Сергей Карелин – Эволюция целителя 4 (страница 17)

«В утиль?» — переспросил я, услышав впервые из уст питомца это слово.

«Так мы, астральные, иногда называем перерождение в низшее существо», — произнёс пернатый.

«Кто к нам с мечом придёт, тот от меча и погибнет», — вспомнил я поговорку.

«Поражаюсь иногда твоему оптимизму, — хихикнул Карыч. Я его явно приободрил. — Хочется верить, но будем готовиться к худшему».

«И есть версии, что это будет?»

«Есть, но их много. Пока не буду забивать тебе голову».

На этом наш разговор был завершён.

Ну раз питомец такое говорит, значит, усилим поместье, причём по периметру. Я ещё не дошёл до своего дома, как накопал в Сети инфу по ограждающим лентам. Оказывается, есть сенсорные, с привязкой к смартфону. Отличная и дешёвая сигнализация, тем более сейчас на неё скидка.

Разумеется, я связался с Ивановым.

— Алексей Михайлович, вообще без проблем, — услышал я его ответ из динамика смартфона. — Мы и такое тоже ставим. Не предложил я вам это в прошлый раз, так как не было в наличии. Но сейчас мы начали сотрудничать с новым поставщиком, у них есть такой материал.

— Периметр вам уже известен, вопрос только во времени, — произнёс я.

— Сам я не смогу приехать, но своих ребят пришлю хоть сейчас, — сообщил Иванов, и назвал сразу же цену.

Я сразу же дал согласие.

— И ещё момент. Надо восстановить межевые столбы, — вспомнил я о повреждённом периметре.

— Сколько столбов под замену?

— Всего два.

— Это ведь дело пяти минут. Поставим, — довольно произнёс Иванов.

На этом и условились. Я перевёл половину суммы на его счёт, а он пообещал, что в течение часа бригада уже будет работать в поместье.

Не спеша я направился к той самой границе, к которой примыкало стрельбище Долгопрудных, и по пути прикинул, сколько у меня осталось денег на счёте.

Потратился я изрядно. Осталось как раз доплатить за сенсорную ленту и межевые столбы, а также на облицовку зданий. К тому же я не забыл про вознаграждение Войничеву.

Ну и всё, остаётся всего три тысячи на балансе. И выход в этом случае один — сделать паузу и подкопить деньжат на будущую стройку. Впереди много трат, и к этому надо быть готовым.

И понятно, что нужно подумать о повышении цен на услуги, а возможно и насчёт дополнительной работы.

Добравшись до повреждённых столбов, я заметил, как что-то мелькнуло за сеткой-рабицей, и ко мне вышел княжич в ярков домашнем халате и тапочках на босу ногу. Рядом с ним семенил тощий слуга.

Долгопрудный был смущён, и сразу полез извиняться.

— Всё понимаю, мой косяк. Готов искупить вину, — протянул он пачку сторублёвых купюр. — Этого хватит?

Я взял лишь две купюры, остальное вернул.

— Вот этого вполне хватит, — улыбнулся я.

— Алексей, я ведь сразу заказал щиты… Когда чуть не попал в тебя, — продолжил Долгопрудный. — Но долго везут. Завтра обещали.

— Уже урегулировали, — кивнул я, улыбнувшись.

— Юрий! Ну ты куда пропал⁈ — услышал я знакомый голос. Губернатор Франции всё ещё гостил в поместье, и, видно, с ним они и упражнялись в тире.

— Ты не теряйся, заходи, ладно? — напоследок бросил мне княжич. — Приходи на чай, или чего покрепче. Все приходите. И Настюшку тоже я жду, ты сообщи ей обязательно.

— Ей в первую очередь, — улыбнулся я, а затем мой телефон засигналил сообщением. Охрана сообщила, что к воротам подъехал неизвестный белый микроавтобус.

«Пустите. Это ремонтники». — отправил я в ответ.

Через пять минут я наблюдал, как бригада лихо меняет столбы и накручивает новую ярко-красную ленту.

Я вызвал Пулю, чтобы он принял работу, затем перевёл ему деньги, чтоб расплатился. В общем, полностью делегировал задачу здоровяку. Сам же отправился в фамильный дом.

На сон грядущий я списался сначала с Елизаветой, которая похвасталась новой статьёй, затем мне написала Софья.

«Добрый вечер, Алексей. Как успехи в клинике? Много жизней сегодня спасли?» — прочёл я входящее сообщение в «Пульсе».

«Со счёта сбился. Моя героическая аура теперь сияет ярче в два раза, — ответил я. — Главное зажмурьтесь, когда увидимся. Чтобы не ослепнуть».

В ответ пришёл хохочущий смайлик и следующее сообщение:

«Редкая скромность!»

…

«Приглашаю вас на вечер в среду. Граф Новиков собирает у себя общество по случаю хорошего настроения. И приглашаются исключительно пары».

Я понял тонкий намёк, и ответил:

«Тогда я готов спасти вас и стать вашим кавалером».

«Очень рада это слышать. Тогда встречаемся в 19:00, на Прибрежной, 5».

После этой беседы я даже немного размечтался, даже пофантазировал, представив, как рядом со мной лежит эффектная блондинка и смотрит на меня большими голубыми глазами.

Я уснул, и мои фантазии перешли в сон эротического плана.

Центральный рынок, два часа назад

Эдик был злой. Очень. Эти Оболенские его достали вопросами насчёт помолвки. Да какая там помолвка, если эта дура ему весь мозг выела!

— Ну и что ты молчишь? — заканючила Юля, цокая каблучками рядом с ним. — Мне нужна хурма, и я тебе говорила, для чего!

— Для салата. Я слышал. И для этого надо было переться на рынок? — нахмурился Эдик.

— Я не доверяю этим курьерам, ты знаешь, — выдавила Юля. — А служанки могут выбрать не то.

— Ты иногда бываешь просто невыносимой, Юля, — выдавил из себя Эдик.

— А ты… ты… — задышала Оболенская, хлопая утиными губами и ударила его сумочкой по плечу. — Ты увалень и совсем меня не ценишь. Мне нужна хурма для салата, четыре штуки. «Бычий глаз».

Эдик закрыл глаза, остановился между прилавками, и Юля чуть не натолкнулась на него, но вздохнул, сдерживая гнев.

Сначала ей нужна была сумочка с тремя брюликами, и обязательно в виде сердечек. Затем мясо дальневосточного краба, но в кляре, и это блюдо они искали полдня по всей Москве. Он же не доверяет служанкам, и таксистам, и курьерам. А ему она доверяет. И он для неё кто? Слуга, получается?

Затем она закатила истерику после той вечеринки на Москва-реке. Разбила свой телефон и потребовала, чтобы он как настоящий мужчина купил её новый. Он же её вывел на эмоции, значит он и должен ей телефон.

Ну да. Должен. Виновен. Обязан. Да ни хера я тебе не обязан! НИ-ХЕ-РА! Так он хотел крикнуть ей прямо в лицо.

Но воспитание всё же взяло верх над эмоциями. Он сдержался, хотя чувствовал, что уже на пределе. Да и Оболенские не поймут такой грубости. Не хочется портить с ними отношения.

— Ну бли-и-и-ин, — вновь завыла эта губастая стерлядь. — Я задела платьем этот вонючий прилаво-о-ок. Эдик. Что ты стоишь? Сделай что-нибудь!

Эдик огляделся в надежде найти эту проклятую хурму и свалить отсюда куда подальше. Отвязаться от этой утки и в бар…

— Кухонная техника прямиком с завода, — услышал он унылый женский голос, но до чего он был ему знакомым.

— Мне нужно новое платье, Эдик, — услышал он за спиной. — Мы ведь идём на вечер к Новикову… Ты ведь не забыл?

Эдик подошёл к прилавку и встретился взглядом с брюнеткой.

— А я вас знаю, — остолбенела девушка.