Сергей Измайлов – Корпорация Vallen'ok (страница 32)

— Давай угадаю. Тебе пришлось отбиваться от хирурга, который хотел наложить гипс?

— Хуже! — Сато вскинул здоровую руку, будто давал клятву. — Мне делали рентген!

— Поздравляю, — Я поставил коробку на пол, стараясь не смотреть на вентиляционную решётку. Следы? Пыль? Чёрт, я же мог оставить отпечатки. А если они заглянут в вентиляционный короб, там по моим змеиным следам они сразу поймут, откуда проник «злоумышленник». С другой стороны, кроме скачка потребления энергии, больше ничего не случилось. Будем решать проблемы по мере их поступления. И самая насущная стоит передо мной. Ответил я правда следующее:

— Что ж, начнёшь светиться — сможешь экономить на электричестве.

— Вот тебе смешно, Джун, а они подозревали трещину в кости! — Сато упал на ящик, драматично закатив глаза. — Из-за коробки, Канэко-кун! Из-за обычной картонной коробки!

— Ужас, — Я машинально поправил воротник, пряча грязное пятно на шее. — Интересно, страховка покрывает травмы от картона?

Сато, не замечая иронии, продолжил, разматывая бинт:

— А потом, медсестра сказала, что возможно придется делать МРТ! Говорит, «а вдруг у вас скрытый перелом или иные повреждения?» — Он ткнул пальцем в невидимого оппонента, обыгрывая сцену в клинике — Я пытался убедить её, что моя жизнь не стоит потраченного электричества! Правда потом пришел врач, с минуту посмотрел на мой снимок и сказал, что с такой ерундой я только отвлекаю их от настоящих больных.

— Странно, — еле сдерживаясь от смеха, проговорил я, — и как он мог себе такое позволить?

— Вот именно, — согласился мой напарник, — Ты не поверишь, но ведь сначала меня и принимать не хотели. Видите ли их врач в приемной не увидел причины для обращения. Мне пришлось с полчаса рассказывать ему о своих жалобах, описать в красках ту катастрофу, что произошла со мной.

— И он проникся, — сказал я, скрывая улыбку на лице коробкой в руках, — и решил тебя госпитализировать?

— И снова ты не угадал. Сначала он откровенно задавал какие-то каверзные вопросы, причем часть из них касалось моего детства.

— Детства? Дорогой друг, а ты точно в больницу обратился? — я сдерживал смех изо всех сил, отчасти не желая оскорбить моего товарища, отчасти от желания дослушать эту историю до конца.

— Джун, естественно в больницу. Это филиал крупной токийской клиники, они то ли по какой-то договоренности принимают нас, то ли совместно работают над изучением чего-то, я не в курсе. — Сато как всегда рассказывал обо всем, что касалось темы разговора. — Только я впервые оказался внутри, и я до сих пор возмущен моим первым опытом.

— Ну плохой опыт тоже опыт, — ответил ему я, сам же в этот момент старался поскорее разобрать оставшийся «хлам». То, что помощник из Каору и до этого был так себе, а сейчас просто выполнял роль радио, я уже понял.

— Вот сейчас я считаю не самый лучший момент для цитирования очередных философских изречений, — немного обиженно сказал Сато, и снова как ни в чем не бывало, продолжил. — Так вот, он интересовался как проходило моё детство, не обижали ли меня ребенком, не было ли в молодости травм, в особенности головы.

Осознав, что больше я уже не выдержу, я побежал в сторону туалета, на ходу прохрипев:

— Я сейчас.

Ответ Сато я уже не слышал. Стоило мне буквально влететь в кабинет раздумий, я включил воду в раковине на полную, и заржал. Меня трясло несколько минут, прежде чем я смог успокоиться. Мне искренне жаль того доктора, которому карма подкинула такого пациента, как Сато. Хотя мне кажется, судя по вопросам, на которые Каору по любому отвечал с присущей ему серьезностью, врач вволю поглумился над ним. Успокоившись, я выдохнул, и вышел снова в общий зал. Надо найти в себе силы хотя бы дослушать всю эту душещипательную историю, чувствую, это еще не конец.

— Извините, Сато-кун, я вынужден был Вас покинуть по крайне важной причине, — проговорил я с максимально возможной для меня серьезностью. — Можете продолжать.

— Так вот, после сбора анамнеза, так кажется, называется у них этот допрос с пристрастием, он сказал, что, по-видимому, у меня гиперчувствительность, сформированная на подсознательном уровне еще в далеком детстве, — с задумчивым видом продолжал свой душещипательный рассказ Сато. — И что мне желательно после лечения моих физических травм обратиться в лечебное учреждение к врачу… Не помню, но он мне записал на бумажке, сейчас поищу. — Он всерьез начал рыскать по карманам здоровой рукой.

— Давайте это опустим, Сато-кун, — прервал я его поиски, — В любом случае сначала вы должны подлечить тело.

А уже только потом, как в классике русского кино — «И тебя вылечат, и меня вылечат». Готов биться об заклад, специализация рекомендованного лечащего врача будет касаться психиатрии. Хотел бы я посмотреть на глаза Сато, когда он впервые придет к врачевателю подобных недугов и увидит табличку на кабинете.

— Да, а потом он меня отправил к другим врачам. Но у меня возникло такое ощущение, что они не были заинтересованы меня лечить. Мне пришлось снова настоять на внимательном осмотре, им я снова перечислил весь свой список жалоб и истории болезней моей родни. Но и после этого мне пришлось настаивать на том, чтобы мне сказали правду — насколько тяжело мое ранение. Я искренне боялся, что мне сейчас скажут, что необходимо поскорее разобраться с делами.

— Вы хотели писать завещание? — приподнял я бровь, глядя на своего напарника. Я начал переживать, что немного перегнул палку с описанием возможных смертей от картонной коробки.

— Только после всего перечисленного, доктор соизволил открыть мою медкарту, пару минут внимательно изучал, а после позвал меня к себе. Он сказал мне, что переживать не о чем, все болезни сейчас лечатся, а мне действительно лучше сходить к тому врачу, что мне посоветовал первый, кто меня осматривал. Видимо действительно со мной что-то серьёзное, раз мне настойчиво его рекомендуют. Меня в свою очередь это не очень устроило, поймите меня правильно, — начал извиняться Сато, будто в моем лице он увидел всех докторов Японии, — мне не говорят, что со мной и отправляют от одного врача к другому. Ну я и вспылил!

— Хочешь сказать, что после всего перечисленного тобой ты еще и ругаться начал? — с недоумением уточнил я у него. — Мне кажется, это было несколько… излишне.

— Нет, — с твердостью в голосе отозвался Каору, — они же должны помогать людям, давали клятву этому, забыл.

— Асклепию, — улыбнулся я, ожидая взрыв негодования с его стороны на очередной подкол. Но я недооценил узкое образование этого ученого.

— Да, точно, Асклепию, надо запомнить, — согласился он со мной, чем вызвал очередную улыбку на моем лице. — А они меня футболят, да как им не стыдно?

Да уж, знакомо, в моем прежнем мире это было в принципе как само собой разумеющееся. Увидел бы мой напарник какие могут быть очереди к рядовому врачу, его бы коротнуло от прилива негодования.

— В итоге я вспылил, начал ругаться, так только после этого меня отвезли в перевязочную, как я понял, и только там очень внимательный сотрудник в медицинской форме и маске занялся мной. — сообщил он с довольным выражением лица.

— И что, простите, он с Вами делал? — из любопытства спросил я. Пришло на ум, что таких проблемных людей, качающих права, зачастую отучают от этого весьма оригинальным способом.

— Он мне сделал два укола, причем крайне болезненных. Но врач сказал, что это необходимые мне препараты для облегчения моих симптомов, — пожаловался он, — но я стойко вынес их.

Что-то подсказывает мне, что одним из уколов были витамины группы Б, крайне неприятные, но в целом полезные, его не обманули. Второе было видимо из той же оперы, всё-таки врачи следовали принципу «не навреди». Хотя за кипеш в больнице могли и с кружкой Эсмарха подкрасться. Так что он еще легко отделался.

— А после он мне замотал руку и ногу и отправил домой, но как я смогу уйти, оставив Вас здесь в одиночестве? — с достоинством произнес Сато, искренне веря, что своим присутствием он мне поможет больше чем руками.

На безрыбье и раком щуку, как говорится, во всяком случае будет хоть какой-то свидетель моей работы здесь.

— Как же с такими повязками Вы сюда добрались? — спросил я, потому что бинтов, наложенных на его две царапины, с головой бы хватило запеленать пару мумий его же размера.

— С трудом, мой дорогой друг. Хорошо, что местный охранник предложил подбросить меня на электрокаре, иначе я бы еще битый час хромал до склада. — признался он.

— Я так понимаю, что сегодня помочь ты мне сможешь только словом? И планы на вечер также переносятся? — решил я уточнить. У меня самого не было никакого желания участвовать в культурной программе моего нового знакомого. Я был крайне заинтригован, что в часах есть отдельное меню, и я умудрился их как-то обновить. Естественно, пока со мной этот «соглядатай», о возможности протестировать устройство здесь и сейчас не может быть и речи.

— Я право не знаю, что ответить, — смиренно произнес Сато. — Я так ждал вечера пятницы, чтобы отпраздновать твоё новое назначение, и наше знакомство, и вот эту выполненную задачу, всё разом.

— Ну, положим, поставленную цель мы еще не достигли, — строго сказал я, занимаясь сортировкой коробок в одно лицо.

Хотя, буду честным, дел тут было часа на полтора-два от силы. Опять же радовало, что Сато прекратил рассказывать свою до колик «грустную» историю похождений в клинике. Правда сил обижаться на него не было, он и мешать мне не стал, и настроение поднял, пусть и неосознанно, ну и ладно.