Сергей Извольский – Деймос. Аспект силы (страница 22)

По окончанию девяносто пяти раундов формировалось двенадцать полных отрядов по девяносто пять инфантов в каждом, а невыбранные воспитанники, числом в шестьдесят, формировали последний отряд-дивергент. Традиционно во всех инкубаторах такой отряд был седьмой по счету и доставался самому молодому или низкоранговому мастеру.

После официального и торжественного Выбора проходил еще один, уже не афишируемый — у каждого отряда появлялся ментор из юных патрициев. В начале года в инкубатор — на практику, пребывало двенадцать перешагнувших порог шестнадцатилетия курсантов-патрициев, после чего каждый из них по старшинству и ученическому рейтингу получал себе отряд. В инкубаторе не афишировали их присутствие, тем более на первой ступени, но менторы постоянно незримо находились за плечами мастеров — не как командующие, а как управляющие. Постепенно ознакомляясь с базой проведения стратагем я уже понимал, что это соревнование совсем не инфантов и мастеров, а проходящих практику юных патрициев.

С начала года каждый ментор сам решал какой придерживаться стратегии. Можно было заявиться для участия в сражениях сразу же, едва экипировав первую пятерку и заняв свободный герб — это давало возможность зарабатывать дополнительные деньги, а также постоянно участвовать в учебно-тренировочных сражениях. Обладателю герба могли кинуть вызов претенденты — например, выждавшие выбывания большинства соперников, накопившие ресурсы и сформировавшие эскадрон полного состава из десяти бойцов. У каждого из отрядов было только одно право на вызов — если бросил вызов и проиграл, из стратагем вылетаешь. Но если занял пустой герб и был выбит претендентом, оставался шанс вернуться, если еще сохранилось право на вызов.

Фундаментом входа в соревновательный процесс выступала экономика и в этом деле имелись важные нюансы. Нам не просто так начисляли этерналы за посещение тренировок и учебные успехи — по сути, для управляющих отрядами патрициев это была модель налогообложения, и каждый из них сам решал насколько облагать данью «подданных», действуя через старосту. Деньги были нужны в первую очередь для того, чтобы экипировать боевой эскадрон, должный состоять по минимуму из пяти человек, а только один боевой костюм без улучшений стоил тысячу этерналов, разные единицы оружия от семи до девяти сотен, и это все не считая ремонтов и расходников, ведь только за каждый выстрел в перерасчете на заряд энергетической батареи выходило от одного до пяти этерналов.

Получать деньги с налогов в первый год было довольно просто. Инфанты первой ступени не платили инкубатору ни за что, имея возможность зарабатывать вполне приличные деньги за успехи в тренировках и учебе — до ста этерналов в неделю, хотя средняя премия была конечно меньше, в районе пятидесяти.

Инфанты второй ступени уже начинали платить за свое содержание в инкубаторе — пять этерналов в день начинали списывать за ранее бесплатную нормированную воду и еду. На третьей ступени оплачивалось уже дополнительно и проживание, а на четвертой и вовсе каждый инфант начинал год уже будучи должным инкубатору за предоставленную одежду и образовательные услуги, оплачиваемые ежемесячным взносом.

Дань, собираемая с отрядов первой-второй ступени, не имеющих свои эскадроны — чьи менторы потерпели в стратагемах поражение и покинули инкубатор, уходила на обеспечение эскадронов третьего и четвертого года обучения. За этот «корм» — как называли такие отряды, тоже шло соперничество и теперь я понял, почему дон Диего так спокойно обсуждал со мной неофициальные поборы, ведь это все было буквально прописано в правилах, доступным к прочтению не для всех.

Еще из методического пособия узнал, что отряды не попавших под Выбор дивергентов всегда стояли особняком — не имея своего эскадрона из-за отсутствия ментора-патриция. Дань с таких отрядов шла в карманы капитанам эскадронов третьей и четвертой ступени личной премией, именно поэтому мой отказ платить был воспринят так болезненно, и именно поэтому для приведения меня к порядку было привлечено сразу столько народа. В общем, меньше десяти минут чтения, и о подоплеке соревновательного процесса мне стал известен просто огромный пласт информации. Закончив ознакомление с пособием, я поднял взгляд на Стефу.

— В инкубаторе осталось четыре эскадрона, восемь менторов право вызова уже использовали и все выбыли, претендентов больше нет, — заговорила она.

— Кроме нас.

— Да, кроме нашего отряда, и вот сейчас время перейти к проблемам. Участие в стратагемах — это возможность в случае успеха получить внеочередной ранг или даже перешагнуть на следующую ступень. Если мы сейчас выбьем какой-то отряд, то и ментору и мастеру этого отряда сломаем планы на возвышение, получив явных недоброжелателей. Кроме того, сейчас конец года, остальные эскадроны полностью экипированы и снаряжены, каждый из них одержал немало побед. Конечно, на подготовку эскадрона выделяется четыре недели с момента заявки-вызова, но вопрос стоит в том, сможешь ли ты в одиночку справиться со всей командой противника, потому что в возможность одержать командную победу я не верю.

— Хорошие новости есть?

— Да. После того как эскадрон-претендент занимает свое место в четверке, на месяц он получает иммунитет к вызовам. До конца года осталось меньше двух месяцев, так что если мы победим, то переходим на вторую ступень гарантированно, выбитый нами соперник может вызвать кого угодно из оставшихся, только не нас. Вторая хорошая новость — у нашего отряда есть ты, индивидуально сильнее любого другого из участников.

Я только головой покачал — стратагемы изначально соперничество коллективов отрядов, а на поле боя матч состоит из трех раундов. Первый с преимуществом одной команды, во втором преимущество у другой — оборона-защита, а если по итогам счет равный, то итоговый результат матча определяется дуэлью капитанов. Но в принципе Стефа права — понимая уровень воспитанников инкубатора, третий раунд я заберу в любом состоянии. Так что наша задача в матче-вызове, как команды, выиграть всего лишь один раунд. Звучит многообещающе, но представляя насколько силен будет разрыв в уровне подготовки и экипировки, становится грустно.

— Еще что-нибудь из хорошего?

— Еще что-нибудь… — пожала плечами Стефа. — Мы в подводном инкубаторе и здесь никогда не бывает дождей.

— Прекрасно. Что по планам?

— Золотой ранг спектра позволяет мне заявиться ментором эскадрона. Если у нас все получится, я имею ввиду пройти весь путь до планетарного турнира, это будет моя заявка на вступление в нобилитет.

Стефа сделала небольшую паузу и по недосказанности я сразу понял — если у нас ничего не получится, это станет для нее приговором. Такое не прощают.

— Тебя я естественно назначу капитаном эскадрона, еще мне нужен кандидат на роль старосты отряда. Знакомиться с воспитанниками я начала только на прошлой неделе, и из того что есть, думаю на эту должность подойдет Антонио Санчес — если оставить, или же можно сменить его на Паулу Кабанес.

— Рита.

— Еретичка? — машинально удивилась Стефа, но тут же смутилась.

— Рита на первом месте в рейтинге учеников первой ступени. Представлял остальным ее лично сам дон Диего. Понятно, что ее ненавидят и презирают, но нужно сделать так, чтобы ее ненавидели и презирали все отряды кроме нашего, у меня уже есть пара мыслей по этому поводу. Что по другим менторам, из каких они фамилий? Ты уже думала кому бросать вызов?

— На первом месте в рейтинге эскадрон драконов, первый отряд, ментор Лола Хименес. Клан Хименес сейчас очень влиятелен, можно сказать в зените могущества, а на Лолу возлагали немалые надежды — она училась на Земле, но по неизвестным причинам в начале года вернулась на Арагон, здесь она по сути в ссылке. Второй по силе эскадрон — это василиски Сандры Веласкес. Всего лишь одиннадцатый отряд, но у нее отличный баланс и грамотность в управлении процессами. Третьи в рейтинге грифоны — второй отряд, ментор Анабель Сангуэса, — это Стефа произнесла подчеркнуто ровным голосом.

Анабель Сангуэса — имя знакомо, конечно же, ведь я должен знать всех родственников по фамилии, но вживую ее ни разу не видел. Слишком дальнее родство — она троюродная сестра моей двоюродной тети, с которой к тому же моя мама была в не слишком хороших отношениях, ни разу не приглашая к нам эту ветвь клана, встречаясь только на общих официальных мероприятиях. И странно, ведь насколько помню Анабель совсем недавно отправлялась на обучение в метрополию, ушла квант-переходом с заменой оболочки едва свой стек души обрела. Вернулась, получается.

— Самые низкие в рейтинге пегасы, — продолжала Стефа. — Четвертый отряд, у них ментор Милагрос Рибагорса. Технически лучший для нас противник в плане подготовки, но…

— Но мы в инкубаторе Кальдерон, который часть аквариума Рибагорса и ты думаешь, такого позора нам не простят?

— Да. Я изучила статистику пегасов с начала года — ни одного вызова, а присутствие в числе четверки победителей можно объяснить только договорняком двенадцати фамилий. Милагрос преодолела отборочный тур первой ступени, после второй закончит — за проход дальше будут соревноваться Хименес, Сангуэса и Веласкес. Сама Милагрос же получит достижение в личное дело и останется в аквариуме принадлежащем ее фамилии на одной из хороших должностей, обычная практика взаимных уступок. Если же мы ее сейчас выкинем, следующие три года нам будет невероятно сложно, ведь мы на территории ее фамилии.