Сергей Извольский – Путеводная звезда. Том 2 (страница 71)
— Непростая задача.
— Никто и не говорил, что будет легко, — только пожал плечами Астерот.
— Я не сомневался… — начал было я, но архидемон еще не договорил.
— …и в ответ на твой выбор я готов освободить тебя от контрактных обязательств, еще и золотым парашютом обеспечив.
— И что от меня для этого требуется?
Улыбнувшись, Астерот широким жестом заставил появиться на столешнице карту Африки, после чего увеличил масштаб, так что в центре изображения оказался протекторат Танганьика.
Кто бы сомневался — было ведь у меня ощущение, что слишком много в моей жизни упоминаний о нем стало. К тому же «друг Степан», с которым мы крепко-накрепко связаны смертью, именно там, на Занзибаре.
Пока архидемон показывал и рассказывал в самых мельчайших деталях, что именно от меня требуется, настроение и возникший было энтузиазм не просто падали, а стремительно рушились вниз. К далеко отрицательным значениям на уровне примерно дна Марианской впадины.
Не зря у меня не так давно возникло ощущение, что что-то заканчивается. Потому что все то, о чем говорил архидемон, буквально переворачивало мою жизнь с ног на голову.
— Уточнение, — произнес прекрасно читающий мои мысли Астерот. — У тебя впереди еще бал в центре Петербурга, а до него нужно дожить и пережить.
— Да даже если получится, это же выглядит и звучит нереально, — произнес я, кивая в сторону карты. — Всего за полгода мне нужно будет…
— Будь реалистом, требуй невозможного! — даже повысил голос архидемон, словно утомленный моей несговорчивостью.
— Да и выглядит как самоубийство, — не поддался я.
— Нет, что ты, — удивленно покачал головой Астерот. — Это самое что ни на есть la migliore offerta. Лучшее предложение.
— Несмотря на это, у меня есть определенное в этом сомнение, и явное желание от такого предложения…
— Это не просто лучшее предложение, но предложение, от которого нельзя отказаться. Иначе мы сегодня же закрываем твой контракт как невыполненный.
После слов архидемона я почувствовал себя примерно так, как, наверное, чувствовал себя недавно цесаревич в разговоре со мной.
— И на каких основаниях наш контракт с моей стороны можно считать невыполненным? Я даже без Моисея Яковлевича в любой момент обосную…
— Если уж заговорили о Моисее Яковлевиче, — прервал меня архидемон. — Как насчет лутбоксов, которые он с твоей подачи уже внедрил на Арене? Стыкуются они с законами божьими и человеческими в твоем понимании?
— Зачем с козырей-то сразу? — только и произнес я, отворачиваясь к панораме космоса.
Когда я выдохнул и снова посмотрел на Астерота, он отсалютовал мне бокалом.
— Ты не мог не представлять, с кем связался, — еще раз улыбнулся архидемон, только в этот раз в его глаза блеснул красноватый отблеск демонического огня.
— Я был молод и мне нужны были деньги.
— Что не освобождает тебя от ответственности. Так как? Уходишь в небытие, или продолжаем разговор?
— Небытие? То есть, ты можешь просто выключить свет? Не отправлять меня в отражение подобное тому, где обитает Елизавета?
— As you wish, — утвердительно кивнул Астерот.
— Вот на этом моменте сделаем небольшую паузу, — даже поднял я палец вверх. — Ты же сам признался, что моя роль весьма серьезна, и именно я — твоя проходная пешка. Не думаю, что тебе захочется меня потерять после того, как после долгого дебюта партия войны за этот мир…
— Игры за этот мир.
— …партия игры за этот мир перешла в миттельшпиль.
— Артур. Ты очень хорошо поработал. И из уважения к тебе и результатам твоего труда я, безо всякого сомнения, могу выключить тебя из жизни любым желаемым тобой способом, не обрекая на вечные муки. Причем в любой момент, стоит тебе только захотеть. Но ты же этого не хочешь и не захочешь. А со мной блеф не пройдет, мы не за покерным столом, и я отнюдь не Валера, извини. Поэтому и разговаривать со мной с позиции силы ты просто не имеешь возможности. Вот незадача какая, не правда ли?
— Действительно, неудачно получается, — ничего не оставалось мне, как согласиться.
— Ну а раз так, вернемся как нашим титанам. Игра за мир, тем более за обреченный мир, дело непростое. Ничего ведь со времени нашей прошлой встречи не изменилось, и по-прежнему только ты один можешь, как это по-русски… затащить. Ты смог выжить и встать в позицию проходной пешки, и уже в силах добраться до поля превращения. Так что, имея ввиду мое новое предложение, согласись — будет глупо, если обретя возможность выбора, ты выберешь вариант слабого превращения.
После этих слов архидемон вдруг замолчал. Говоря о поле превращения, он подразумевал те редкие ситуации, когда прошедшая через все поле пешка по воле игрока превращается не в ферзя, а в менее сильную фигуру. При этом говоря об этом, архидемон прекрасно знал и то, что мне все возможные перспективы перехватить бразды правления этим миром даром не нужны.
Астерот видел меня насквозь, и прекрасно знал, что всю свою сознательную жизнь я всегда и в любой ситуации бежал от ответственности. Вот только с самого детства неведомым образом получалось так, что в любой ситуации и на любом мероприятии я всегда оказывался в первых рядах — будь то спортивные соревнования, учеба, боевые действия, карьера, да даже организация встреч одноклассников. Всегда, в любых ситуациях, волею судьбы мне приходилось оказываться не только в первых рядах участников любого дела, но и нести ответственность и за результат, и за других его участников.
— Это твой крест, — сочувствующе кивнул архидемон через некоторое время. — Без шуток, Артур, я тебя понимаю и сочувствую.
— Ну спасибо.
— Да пожалуйста, — белозубо улыбнулся Астерот.
Мне оставалось только грустно вздохнуть. Из-за наполненности событий после перемещения в этот мир я даже полно не смог потосковать о самом своем трагическом событии в жизни. Когда цель и мечта — просто жить и наслаждаться жизнью, была так близко, только руку протяни и возьми наконец, в мире без магии я умудрился рассориться с демонессой и умереть от ее руки. И сейчас Олег, а не я, в компании двух жен на океанском побережье покоряет волны, а судьбы чужого мира приходится решать мне. Опять став ответственным за мероприятие. Причем, учитывая только что озвученное предложение Астерота, раз за разом судьбы этого мира мне приходится решать, оказываясь в заведомо проигрышной ситуации.
— Это твой крест, — снова повторил Астерот. — Неси его с честью.
— У меня есть выбор? — невесело усмехнулся я.
— Моими усилиями, прости, выбора у тебя нет. Так что сосредоточься на том, чтобы уже начинать спасать этот мир. К тому же всего-то, из крупных проблем, тебе осталось лишь разобраться с перспективой стерильного киберфашизма, которая все яснее вырисовывается для обычных людей. Чьи боги, заметь, тебе все чаще помогают.
— Всего-то, ага.
— Артур, что за пораженческий тон. Не забывай, что на сегодняшний момент нами решена проблема Тьмы, и уже почти решена проблема одаренных варваров, которые по своей неопытности в божественной позиции едва не сожгли обитаемый мир ко всем чертям. С ними, впрочем, еще ничего не закончено, и среди них есть несколько перспективных фигур, которые могут тебе помешать и даже занять мое и твое место в этом мире. И с этим, кстати, тебе придется разбираться тоже. Так что не расслабляйся.
— И часовню, значит, мне разрушать?
— О да, — довольно улыбнулся Астерот. — И часовню тоже предстоит рушить тебе. Если, конечно, доживешь. Но мы возвращаемся к тому, что выигрывают игроки, а играет все же тренер. И с этим я тебе уже помог и поступившись принципами выключил сразу двух из когорты сильнейших игроков. Скажешь спасибо потом, когда поймешь. А сейчас… сейчас, ты действительно не играешь, а пока еще воюешь за спасение человечества. И тебе придется рискнуть всем не только ради себя, а ради — как это бы громко не прозвучало, всего мира.
— Счастье-то какое, — покачал я головой.
— Ну не ты первый, не ты последний, — вновь отсалютовал мне бокалом Астерот.
— Amen, — только и нашел я в себе силы ответить, делая глоток капучино.
Как говорится, будьте осторожны в своих словах и желаниях. Потому что у меня оставалось еще невероятное количество незаданных вопросов, но из-за услышанного по изменению плана действия я о них попросту забыл, отодвинув на второй план. И совершенно, как оказалось, зря.
— Воу-воу, стой! — только и успел крикнуть я. Потому что широко улыбнувшийся Астерот, как будто только и ожидавший повода отправить меня обратно, щелкнул пальцами, после чего я вновь оказался в кают-компании яхты Эскалада.
Мой громкий крик «стой!», раздавшийся уже в обитаемом мире и в нормальном течении времени, пришелся как нельзя кстати. Потому что я появился за мгновенье до того, как — судя по накалу атмосферы, Ольга и Анастасия готовы были начать убивать друг друга.
В воздухе еще висело эхо резких эмоциональных попыток выяснить кто виноват. Но словесная перепалка не помогла, а наоборот определенно лишь сильнее накалила обстановку. И обе девушки уже готовы были перейти от слов к делу.
— Стойте-стойте-стойте! — чувствуя, что дело реально дрянь, вскочил я с кресла. И этим движением сбил предварительную настройку прерванного создания конструкта — и мгновенно меня изнутри словно пронзило многочисленными ледяными шипами.
Обездвиженный, с вырвавшимся против воли криком боли я рухнул на пол. Замершие было Ольга и Анастасия одновременно прянули вперед, и одновременно наклонившись ко мне, столкнулись лбами. От случайного удара между ними вспух яркий лилово-голубой шар взрыва стихийной энергии, так что девушки разлетелись в стороны.