Сергей Извольский – Вармастер. Боярская стража (страница 16)

Тяжело вздохнув — устал, как будто лопатой махал, вышел в коридор. Дверь в соседнее купе приоткрыта. Маргарет, почти всю ночь бодрствовавшая, лежит на кровати не снимая платья. Спит. Подол немного задрался, открывая аппетитные ягодицы, так что я зашел, накрыл девушку простыней. Опустил шторы, создавая полумрак. Бесшумно не получилось, Маргарет чуть застонала и поворочалась, но не проснулась. Беспокойный сон, напряжение сказывается.

Засидевшись почти сутки впитывая новые знания, я как-то пропустил прием пищи. Вспоминаю смутно, что несколько раз отмахнулся от предложений Маргарет, а вот сейчас желудок напомнил о себе.

В маленькой собственной столовой ничего съедобного не обнаружилось, поэтому я направился в вагон-ресторан. По пути миновал вагон-салон, чуть отличающийся от нашего. Здесь как помню должны ехать Аминов и некая боярыня Белоглазова — подозреваю, та самая неприятная старушенция. Никого из них не видно, купе закрыты. Когда прошел через вагон, уже заходя в следующий, услышал за спиной звук открываемых дверей. Дожидаться не стал, даже оборачиваться не стал — это ж общаться над будет, здороваться, а я голоден настолько, что уже жрать хочу.

Прошел в вагон-ресторан, оказавшийся совершенно пустым. Стойка буфета в дальнем конце, так что я двинулся между столов, накрытых накрахмаленными скатертями. В скрытой перегородкой кухне явно кто-то был, там гремели кастрюли и утварь, а на буфетной стойке я заметил звонок как на стойках в отелях. Уже поднял было руку, как увидел, что из соседнего тамбура — ведущего дальше, к вагону охраны, выходит боярыня Арина Цветаева.

Неожиданно. Похоже, вейла-целительница едет в составе команды конвоя, охраняющего нашу безопасность, и похоже именно эту команду мы ждали, так долго не покидая вокзал в Кеми.

Наши с боярыней взгляды столкнулись, а моя занесенная над звонком рука аж застыла на месте — настолько изменилось, исказилось даже лицо Арины. Выдохнув что-то невнятное, она вдруг подбежала и схватила меня за руку, отводя от звонка. При этом всматриваясь мне в лицо огромными до невозможности глазами.

— Что такое? — спросил я, чувствуя накатывающее волнение. В обычной ситуации так не смотрят, она там что-то плохое увидела? Невольно я коснулся шрама, но вроде все как было, никаких изменений не чувствую.

— Арина?

Вейла-целительница, заметно ошарашенная, просто не смогла сразу найти слова, потеряв дар речи. В этот момент за моей спиной послышался звук открываемых межвагонных дверей — похоже кто-то из вагон-салона, где ехали Аминов и Белоглазова, тоже решил перекусить.

Так это или нет, я не увидел — сбросившая оцепенение Арина уже тащила меня за собой, через в тамбур откуда только что пришла. Забежали мы в следующий вагон, вполне обычный, с рядом дверей по коридору. По которому мы уже бежали, заскочив в купе.

Судя по раскиданным вещам, купе боярыни Цветаевой. Сама она, толкнув меня внутрь, встала у двери, выглядывая в небольшую щель.

— Что делать, что делать… — слышал я, как шепотом причитает взволнованная боярыня.

— Что случилось?

— Он идет! — кричащим шепотом сообщила мне вейла-целительница, обернувшись и глядя на меня большими как блюдца глазами.

— Кто — он?

— Аминов!

— Он нас убить хочет?

— Да нет же! Ты не понимаешь!

Еще б я что-то понимал.

— Так закрой дверь.

— А если он постучится?

Постучится, не откроем — спрячемся под кровать и будем сидеть, пока не уйдет — едва не выдал я. Ерунда какая-то, как будто в детстве в прятки играем. Шаги барона, кстати, уже слышно — думаю он видел нас в вагоне-ресторане, видел как мы убегали, поэтому и решил узнать в чем дело.

Арина вдруг то ли пискнула, то ли выругалась, подбежала ко мне. Когда вейла-боярыня меня обняла, прижимая к стене, я совсем не удивился. Обратил только внимание, что несмотря на странность поведения, действовала она не совсем бездумно — прежде чем обнять развернула так, чтобы сторона лица со шрамом от двери была незаметна.

Прижавшись, закрыв глаза и глубоко вздохнув, как будто перед прыжком с вышки, боярыня меня поцеловала. Губы у нее оказались влажные, горячие. Обнимала меня она крепко, но поцелуй подарила постановочный — что я, в принципе, довольно быстро исправил.

Неожиданно почувствовал дрожь, прошедшую по позвоночнику. Поцелуй с владеющей силой вейлой ощущался так, как будто мне лет шестнадцать, и я целуюсь по-взрослому впервые. Только раз в десять ярче. Похоже, с вейлой-целительницей происходило тоже самое — она вдруг негромко застонала, задышала часто и попыталась отстраниться.

— Арина, боярин Морозов у тебя? — послышался голос барона Аминова вместе с шумом открытой двери.

Попытка отстраниться закончилась не начавшись, Арина прижалась снова, а поцелуй снова вернулся во взрослое качество. Ото входа раздался негромкий удивленный возглас, чуть погодя щелкнул замок закрытой снаружи двери.

Все, результат достигнут. Теперь ясно, что Арина, руководствуясь неясно пока какими мотивами, увидев мое лицо решила спрятать его от чужого внимания. И сейчас она снова попыталась отстраниться, сочтя задачу выполненной. «Не так быстро, сударыня», — обнимая за талию, запустил я руку в ее распущенные волосы.

Вновь издав негромкий стон, вейла-целительница прижалась ко мне, жадно целуя. Я изначально не планировал «ничего такого», рассчитывая просто лишнюю минутку приятных поцелуев. Нет, не потому что такой целомудренный, а потому что интрижка на работе никогда того не стоит; пусть я и не совсем на работе, но тем не менее. Но если уж мы вот так, то почему бы и нет?

Вот только через ту самую лишнюю минутку поцелуев градус страсти возрос настолько, что разум просто отлетел. Серебряные пуговицы мундирного платья Арины оказались декоративными, о чем я узнал только что, пытаясь пуговицы расстегнуть — хотя изначально ничего такого делать не собирался.

— Нет-нет-нет не надо, — шептала девушка, не прерывая поцелуев.

На платье все же были застежки, только скрытые — Арина их расстегнула только что. Логика, конечно интересная — слова говорят одно, действие совершенно иное. Выбрал я действие, тем более что под мундирным платьем ничего кроме нижнего белья и чулок у вейлы-целительницы не оказалось.

— Пожалуйста-пожалуйста, не нужно, — продолжала шептать Арина. Вот только одновременно с этими словами она вдруг запрыгнула на меня. Мне оставалось только подхватить ее под бедра, разворачивая. Перешедший в громкий протяжный стон выдох раздался одновременно с легким ударом ее спины в тонкую стенку купе.

И вот теперь меня просто накрыло.

Владение силой накладывает серьезный отпечаток на реальность. Пришел в себя я — не до конца, но хотя бы до возможности более-менее воспринимать действительность, когда наши губы наконец разомкнулись. Боярыня в этот момент лежала грудью на столе, а я держал ее за волосы, накрутив на кулак. Вернулся же в реальность я, глядя на растительную вязь татуировки — ярко подсвеченная живым сиянием, она горела зеленым от основания шеи по позвоночнику до самых ягодиц.

Впрочем, долго на купейном столике боярыня не задержалась, уже совсем скоро развернулась ко мне лицом, вновь обхватывая бедрами, а потом заваливая на кровать. Когда наши губы вновь встретились, что-то снова закоротило и разум опять отлетел в неведомые дали. Туда же, похоже, куда улетела уже безо всякого стеснения громко стонущая боярыня.

Уже потом, наверняка взбудоражив шумом весь вагон, мы лежали на тесноватой кровати — мокрые от пота, переводя дыхание. Арина понемногу выплывала из томной неги, вижу, что уже смотрит на меня сквозь приспущенные веки. Глаза боярыни вдруг резко распахнулись, совсем как тогда, когда она мое лицо увидела.

— Черт! Что это было, почему⁉ Это неправильно, как это вообще получилось⁉

Арина попыталась соскочить с кровати, но ее повело, словно пьяную. Взяв вейлу за руку, аккуратно потянул, возвращая туда, где лежала. Видно, что готова впасть в панику, а тогда ее действия могут быть непредсказуемы, так что надо прекращать истерику.

— Арина, у меня есть важный вопрос…

Можно было, конечно, спросить, что у меня с лицом, что ее так взволновало недавно. Но это неправильный вариант: тогда она выскочит из кровати намного быстрее. Поэтому спрашиваю о другом:

— … скажи, вот ты вейла, и пленная принцесса — тоже вейла. Но почему она была в кандалах, а ты во главе боярской команды?

— Я полувейла.

— Это важно? Вопрос в чистоте крови?

— Нет, дело не в этом… Это не важно, мы…

— Нет, важно. Расскажи, прошу тебя.

Используя повод как предлог для бегства от переживаний в моменте, Арина заговорила. Не утратив способности к построению лекций, и из ее объяснения мне все стало понятно. Вейлы — это ведьмы, которые освоили способность подчинять мужской разум. Вейлы рождаются в результате союза ведьмы и владеющего силой, полувейлы — от обычного мужчины. Чистота крови действительно не столь важна, есть разные Дома ведьм, в которых есть как чистые, так и полукровки, уровень владения силой не от этого зависит.

Дело, по моему вопросу, в сотрудничестве с государствами — Арина принадлежит к ведьминскому Дому, признающего власть русского царя. Пленная вейла — из Дома, который сюзерена над собой не признает, а сумеречная зона дает возможность им скрываться от людей в лесах без потери качества жизни. Сотрудничая с людьми и государственной властью во многих аспектах, но никому прямо не подчиняясь.