Сергей Карелин – Пламенев. Книга I (страница 15)
— Я — уже. Просто, как только что выяснилось, забыла оборвать кое-какие эмоциональные связи, и они дали о себе знать…
Я ласково прикоснулся губами к ее волосам, затем заметил замигавший конвертик, обнаружил, что он с флагом «Очень срочно!» и торопливо запустил воспроизведение в отдельном окне ТК. А после того, как дослушал монолог Цесаревича и вернулся из МДР в реальность, оглядел напрягшихся девчонок, расплылся в довольной улыбке, без лишних слов развернул тот же файл над противоположным бортиком джакузи и снова вслушался в голос наследника престола:
— Доброго времени суток, Тор Ульфович. Рад сообщить самую важную новость года: государь только что подписал последний мирный договор, так что война закончилась. Да, гадить нам будут все равно, но мы уже получили первые репарационные транши и завтра утром начнем восстановление планет
в приграничье Новой Америки, Халифата и Союза Государств Скандинавии. Что еще? Ах, да: государь обратится к подданным завтра в полдень по времени Новомосковска; в двенадцать тридцать запись покажут по главным новостным каналам всей Империи; двадцать восьмое мая будет объявлено Днем Победы, а празднование этого начнется после завершения обращения и продлится до вечера воскресенья. В общем, от всей души поздравляю вас, ваших подруг и вашу команду с Победой, от имени и по поручению государя благодарю за ваш неоценимый вклад в защиту нашей Отчизны от врага и… советую хорошенько отдохнуть. Ибо заслужили. На этом все. До связи…
— О-о-о!!! — восторженно простонали девчата и ринулись обниматься.
Тискали и целовали того, кто попадался под руку, причем с одинаковым энтузиазмом, сияли на зависть любой звезде и… весело страдали из-за того, что последнюю точку в войне поставил Император, а не наша буйная команда. Потом устали выплескивать эмоции в таком режиме, попросили меня сесть, попадали рядом, обняли и… Маша на полном серьезе озвучила «крамольную» мысль:
— Лучший способ выполнить приказ Цесаревича и хорошенько отдохнуть — это уйти из системы на «круг»
Глава 9
…С планеты ушли за два часа до обращения Императора к подданным, сходу прыгнули к самой дохлой «двоечке», имевшейся в системе, и встали на вектор разгона. По уверениям Феникса, Ослепительные Красотки нервничали в пределах допустимого, но меня это не устраивало, поэтому я постарался добавить девчатам еще немного уверенности в себе:
— Информация не для распространения: моя техника работы со струнами позволяет затягивать «Наваждения»
Да, вы только начали ее осваивать. Но вас страхуют далеко не самые бесталанные пилоты Империи, поэтому закройте глаза, расслабьтесь, поверьте и в себя, и в нас, а потом подарите этой струне нежнейшую ласку…
Они постарались. В смысле, расслабиться. И «уронили» пульс почти до нормы. Поэтому я со спокойным сердцем вырубил искин и сосредоточился на контроле системы управления гиперприводом. Первые секунд тридцать-сорок мысленно морщился — Маша все никак не могла поймать нужный настрой, вот и то недодавливала, то передавливала «пики». Потом дернулся, было, помочь с гашением слишком сильного резонанса, но рискнул дать девчонке лишнюю долю секунды и не ошибся — она справилась с проблемой сама, почувствовала уверенность в себе и перестала косячить вообще. Но больше всего порадовало не это: поймав нужный уровень… хм… ласковости, Костина начала им играть. То есть, очень осторожно и очень расчетливо определяла границы допустимых шероховатостей техники манипуляций системы управления, довольно быстро выяснила «ширину» коридора, пришла к выводу, что он позволяет достаточно многое, и окончательно поверила. Поэтому спокойно доработала до выхода в гипер, а задурила уже потом — отстыковала скаф от кресла, метнулась ко мне, по разику, но очень звонко чмокнула в каждую щеку, затем коснулась носом носа, уставилась в глаза совершенно счастливым взглядом и ляпнула:
— Йенсен, я тебя обожаю: твоими стараниями мы с Дашей скоро станем такими же монстрами, как Маришка!
— Станете… — без тени улыбки подтвердил я, чтобы закрепить ее веру в себя, почувствовал, что Маша ждет продолжения, задвинул куда подальше свои загоны и порадовал ее немудреной шуткой: — И, если не возгордитесь, то, наверное, все-таки… не перестанете меня обожать…
Возмутилась. Врезала в область печени. Потом застрадала из-за того, что скаф не позволяет как следует объяснить мне мою неправоту, плюхнулась ко мне на колени и… взмолилась:
— Тор, миленький, отправь, пожалуйста, девчатам сообщение — судя по «их» таймеру, они выйдут на струну через восемнадцать секунд!
— Разворачивайся лицом к камере! — потребовал я, развернул «Контакт», врубил запись и улыбнулся: — Даш, радость моя, от всей души поздравляю тебя с первой «двоечкой». Уверен, что ты даже не почувствовала потолок своих возможностей. И жалею, что не могу на радостях потискать… тебя и твою персональную наставницу!
— Даш, радость НАША! — затараторила Костина, как только я замолчал. — Поздравляет не он, а мы, мы уверены в том, что ты не посрамила гордое звание ослепительной красотки Тора, и мы обязательно затискаем вас обеих. Причем не позже, чем часов через пять. Ибо я обязательно уговорю нашего обожаемого командира сразу после выхода в обычное пространство прыгнуть к черту на рога и состыковать «Наваждения» хотя бы минут на десять!
— Я уговорюсь. Обещаю… — капитулировал я, как только грозная девица начала поворачиваться ко мне. Потом вырубил запись, отправил файл Марине, обнял Костину за талию и прикипел взглядом к окошку «Контакта».
Верхнюю строчку списка входящих сообщений гипнотизировали чуть больше полутора минут. Потом открыли новый конвертик через долю секунды после того, как он появился, уставились на улыбающиеся лица подружек и вслушались в их «претензии»:
— Тор, поздравление, безусловно, обрадовало. И обещание потискать — тоже. Но ты не захвалил Машу ни до умопомрачения, ни до густого румянца, ни вообще. А это не лезет ни в какие ворота. Эх, ты…
— Кстати, смотри, как это делается, и учись: радость твоя чуть не зевнула всего два «пика». Зато потом вспомнила, что ласки и спешка несовместимы, распустила пальчики, самозабвенно отдавалась… хм… процессу до тех пор, пока не затянула нас в гипер, и… хочет еще!
Мы с Костиной посмеялись, наговорили и отправили ответ и решили, что торчать в рубке три часа пятьдесят две минуты — это извращение. Поэтому спустились в мою каюту, стянули скафандры, натянули домашнее шмотье и «завели» еще одно послание Завадской.
Первые минуты полторы-две хохотали, не переставая — девчата дурили со страшной силой и, как выразился бы Синица, совсем не фильтровали речь. А потом Марина как-то странно усмехнулась и «помогла» посерьезнеть:
— Пока ждали ваше сообщение, собрались, было, переодеться, спуститься в трюм и часик порубиться. Но вовремя вспомнили, что Ромодановские вот-вот разошлют запись обращения Императора к подданным на все планеты, и пришли к выводу, что поразвлечься нам не дадут. Кстати, Тор, тебе не мешает наговорить и разослать поздравления всем абонентам из записной книжки ТК. Ибо, как говорили наши предки, «Ничто не обходится нам так дешево, и не ценится так дорого, как вежливость…» В общем, делай то, что должно, а мы подождем…
…Рассылать шаблоны поздравлений я счел некрасивым. Поэтому почти полчаса наговаривал персональные. Само собой, не «во плоти», а правильной аватаркой, поэтому Маша лежала рядом, вслушивалась в каждое слово и раз в сто лет выказывала отношение к тому или иному обороту речи. Закончил за восемнадцать минут до времени окончания обращения, «зарядил» «Контакт» так, чтобы вся пачка сообщений улетела в тринадцать ноль одну по времени Новомосковска, и предложил Костиной потерроризировать блок МС-связи.
Она благодарно улыбнулась, наговорила всего три послания — Оле, Рите и Насте — поймала мой вопросительный взгляд и пожала плечами:
— Я действительно оборвала все эмоциональные связи, мешавшие жить только вами. Поэтому список тех, кто мне действительно дорог, сократился до шести человек. Ты, Марина и Даша — на первом месте Табели о рангах, Оля, Рита и Настя — на втором. Есть еще третье, которое занимают Матвей, Миша и Костя, но они — парни, а значит, должны поздравлять меня первыми.
— Жестко… — выдохнул я, имея в виду масштаб обрыва эмоциональных связей.
— Будет желание — дам возможность заглянуть в мое прошлое… — грустно усмехнулась она. — Только предупреждаю, что оно тебе очень не понравится…
— Оставь прошлое прошлому… — потребовал я, притянул девчонку к себе и провел пальцами по напряженной спинке.
— Если тискать, то не так… — заявила она, выскользнула из-под руки, села, стянула футболку, снова вжалась в мой бок, закрыла глаза и нашла в себе силы пошутить: — Потискай и меня. На радостях. Ибо, вроде как, заслужила…
Это был не подкат, а подначка «без тормозов», поэтому я отшутился в том же стиле:
— Пока не могу — ласкаю спинку моей ослепительной красотки. Поэтому жди, пока закончу…
Она заявила, что ловит меня на слове, и потерялась в ощущениях. Всего на несколько минут. Хотя вру: после того, как в «Контакт» начало падать одно сообщение за другим, приоткрыла один глаз и попросила спрятать ее под фоном аватарки. После чего сдвинула колено чуть повыше и превратилась в слух. Ну, а я открыл самое важное — от генерала Орлова — внимательно прослушал, счел, что ответил на него в своем, уже улетевшем к Геннадию Леонидовичу, и включил следующее, от Переверзева. Через минуту удивился, увидев в списке послание от майора Фадеева, врубил, прослушал и ответил. А потом о чем-то задумался, ткнул в первое попавшееся, «завел» и вслушался в голос Инны: