Сергей Извольский – Корпус Смерти (страница 41)
- Все ваши солдаты, мой лорд.
- Когда и кто успел настолько хорошо из подготовить? – не скрывая удивления, поинтересовался я. Впрочем, не дожидаясь ответа – который уже знал, сделав несколько быстрых шагов оказался у ближайшего каргарианца. Выставив отрытую ладонь, заставив его замереть, подошел еще ближе и не прикасаясь, всмотрелся в его виски. Так и есть – краснота на темной коже незаметна, но красные точки небольших ранок видны. Протянув руку, коснулся броневой пластины на спине, чуть ниже шеи и посмотрел в глаза с немым вопросом. Каргарианец понял невысказанный вопрос, и кивнул. Даже без осмотра стало понятно, что в районе спинного мозга у него такие же следы от игл нейрошунта.
Вздохнув, я отошел обратно к Картеру.
- Напрямую загрузили? – полуутвердительно поинтересовался я.
- Так точно, мой лорд.
- Без чинов.
- Есть без чинов, мой лорд.
Покачав головой, я решил не настаивать на форме обращения. Тем более после слов Картера все стало понятно о произошедшем с каргарианцами: ни одного дабла в системе не было – потому что в армейских подразделениях подобные импланты могли находиться только в учебных частях и подготовительных лагерях. Но каргарианцев необходимо было срочно обучить, поэтому все три сотни прогнали через разгонные капсулы – наверняка вывезенные Харрисом из Форпоста вместе с регенеративной камерой, - без вживления имплантов дополненного знания. Эта безжалостная процедура была сродни сканированию мозга – только вместо того, чтобы снимать слепки сознания, наоборот добавлялись дополнительные уровни знания.
При обучении в имперской армии загрузка данных проходила постепенно – даже с учетом дабла, который являлся в том числе и предохранителем, а в смертников-каргарианцев, чьими жизнями купили благополучие выбравшие не ту стороны кланы, закачали знания напрямую. Это было… совершенно негуманно, если использовать мягкое определение.
- Процент потерь? – осмотрел я каргарианцев, которые никуда не уходили и никуда не торопились.
Да, они ведь уже формально умерли для своих родственников и кланов, так что ни прощаться, ни собираться никому не надо.Теперь уже я смотрел на подразделение смертников иными глазами – если вначале удивлялся, что их слишком мало для трехсот, то сейчас – слишком много для трехсот, прошедших процедуру, сродную экспресс-сканированию мозга.
- Безвозвратных двадцать три процента, мой лорд.
- Безвозвратных?
- Так точно, мой лорд. Еще двадцать девять процентов потеряли способность к размышлению, сохранив только естественные биологические рефлексы и восприятие команд в рамках полученного обучения.
- То есть примерно половина присутствующих здесь потеряла разум?
- Так точно, мой лорд.
- А вторая половина будет обгашена, - задумчиво пробормотал я себе под нос.
- Простите, мой лорд?
- Половина под стимуляторами, половина… на рефлексах, - после некоторой заминки нашел я нейтральное определение. - Опасные парни у меня в команде, - едва дернул я уголком губ.
- Они выполнят поставленную задачу, мой лорд, - кажется, конфедерата мой сарказм задел.
Не обращая внимания на чувства Картера, даже не глядя на бывшего сержанта армии КСМ, я задумался. Первоначально хотел оставить его в роли телохранителя дочке Гасептула, но вопрос – что я буду делать с двумя сотнями невменяемых воинов, которые воспринимают только команды десятников и сотников, «действуя согласно полетной программе» - как говорила совсем недавно, и одновременно невероятно давно Джайна, докладываясь диспетчеру внешнего космопорта по прибытию в систему Каргаррат.
Вспомнив яркую как солнце зеленоглазую девушку, мысли о которой до сих пор вызывали приятное тянущее чувство в груди, я на несколько мгновений абстрагировался от серой и мрачной действительности. Вот на прекрасной богине из корпорации МедТех я бы женился – неожиданно для себя сформулировал мысли и желание. Но для того, чтобы даже ее увидеть, мне необходимо покинуть эту осточертевшую планету. И что самое поганое, от меня это совершенно не зависит – моя жизнь сейчас в руках Мальозы. Накатившая сразу после приятной вспышки воспоминаний о Джайне усталость безнадеги побуждала скорее сделать шаг в вечность, и добраться-таки до рудника, под которым находилась подземное хранилище с законсервированными клонами.
Почувствовав направленное внимание смертников – по рядам которых прошло легкое, едва уловимое волнение, я обернулся ко входным воротам. Одна из створок была уже приоткрыта, и я оторопел - в зал зашел Ричи, в своей броне призрака. Как? – мысленно спросил я сам себя, но почти сразу понял, что ошибся. Приближавшийся призрак был одного – невысокого - роста с кавианцем, и почти такой же худой, что подчеркивалось кажущимися огромными размерами штатной снайперской АМР за спиной. Только переведя взгляд с винтовки, я отметил анатомические очертания брони, понимая, призрак – женщина. И лишь увидев идущего позади Гвинкайна, понял, что передо мной Ливия, дочь Гасептула и моя местная невеста. О том, что сам попросил Мальозу дать указание Гвинкайну перенастроить броню повесившегося кавианца, сразу и не вспомнил, сосредоточенный на мыслях о предстоящей вылазке.
В этот момент в помещение зашел третий гость, и я невольно улыбнулся. Кеша был приведен в порядок, и двигался с прежней кошачьей мягкостью. Но многих частей брони не хватало – мобильная пехота не использовала подобных дроидов, и у Гвинкайна просто не было необходимого количества запасных частей.
Кеша по устной команде Гвинкайна замер на пороге, не обращая на меня внимания. Да, я же без идентификатора, он сейчас и не знает, что совсем рядом его командир – почувствовал я даже легкую грусть и некоторую обиду.
Оглянувшись и коротко кивнув Картеру, я двинулся навстречу Ливии и сопровождающему ее мастер-сержанту. Он был с поднятым забралом – и как только я оказался рядом, девушка также перевела в обычный режим доспех призрака, и через ставшую прозрачным полусферу шлема я увидел ее обеспокоенный взгляд.
- Передай леди Элезейд, что я отменил приказ Картеру стать телохранителем Ливии, и прошу позаботиться о девушке тебя, - негромко произнес я, обращаясь в Гвинкайну.
Мастер-сержант явно удивился, но ничего не сказал, лишь кивнув.
– Желательно, чтобы она продолжила обучение в институте благородных девиц, если моя миссия потерпит неудачу, - добавил я, стараясь не смотреть на девушку. Она невольно стала игрушкой в наших руках, и мне было не очень приятно перекидывать ее как мячик.
- Дроида заберешь? – спросил вдруг Гвинкайн.
- Как? – не понял я.
- Я на удаленке через ваш взводный интерфейс могу отдать ему команду стать твоим телохранителем, - пояснил Гвинкайн.
- На удаленке под кем? Из чьего интерфейса? – не понял я.
- Капрала Эстера.
«Какого… капрала Эстера?» - едва опрометчиво не выпалил я, так как не знал ни одного капрала Эстера в своем взводе. А потом вдруг вспомнил желтые глаза сильвана - телохранителя Алисии Мэлландер, которого я вместе с графиней зачислил в состав своего взвода во время бегства с Антеги. Ясно, сильвана рядом нет, а учетная запись в подразделении его вряд ли будет востребована – речи о том, что майор Лассан подтвердит мое назначение, не идет.
Искушение взять с собой дроида, к которому я, не скорою, испытывал теплые чувства, было велико. Но желание сразу пропало, когда я вспомнил о предполагаемой цели – моей личной цели миссии – красиво погибнуть и забрать с собой триста человек. Вернее, уже меньше чем триста, но все равно немало.
- Пусть девочку охраняет, - показал я мастер-сержанту на Ливию.
Гвинкайн кивнул, а Ливия подняла забрало, судя по мимике намереваясь что-то сказать. Ее большие глаза были широко распахнуты, ротик приоткрыт, но видимо у нее не было слов – хотя во взгляде я прочитал достаточно. Ободряюще улыбнувшись девушке, я подмигнул ей на прощание и развернулся, уходя прочь. Ни разу не оглянувшись, я оказался рядом с Картером и похлопал в ладоши.
- По машинам! – сделав несколько хлопков, я поднял руку и закрутил выставленным вверх пальцем.
- По машинам! – эхом повторил Картер, разворачиваясь и закричав гораздо громче, чем я: – Быстрей, быстрей, ребята! – наверное, смысл его фраз, раздавшихся под сводами зала на каргарианском, был примерно таков.
Гулко затопали подошвы тяжелых ботинок, когда очень быстро, но без лишней толкотни мои смертники забегали по аппарелям в распахнутые десантные люки шатов. Клоны в форме пограничного корпуса также без задержек оказались в кабинах, и с протяжным гулом один за другим взвыли двигатели, наполняя высокий ангар шумным перестуком раскручивающихся винтов. Одним из последних заскочив в командирскую машину, я все же обернулся – и деланно-небрежно козырнул на прощание Гвинкайну и стоящей рядом с ним Ливии.
Я уже устал от этой планеты – и устал от бездействия. Надеюсь, что в самое ближайшее время среди умирающих людей смогу обрести внутренний покой – вместе с физической смертью. И надеюсь, пробуждение будет – поползли мурашки страха по спине. Не только от осознание того, что я – возможно, отправляюсь к собственной гибели. Но и от того, что облачение четвертого уровня не подразумевает комплекса жизнеобеспечения, к которому я привык в доспехах космодесанта, отсекающую боль от ран моментально. Память боли вернулось фантомным отголоском, и я даже почувствовал, как мгновенно вспотели ладони.