал не расслабляться, поглядывать по сторонам и иногда заглядывать в «Контакт». И последнее: Тор Ульфович, примите, пожалуйста, вот этот архив, посмотрите, как появится время, и подумайте над предложениями из файла «Зубастик».

Я пообещал, что изучу архив в ближайшие день-два, и Ромодановский, удовлетворенно кивнув, заявил, что мы свободны, и пожелал всего хорошего.

Мы ответили тем же самым, вышли из кабинета, поднялись в летный ангар, загрузились в «Бореи», образовали конференцсвязь, и расслабившиеся Красотки одновременно выдохнули одно и то же слово:

— Охренеть…

Глава 25

1 августа 2470 по ЕГК.

…Из Управления полетели в банк. Ныкать в ячейки ордена, полученные по закрытым спискам. Разобравшись с этим делом, выдвинулись в Вороново, решив последовать совету Цесаревича и реализовать «мечты» Кары с Дашей. По дороге фантазировали напропалую, но ничего нужнее спортивных залов, саун и джакузи так и не придумали. Поэтому, добравшись до ангара, поднялись в мою каюту и прямо с порога поставили Фениксу боевую задачу. А потом я помог Костиной потерять равновесие, заставил пробежаться вокруг меня и на самом последнем участке траектории уложил животом на мои колени. Благо, к этому времени успел сесть на край кровати. Ну, и отшлепал. Под радостные вопли самой блондиночки:

— Да, я виновата! Наказывай меня, наказывай!!!

Марина тоже приложилась к правой ягодице и авторитетно заявила, что шлепать по такой попе одно удовольствие.

— Два. Вернее, три! — деловито уточнила Даша, последовав ее примеру, и призналась, что завидует провинившейся белой завистью.