Сергей Извольский – Драго. Том 2 (страница 3)

Из-за этого он и смог снять, как аэроскутер вернулся. Причем картинка была дополнена камерами лимузина — проекция получилась трехмерная и очень подробная. Так что Эльвира теперь смотрела на происходящее уже не в склеенных обрывках рваного видео, а в хорошем объемном качестве. И видела, как появившись в поле зрения, камнем рухнул с неба аэроскутер — уже не красный, а черный от копоти.

После экстремально резкого снижения потрепанный аэроскутер выпрямился над дорогой и почти сразу же встал на дыбы, причем на скорости. Черноволосый парень в этот момент оттолкнулся от ножных упоров и рухнул на асфальт, покатившись, а разогнавшийся аэроскутер врезался во выехавший из-за угла навстречу фургон. Микроавтобус от такого удара, смявшего ему кабину, брызнул стеклом и кувырнулся через капот, приземлившись на крышу.

Молодой водитель аэроскутера в это время уже поднялся на ноги и подбежал к своей поврежденной машине. Выправив аэроскутер в пространстве, он запрыгнул на сиденье и неожиданно подняв нос, заставил почерневшую машину свечкой устремиться вверх.

Мелькание черного — это Голдбой выходил из машины. Поддержка камер лимузина пропала, действие вышло из их зоны, но почти сразу изображение вернулось — камера теперь смотрела в небо. Где раздался яркий взрыв: вертикально взлетевший вверх аэроскутер вспух ярким пламенем. Камера в этот момент вернулась на спрыгнувшего с аэроскутера водителя, вновь получив дополнение с камер лимузина и возвращая режим наблюдения из 2D в 3D.

Голдбой, который до этого момента истерично комментировал произошедшее, словно что-то почувствовал. Он умолк, и затаив дыхание наблюдал, как водитель аэроскутера вдруг сделал жест, называемый «бесстыжий средний палец», смачно поцеловал его подушечку, и показал сначала в небо, а после переадресовал жест перевернувшемуся фургону.

На все про все у незнакомца ушло пара мгновений. После этого он вдруг очень быстро оказался рядом с лимузином — водитель которого, почувствовав неладное, попытался уехать от него задом.

— Он так от бабушки в Новочеркасске семечками торгующей только бы сбежать сумел, — не удержался и прокомментировал происходящее Валера.

Мелькнула золотая ливрея вылетевшего на улицу водителя и лимузин, взвизгнув резиной, уехал.

— Сейчас еще будет, смотри, — негромко произнес Валера.

Действительно, из-за забора усадьбы послышались звуки. Вслушиваясь, Эльвира поняла — раз выбитые ворота, два выбитые ворота, три… хруст стены?

Слушать было непросто, из-за возбужденного голоса вновь кричащего, мешающего слова и мысли Голдбоя. Но еще несколько секунд и Валера — явно готовясь заранее, увеличил и тут же остановил изображение. Так, что на чуть размытой, в увеличении, картинке, удалось увидеть как неизвестный парень покидает особняк. Только аэроскутер в этот раз у него был белый, а спиной сидела довольно интересная — судя по длинным голым ногам, женщина.

Валера воспроизведение больше не включал.

— А дальше? — поинтересовалась Эльвира, которая даже немного начала болеть за черноволосого беглеца.

— А дальше бада-бум и на видео никакой конкретики, — прокомментировал Валера, включая воспроизведение. Действительно, над особняком полыхнуло взрывом, и Голдбой — завизжав от испуга, спрятался в кустах.

— Он потом еще раз в эфир вышел, — отключая проектор и убирая ассистант, прокомментировал Валера. — Сказал, что этот отморозок выжил, вернулся в гараж, забрал там еще один аэроскутер, уже зеленый, вернулся за потерянной девушкой, забрал ее и скрылся в неизвестном направлении.

— И? — сдержанно поинтересовалась Эльвира. — Личность его установили?

— Нет, он в маске был. В простой маске, даже без чужой личности.

— И? — еще раз повторила вопрос Эльвира.

— И… — в недоумении только и развел руками Валера. — Смотри: чудеса на виражах — чек. Сексапильная полуголая девка за спиной — чек. Вот это, — тут Валера выставил средний палец и смачно поцеловал подушечку, — тоже чек!

— Ты хочешь сказать, что это Артур? — все также спокойно спросила Эльвира.

— А ты сомневаешься?

— Я даже не знаю, что он мог забыть на Занзибаре. Почерк, конечно, похожий, но…

— Я тоже не знаю. Но мне кажется, что если это он, ему нужна будет наша помощь.

На долгое время в комнате повисло молчание.

— Если мы туда поедем вдвоем, и если это действительно Артур, то… это будет гораздо хуже, чем пресс-релиз о том, что мы знаем где именно Артур находится.

— Но…

— Но если мы с тобой вдвоем поедем… допустим, в Якутию, никто ни о чем не догадается.

— А зачем нам в Якутию?

— Помнишь, когда вы с Артуром менялись лицами? Ты в его роли поехал в Архангельск, а он с Анастасией в Петербург, под твоей маской?

— Да, но…

— Но если мы сделаем так вдвоем, это довольно быстро вскроется. Поэтому завтра я свяжусь с Николаевым, он вызовет нашу команду на внеочередные сборы, и уже оттуда я под чужой маской отправлюсь в Занзибар, осмотрюсь там, — ровным голосом произнесла Эльвира.

— Хорошо. Только на Занзибар поедешь не ты, а я.

— Почему это? — вскинулась Эльвира.

— Потому что Артур опять влез в какой-то блудняк, и там наверняка будет опасно.

— И?

— И я за тебя волнуюсь.

— А я значит за тебя не волнуюсь?

— А ты волнуешься?

— Дурак ты, — только и вздохнула Эльвира.

— Подожди. Ты что, серьезно за меня волнуешься? — подошел ближе к смущенно опустившей глаза царевне Валера.

— Валер.

— Эля.

— У меня к тебе есть один, очень важный вопрос, — медовым голосом произнесла Эльвира, глядя на принца ангельским взглядом.

— Слушаю тебя очень внимательно, — вообще никоим образом не почувствовал надвигающейся опасности Валера.

— Зачем тебе платиновый аккаунт на портале Мессалина?

— Э…

— Не мнись, пожалуйста, а ответь сразу.

— Эль, нам с тобой очень много нужно организовать, потому что Артур явно в опасности, и…

— Артур не маленький мальчик, и на откровенную, как вы говорите, дичь, не способен. У него, конечно, все как обычно в динамике событий, но я не думаю, что он настолько идиот, что будет спускаться к акулам без клетки, выходить на дуэль на мечах без меча против заведомо более сильного противника, или прыгать с парашютом без парашюта. Если на видео он, то все что я только что видела — вполне в пределах его нормы изменения окружающей реальности под свою манеру решения проблем и вопросов. Минутка, который ты мне сейчас уделишь, роли не сыграет. Ну так что, зачем тебе именно платиновый аккаунт на портале Мессалина?

Глава 2

Если честно, глянув из проема двери вниз и оценив расстояние к полету, я подумал было, что не готов прыгать.

Вот вообще не готов.

Правда, происходило все в динамике, а за спиной у меня стоял Войцех. Который еще до того, как я отказался от плана возвращения, и открыл рот сообщить что в общем-то могу и второй раз в небоскреб через стоянку зайти, отправил меня в полет.

Ему проще — у него в имплантах отображается дополненная реальность. И подходящий для выброски из конвертоплана момент он увидел раньше, чем я успел сообщить, что отказываюсь от самого плана выброски.

Мелькнули в воздухе огни небоскребов, показалось даже, что увидел собственную… спину, так скажем. Полет продолжался совсем недолго — по лицу хлестнули ветки высоких декоративных кустов, а после ступни ударили в землю. Перекатом, гася инерцию прыжка, я укатился в сторону, сминая кусты. Вылетел из конвертоплана не вертикально вниз, так что погасить удар получилось, и прокатился достаточно далеко.

И остановившись, так и остался лежать на спине, раскинув руки. Вдруг накатил нервный смех, который я не мог сдерживать. В сознании непрерывно пульсировала фраза-окончание старого анекдота: «…а теперь смертельный номер! Прыжок из-под купола цирка в стакан воды без страховки! — Гомики, гомики, куда вы меня несете?!»

Таким меня, услышав смех, и нашла Николетта.

Я, по эмоциям, почувствовал ее приближение. И, опять же по эмоциям, почувствовал ее крайнее напряжение. Но никак не мог успокоиться и перестать смеяться — слишком сильное впечатление произвел на меня полет. Высота, конечно, не самая большая, мы примерно с такой при штурмовой высадке прыгали не раз. Правда есть одно но — тогда я все же был в бронекостюме, с активными системами и поддержкой экзоскелета.

Рассказал бы мне кто еще год назад, что я буду сознательно, ну почти сознательно, прыгать из быстролетящего конвертоплана на небольшую террасу верхнего этажа небоскреба… Как хорошо, что год назад мне никто настроение не портил и об этом не рассказал.

— Вот это прикол, — не удержался я от комментария, все же справившись со смехом. — Помоги подняться, пожалуйста, — глянул я снизу вверх на Николетту.

Девушка присела рядом, и аккуратно взяв меня под локоть и за плечо, не очень умело потянула.

— Ох-о-хох… что ж я маленьким не сдох, — чувствуя, что организму в целом не очень хорошо после полета, выдохнул я.

Но себя жалеть было некогда — вроде бы ничего не сломано, отделался только ссадинами и сильными ушибами. Но боль отошла на второй план — постепенно я все сильнее и острее чувствовал, насколько напряжена Николетта.

Чувствовалось, что она буквально опустошена, и даже как мне показалось находится на грани истерики (опять). А вот то, что она едва сдерживалась, чтобы не заплакать — совершенно точно, глаза на мокром месте.