Сергей Извольский – Деймос. Аспект силы (страница 23)

— Инкубатор экстерриториален.

— Но начиная со второй ступени состоящие в эскадронах инфанты начинают его покидать, выезжая на соревнования в другие инкубаторы аквариума сначала как зрители, а потом как участники. Тебе это тоже предстоит, если мы выиграем, а после такой пощечины Рибагорса могут решиться и на физическое устранение. Естественно, все будет обставлено как…

— Я догадываюсь как. В общем, бросаем вызов или Веласкес — плюс в слабости клана, ее поражение предпочтут не заметить, но минус в хорошей подготовке команды, или Сангуэса, потому что и команда по подготовке хуже, и с Сангуэса у нас у обоих не все так однозначно. Так?

— Да, — кивнула Стефа, отводя взгляд.

— Сначала можно попробовать с Анабель договориться, — задумчиво предположил я.

— Договориться? — заметно удивилась Стефа. — О чем?

— Ее эскадрон третий в рейтинге. Если мы сможем выбить василисков, она станет второй. В этом плане у нее прямой интерес и заинтересованность, значит может помочь нам снаряжением и ресурсами.

Маска Стефы отрицательно качнулась — похоже, она даже не держала в уме возможность с Анабель договориться.

— Мне кажется, она не будет с тобой разговаривать.

— Почему?

— Я из охлоса, медный аспект пятого ранга, выпускница педагогического училища Теруэли — одно мое присутствие в приличном обществе с таким анамнезом уже является оскорблением приличного общества. А знаешь ли ты, почему именно меня отправили в ваш замок сразу после училища? Ведь со стороны мое назначение твоей няней выглядело просто невероятным карьерным взлетом.

— Не знаю.

Стефа начала очень издалека, но видимо для нее это важно, поэтому я не стал акцентировать на этом ее внимание, решил подождать развития мысли.

— Я воспользовалась новым допуском, почитала про этот меч, — показала Стефа на вернувшуюся на стену катану. — В темные века в Древней Японии, которая на Земле, была практика под названием цудзигири — когда самураи, это члены высокой воинской касты схожие с нашими и преторианцами, и патрициями, отрубали случайным людям головы для проверки остроты своего меча. Так вот клан Сангуэса — это в некотором роде инкарнация обычаев самураев темных веков, можно сказать духовные наследники. То, что твоя мать меня искалечила это не случайность, а практика — патриции вашей фамилии относятся к плебсу как к человеческим особям, не считают их за разумных и имеющих какие-либо права людей. Меня отправили к вам в замок потому, что для Ордена Истока я была той, кого в случае чего не жалко. Выходец из охлоса, медный аспект пятого ранга, выпускница педагогического училища Теруэли — одной больше, одной меньше, никто не заметит.

Неожиданная информация — и еще более неожиданное понимание, что Стефа говорит правду, потому что эхо моего воспитания сказанному совсем не противится.

— Я чувствую резон в твоих словах. Но мы с Анабель все-таки из одной фамилии, коррекцию я не проходил и кровь Сангуэса во мне осталась, так что думаю было бы глупо не попытаться.

Теперь спорить Стефа не стала, просто пожала плечами, показывая жестом что это мое решение.

— Я сейчас создам для тебя заявку на посещение верхнего этажа.

— Менторы сюда не спускаются?

— На первую ступень нет, в очень редких случаях. Так, я направила запрос, но не думаю, что дон Диего подтвердит его быстро, если вообще подвер… Подтвердил, — удивилась Стефа. — Можешь подниматься, допуск у тебя уже есть.

Слова Стефы подтвердила новая информация перед взором, с указующей желтой стрелкой нового маршрута.

— Отлично. Тогда пока я хожу с визитом к Анабель, позови пожалуйста сюда Риту и доведи до нее всю необходимую информацию.

— Хорошо, — явно переступив через себя, не став возражать, согласилась Стефа.

Риту в кабинете я дождался. Увидев венецианскую маску Рита заметно оробела, но Стефа приветствовала ее таким мягким и приятным голосом, что девочка сразу расслабилась. Оставив их вдвоем, я прошел к лифтам, куда вход обычным инфантам запрещен. Нажав подсвеченную в восприятии кнопку прошел в кабину, за несколько секунд поднявшую меня на самый верх.

Выйдя на поверхности, на свежий воздух, замер на пару секунд с удовольствием подставив лицо морскому ветру. Запрокинул голову, посмотрел на облака, сквозь которые виден диск стоящего в зените солнца. Это у нас снизу свет приглушен, потому что уже вечер по стандартному времени, здесь на поверхности своя атмосфера.

Пройдя по зеленой аллее, подошел к белоснежному куполу, идентифицированному в восприятии как апартаменты Анабель Сангуэса. Дверь передо мной сразу открылась и едва переступив порог, словно в старую жизнь вернулся — никакой голой функциональности и вездесущего серого металлопластика в отделке. Просторная прихожая с меблировкой в новом колониальном стиле, картины, бурлящее джакузи с красно-кровавой подсветкой, белоснежная густая шкура теруэльского медведя на диване в гостиной, где, закинув ногу на ногу, расположилась Анабель в легком летнем платьице.

Телесная оболочка явно неродная, потому что выглядит Анабель совсем не как Сангуэса — круглое лицо, вьющиеся светлые волосы и румяные щеки, яркие пухлые губки бантиком. Своей кукольной внешностью она могла бы походить на ангелочка, если бы не ярко-алые глаза, точь-в-точь как у меня. Странно — у девочек фамилии после смены телесной оболочки на нестандартную, в которой сейчас Анабель, цвет обычно меняется и приходит в норму, но в ее случае подобного почему-то не случилось. Очень странно, и вообще почему ей разрешили сменить оболочку на нестандартную, не подходящую под утвержденный нормами фамилии облик, тоже вопрос.

Пройдя через гостиную под внимательным взглядом красных глаз, я встал неподалеку от дивана. Анабель не произнесла ни слова, даже не двинулась — только едва-едва вопросительно приподнялись тонкие светлые брови, а секундой позже дрогнула лежащая на изголовье рука, показывая мне говорить.

— Донна Анабель, здравствуйте. Меня зовут Деймос, я инфант первой ступени и будущий капитан эскадрона претендентов. Пришел обсудить с вами возможность взаимовыгодного сотрудничества.

Брови Анабель поднялись еще выше, в округлившихся глазах отчетливо читалось недоумение. Потянувшись — на пару мгновений растеряв всю «пухляшность» в образе и превратившись в хищницу, Анабель легонько хлопнула пальчиком по браслету.

— Ментор Сангуэса, слушаю, — почти сразу раздался знакомый голос. Браслет был выведен на громкую связь, так что слова дона Диего прозвучали на всю комнату, обволакивая мягким звуком.

— Сеньор командор-маршал, — голос у Анабель показался звенящими колокольчиками, под стать внешности. — В мои апартаменты вломился какой-то наглый маленький плебей, но ведет себя при этом как будто является патрицием.

— Моя вина, сеньорита Анабель. Подумал, что он может вам пригодиться. Скажите инфанту Деймосу, пожалуйста, чтобы возвращался к себе.

— Хорошо, сеньор командор-маршал, — мило улыбнулась в пустоту Анабель, а после ставшим жестким и презрительным взглядом посмотрела на меня. — Пшел вон.

Демоны мгновенно проснулись и как с цепи сорвались — в голове зашипело возмущенное многоголосье, призывающее меня наказать эту растерявшую всю страх самоубийцу. Я закрыл глаза, но перед глазами тут же встал алый контур лежащей на диване девушки и траектория двух прыжков — во второй раз я должен был приземлиться за диваном, уже сломав шею этой наглой выскочке.

Закусив щеку изнутри до крови, я с трудом остался на месте, а после — не глядя больше на избежавшую только что уничтожения телесной оболочки Анабель, развернулся и вышел из апартаментов родственницы, в задумчивости дошел до лифта и поехал обратно.

Ну, хоть на небо посмотрел.

Пока возвращался сколько не думал, так и не смог понять мотивы Анабель — у нее третья по силе команда, она кандидат на вылет в следующем году, зачем отказываться от возможностей? Показать, как она меня презирает? Так у нее прекрасно получилось бы это сделать, просто не открыв дверь — подтверждая доступ она прекрасно знала, кто пришел. Тем более она не могла не знать именно меня, потому что до экстерминации моей матери я находился в статусе возможного наследника, был отдельно отмечен главой клана как претендент. Это такие как Анабель могут пройти мимо внимания всей фамилии, но такие как я ни в коем случае. Хотела показать презрение лично? Но зачем, это ведь контрпродуктивно. Единственный вариант, что оболочку она неформальную надела специально для провокации, чтобы я ей шею сломал — чего, кстати, едва-едва не случилось. Но в таком случае могла продолжать, почему ограничилась всего одной оскорбительной подачей? Просто нервы пощекотала и не стала продолжать зная, что в случае чего за нелегальную оболочку светловолосой куколки глава клана ее по голове не погладит? В общем, одни вопросы без ответов — и пока я себе их задавал, вернулся в кабинет мастера Эрнандес.

— Как прошло? — спросила Стефа, едва я зашел.

— Отрубить голову не пыталась, в остальном ты оказалась права.

Стефа кивнула ничуть не удивившись, показав мне присаживаться за стол, где уже расположилась Рита. Я подождал пару минут, пока Стефа продолжала вводить ее в курс дела и обрисовывать наши возможности с перспективами.

Сейчас, по мере того как Стефа снова рассказывала про инкубаторские военно-экономические игры, я понимал, что в них для меня нет ничего непонятного — нечто подобное я уже изучал, только не в форме игровой миниатюры, а в более серьезном масштабе исторических примеров.