Сергей Извольский – Авангард. Второй шанс (страница 23)

В субботу вечером Екатерина была как обычно молчалива и отстранена, но при этом выглядела бодрой и собранной. Вышли из дома мы сразу после полуночи, спокойно преодолели невысокий забор ограждения и взявшись за руки — Екатерина даже сама первая руку протянула, углубились в лес. На небе вместо Луны едва светился тонкий уходящий месяц, поэтому блуждать по лесу оказалось непросто даже с фонариками.

С некоторым трудом мы нашли первое подходящее дерево, подошли ближе — я при этом Екатерину за талию приобнял. Она вздрогнула едва ощутимо, но ничего не сказала. Постояла немного рядом с сосной собираясь с духом, потом сама приобняла меня левой рукой и положила ладонь правой на ствол.

И ничего.

— Чувствую себя идиоткой, — проговорила Екатерина, не размыкая объятий, но отвернув лицо в сторону от меня.

— Есть какие-то ощущения?

— Вообще ничего, — покачала головой Екатерина.

— Пойдем другое найдем.

— Пойдем, — отпрянула было она, но я ее перехватил. — Не вздумай.

— «Не вздумай» что?

— Отпускать меня.

Екатерина промолчала, а глаз я ее не увидел, она по-прежнему старалась на меня не смотреть. Один за другим, блуждая по ночному лесу, обошли остальные найденные мною подходящие под описания деревья. Стояли рядом, прикасались к соснам вместе и по отдельности, в один из кругов даже вместе пролезли и все так же ничего не происходило.

Время постепенно уже близилось к рассвету, небо начинало светлеть — скоро над нами полетят патрулирующие закрытую территорию дроны, отозванные на сегодняшнюю ночь, так что пора как-то или перемещаться в другой мир, или уходить в бунгало.

Направляясь уже в сторону отеля, на обратном пути мы прошли мимо последнего подходящего дерева — той самой первой сосны, у которой пробовали отправиться в иномирье в самом начале ночной прогулки. Вновь постояли рядом обнявшись, и опять ничего, никакого аномального отклика.

— Давай я одна попробую, — предложила вдруг Екатерина.

— Нет, не давай, — я ее даже за плечи взял на всякий случай.

— Почему?

— Потому что одну тебя я туда не отпущу.

— Там же безопасно.

— Теоретически безопасно.

Екатерина собралась было возразить — по глазам видно, но я положил ей руки на талию и чуть подтолкнул, так что она прислонилась спиной к изогнутому дереву. Теперь мы стояли вплотную, я хорошо чувствовал ее дыхание. Никак не комментируя мои действия, не пытаясь отстраниться Екатерина глубоко прерывисто вздохнула и закрыла глаза, а ее чувственные губы приоткрылись.

Сейчас не было никакого засвета или затемнения из другой реальности, так что крышу у нас всепоглощающим желанием притяжения не сносило как в прошлый раз, но тем не менее я ощутил, как легко дрожит гибкое тело девушки. Ее подборок чуть приподнялся, губы приоткрылись еще немного, и я очень аккуратно начал ее целовать, едва-едва касаясь и как будто поддразнивая. Екатерина — до этого момента стоявшая с опущенными вдоль тела руками, после некоторого замешательства осторожно ответила на поцелуй, а потом вдруг мягко прянула вперед, крепко обнимая меня и прижимаясь ставшим податливым телом. В этот же миг древесный круг ожил, заполнившись словно живым черным серебром — это не было белым сиянием, как в случаях с активными порталами света, это была ожившая тень.

Я вдруг увидел, как мои руки окружила дымчатая белесая дымка — признак прорыва реальности; в прошлый раз подобный эффект видел у Екатерины, но у нее дымка была серая, теневая. Сейчас же прорвавшееся из иного мира затемнение вызвало сияние света уже вокруг меня. Екатерина что-то почувствовала, распахнула глаза в удивлении и попробовала отстраниться, но мгновением позже нас вдруг в портал словно в воронку втянуло и резко выбросило в чужой мир, на выжженные земли Пандоры.

Довольно сильно нас потянуло, и довольно сильно выбросило — в момент удара в жесткую голую землю я подумал, что идея служить сопровождающим определенно имеет свои недостатки.

Глава 9

Как-то мне портальный переход в качестве сопровождающего совершенно не понравился. Ощущение, как будто действительно прилетел словно вырванный якорь — ударился в твердую пыльную землю так, что воздух из груди выбило. При этом Екатерина вполне нормально переместилась — вижу рядом ее сапожки на каблуках. Она и не падала как я, а границу пусть и не перешагнула самостоятельно, но как пушинка переместилась. Стоит сейчас спокойно рядом, вернее присела уже, спрашивает, как у меня дела, как самочувствие.

Приподнявшись сначала на локтях, с помощью Екатерины я с трудом поднялся на ноги, постепенно приходя в себя от сильного удара. Вздохнув наконец и продышавшись сипло, попробовал осмотреться. Сразу не получилось — из-за попавшей пыли глаза слезились, но постепенно проморгался и щурясь, начал различать окружающий пейзаж. Вокруг темнота, но не непроглядная — здесь, как и на Земле, небо светлеет в предрассветных сумерках.

Как только зрение более-менее вернулось, первым делом невольно бросил взгляд на левую руку. Я оказался в этом мире в уже привычной тактической одежде своего аватара из метаверса, но в дополнении ко всему на запястье у меня сейчас оказался массивный браслет-терминал, перемигивающийся зелеными огоньками. Коснулся пальцем экрана, где тут же появилось написанное зелеными пиксельными буквами сообщение, что для активации персонального процессора необходима синхронизация со стационарным терминалом системы CRUX.

Ясно, будем искать терминал. После перевел взгляд на Екатерину — доступ к метаверсу на Земле все еще отключен, так что одежду аватара она не поменяла и была в знакомом вызывающем черном наряде. Вновь посмотрел на изящные ботфорты на высоком каблуке, перчатки до локтей, бархатный корсет выразительно приподнимающий и округляющий небольшую грудь и кружевной ошейник-чокер на шее. Екатерина сейчас сама осматривалась вокруг по сторонам и развернулась, так что мелькнули перед глазами полностью голая спина, как только корсет держится, и обтянутые кожаными штанами ягодицы.

Портал выбросил нас в мертвую рощу — вокруг голые иссушенные стволы деревьев, таких же изгибающихся, как и в Танцующем лесу, самое ближайшее закручено в пустое кольцо портала. В предрассветных сумерках окружающий нас город детально не рассмотреть, темнеют лишь смутные очертания построек, стен и вышек в отдалении, а также перечеркивающие небо линии соединяющих здания подвесных мостов. На одной из вышек неподалеку загорелся яркий прожектор, следом включились еще несколько, освещая нас и почти всю немаленькую мертвую рощу.

На стенах и вдали, со стороны построек, раздались первые крики и шум суеты, сливающиеся в многоголосый людской гул. Еще немного и стало видно, что к нам бегут люди. Как одиночки, так и целые группы — за пару минут нас окружила целая толпа. Близко никто не подходил, останавливаясь на высвеченной прожекторами границе мертвой рощи, при этом окружая нас плотным кругом по периметру.

Многоголосый гул не смолкал, но гомонили все больше задние ряды, а те кто нас видел в большинстве своем замолкали — явно пораженные зрелищем. Смотрели конечно же на Екатерину, некоторые из собравшихся уже пускали слюни — причем буквально. Мы в свою очередь рассматривали местных жителей, ибо зрелище глазам открылось удивительное. В окружающей толпе собрались самые разные люди, но все до единого выглядели антуражно. Самый настоящий постапокалипсис — музей распада цивилизации.

Все сбежавшиеся на суету жители города выглядели по-разному, но по одежде их можно было разделить на несколько групп. Первая — «рабочие». Некоторые в совершенно новых желтых или оранжевых комбинезонах, а кто-то в грязных тяжелых робах, пропитанных маслом. Кроме них, в толпе заметно выделялись «рейдеры» в самодельной грубой броне. Самопальной даже — нагрудники и наплечники из покрышек или ржавой жести, лица у большинства скрыты повязками, респираторами или масками. Парад уродов настоящий — на одном из одежды были только тканевые обмотки на ногах, веревка на теле вместо пояса и портупеи, и строительная каска на голове. Зато в руках шипастая дубинка — бейсбольная бита, в навершии которой вбито немалое количество гвоздей.

На фоне разномастно одетых (или неодетых) рейдеров гораздо более прилично смотрелись «военные». Несколько десятков бойцов преимущественно в камуфляже, правда в форме номер восемь — что украли, то и носим. Эти подошли не сразу и группировались вокруг четвертой группы вполне прилично одетых «граждан», среди которых видны даже классические костюмы и белые лабораторные халаты, видимо чиновники и работники самых разных городских служб.

Ну и на контрасте с рабочими, военными, гражданами и даже рейдерами совсем невыгодно смотрелись многочисленные «бомжи» в лохмотьях, представляющие здесь большинство. Присмотревшись в свете прожекторов я понял, что почти все бомжи — это мутанты с изуродованными, словно оплавленными лицами и физическими отклонениями.

Еще над окружившей нас волнующейся и гомонящей на разных языках плотной толпой возвышалось несколько человекоподобных роботов с оружием в руках, глядя на нас подсвеченными красным сиянием полосками визоров. Массивные, ростом под три метра, на космодесантников похожи. Охранные роботы стояли в отдалении и явно выполняли функцию поддержания порядка, видимо инструменты того самого суперкомпьютера, о котором упоминал Громов.