Сергей Карелин – Некромант. Архитектор теней 2 (страница 9)

– Подарок Гынгыра, – от статуи отделилась тень, в которой я признал Игната. – С приездом, Гриша! Вижу, у нас гости! Добрый вечер!

Мой управляющий снова поплыл при виде розовощёкой девушки, и сделал приглашающий жест.

– Проходите. Там тоже есть, на что посмотреть, – таинственно продолжил он.

Я вдруг подумал, как нелепо буду выглядеть со своими костюмчиками в качестве ответных подарков. После всего, что уже успели сделать коротышки.

С другой стороны, они всю жизнь носили только рваные хламиды, хоть и имели некоторые блага цивилизации, лавки-то с мастерскими у них есть, значит и торговля какая-никакая налажена. Что-то производят, что-то продают. Вопрос только, кому, потому что никого другого кроме сквирлов я ещё не видел.

Кстати, а что у них в качестве денег? Человеческие зубы?

Я зашёл в любезно открытые Игнатом двери и оказался… в каком-то древнем замке.

Пол и стены были отделаны неизвестным мне камнем. Под ногами он был отполированным до блеска и имел схожий с чёрным мрамором рисунок.

На стенах же висели рельефные панели, через одну украшенные узорами. Также на каждой в круг блистали магические светильники, придавая помещению эффект, будто ты находишься в кристалле, где каждая грань отделена от другой полосками тьмы.

Камин вообще превратился в широкий портал, с каменной столешницей в основании, накрытой коваными решётками, под которыми сейчас полыхало пламя.

Впечатляет. Чем-то напоминает мой тронный зал в замке Нермерис.

Не хватает только мебели и собственных портретов в полный рост.

– Есть что-нибудь, о чём мне срочно нужно узнать? – спросил я своего управляющего.

Игнат на секунду задумался.

– Вообще-то, много чего, но это можно отложить на завтра. В основном, по ремонту. Ты уж прости, Гриш. Тебя не было, а они спрашивали, как и что делать. Ну я и…

– Вспомнил, как рисовали жилище некроманта в сказках, – закончил я за помощника. На самом деле, меня всё устраивало, просто сильно хотелось спать от переизбытка эмоций.

– Да, – вздохнул Игнат и добавил. – И ещё одно. Он ожил.

Я только развернулся к столу, на который уже начал выставлять угощения нежить-прислуга, и замер на полушаге.

– Кто?

– Гриб! Он булькает!

Да быть такого не может!

Я быстрым шагом прошёл к своей мини-лаборатории, где всё это время пытался развести чайный гриб, и дрожащими руками взял котелок, на дне которого плескалась растительная нежить.

Пожалуй, это лучшая новость за всё время! Сейчас, прямо на моих глазах, зарождается новый мир, который в скором времени разрастётся до колоссальных размеров!

– Покорми нас, мой друг, и спать.

***

Утро встретило меня восторженными «охами» и овациями, которые доносились с первого этажа.

Я сладко зевнул и разложился «звёздочкой» на своей гигантской кровати.

Последний вчерашний подарок ожидал меня в спальне графа Пугачёва-старшего, которая теперь по наследству отошла мне, на втором этаже особняка. Коротышки отремонтировали три комнаты, принадлежащие моему отцу, прошлому Григорию и… какой-то девушке.

Почему девушке, а не моей матери? Да потому что в комнате остались предметы обихода и некоторые старые вещи, принадлежавшие явно не взрослой женщине. Сомневаюсь, что мамочка Гриши расхаживала в коротких юбках, на высоких каблуках и пользовалась современной косметикой. Так назвал Игнат коробочку с яркими высохшими красками, которую мы нашли в ящике стола.

Только сейчас, лёжа в постели и пялясь в потолок, мне вдруг пришла в голову мысль, что это могла быть моя сестра. Не будет же какая-то непонятная девица с улицы жить по соседству с графом и его сыном.

Если это так, то тогда, что с ней случилось, где она и почему я ничего о ней не помню?

Очередная загадка из прошлого.

Я поднялся с кровати, умылся и спустился на первый этаж. Лестница была только в процессе ремонта. На межэтажной площадке стопками лежали вычурные плитки и резные перила.

Когда я ступил на обновлённый пол, в холле повисла тишина. Только стоящий на ящике Атас, выряженный в детскую одежду, продолжал крутиться перед большим зеркалом.

– Нравится? – улыбнулся я.

– Задыбись, Грыша цар! – только и ответил коротышка и снова уставился на своё отражение.

Заправляла всем этим праздником Надя. Вокруг неё крутились с полсотни сквирлов, половина из которых были самками с детёнышами.

Так вот кто пищал сегодня ночью!

Женщины коротышек, надо сказать, выглядели пострашнее своих вторых половин, хотя куда там ещё? И были они, как минимум на треть выше. Дети же реально походили на плешивых котят.

– Гриша, почему ты сразу про них не сказал? – надула губки Надя. – Они такие клёвые!

Я окинул взглядом холл, больше похожий на какое-то пищащее гнездо. Что может быть клёвого в ощипанных худых прямоходящих котах со злобными мордочками? Ну ладно.

Ответить я не успел, потому что передо мной появился Игнат в каком-то странном пиджаке без рукавов и с тремя десятками карманов.

– Спасибо, Гриш. Всегда мечтал об этой фирме.

– Какая ещё фирма?

– Ты что, не знаешь? Это же хит из коллекции рода Вассерманов! Они всей модой заправляют. Даже в Новгороде в таких ходят!

– Надя покупала, – я зашарил взглядом в поисках Краснова. Это, конечно, хорошо, но нужно ехать в село. – Мишу кто-нибудь видел?

Миша нашёлся на улице. Он как раз загружал в багажник ящики с холодным оружием и огнестрелом для пополнения арсенала.

Я незаметно прыгнул на пассажирское сиденье и дал знак – по газам. Пусть ребята пока веселятся, а у меня есть дела поважнее.

В селе я первым делом собрал весь актив. По обыкновению, в него входили агроном, скотник, кладовщица и сам староста. Но в этот раз я пригласил и Мишу с Егором. Они отвечали за охрану имения и как минимум должны присутствовать на каждом таком собрании, ведь вопросы здесь, как правило, решались общие.

Кроме них новичком была и Аксинья. Девчонка всё ещё злилась и упорно избегала моего взгляда, будто я действительно её бросил и ушёл к другой.

На ней было ведение протокола собраний. Про этот удобный инструмент планирования мне подсказал Тютюлин, когда узнал, что я буквально зашиваюсь со всеми этими задачами и многое просто упускаю из виду. Ну что поделать, если мне некому доверить важные дела.

Когда все наконец-то расселись, я торжественно передал Аграфене Аркадьевне свёртки с сельскохозяйственными артефактами, под запись. При виде такого богатства она даже начала заикаться, а мужики так совсем онемели. Оказывается, всё это стоило баснословных денег, и не каждое графство могло похвастаться таким набором, и уж тем более баронство.

Когда страсти немного поутихли, слово взял скотник, Павел Матвеевич.

– Мне неудобно, конечно, говорить при всех, ваша светлость, но у нас опять проблемы на свиноферме, – развёл он руками.

– Что теперь?

– То лекарство, что вы привезли… – начал было скотник, но под пристальным взглядом старосты осёкся.

– Только не говори, Матвеич. Не говори! Не смей даже заикаться! – староста вскочил и затряс перед носом скотника пальцем. – Мужики, суки, выжрали?!

Павел Матвеевич виновато опустил голову и кивнул.

– Ну что ж ты делаешь-то, а? Сказал ведь, перед тем как банку отдать, – староста махнул рукой и вышел из-за стола. – Всё выпили что-ли?

А вот я почему-то о такой опасности даже не подумал. Взрослые же, вроде, люди.

– Да нет. Половину успели свинкам споить. Поправляться даже начали, хряков зажимать стали, – часто закивал скотник, – а вот потом банка пропала. И никто, зараза, не сознаётся!

– Ну так это ж легко выяснить! Пусть баба Оля баньку истопит, и всех скотников туда, на помывку. Там и увидим, что у нас за герой с флагом ходит! – потёр ладонями староста.

– Что, прям всех скотников что ли? – сглотнул Павел Матвеевич.

– Всех, всех. И тебя тоже, чтоб подозрений у мужиков не вызывать!

Две присутствующие на собрании дамы тихонько захихикали. Только сам скотник вмиг побледнел и покрылся крупными каплями пота.