Сергей Иванов – Ольга Яковлева (страница 3)
– Можно, пожалуйста, нам пройти?
– Вам куда, дети? – спросил очень высокий мальчишка в форменном кителе и в очках. Под мышкой у него была книжка «Физика». – Здесь учатся старшие ребята. – Он говорил важно, как учительница.
– А у нас тут сестра учится!
– Как фамилия?
– Яковлева Оля!
Ольга от удивления рот раскрыла. А длинный дежурный сказал:
– Только имейте в виду: через семь минут звонок, – и пропустил.
– Ты чего всё время врёшь? – шёпотом спросила Ольга.
– Я же не просто так, – уверенно сказала Светлана. – Я же для дела.
Они стали пробираться по взрослому коридору. Здесь никто не ходил парами, как у них. Здоровые ребята сидели на подоконниках или стояли по нескольку человек. Один что-то рассказывал, а другие слушали. И потом вдруг: «Ха-ха-ха! Гы-гы-гы!» Такой хохот, что фрамуги вываливаются. А две большие девочки стояли посреди коридора и ели мороженое. В школе – мороженое! Вот что значит старшеклассницы!
Они с трудом и опаской обогнули двух почти усатых мальчишек, которые, подскакивая на одной ножке, играли в петушиный бой. Ольга подумала: «Если бы мы так! Сразу бы замечание!» И потом:
– Куда мы идём?
Строгим голосом она спросила об этом у Светланы. А та вдруг остановилась и сказала:
– Вот!
Они стояли у полуоткрытой двери какого-то кабинета для занятий старшеклассников. Ольга подняла голову и прочитала: «Кабинет естествознания». Светлана чуть пошире раскрыла дверь. Из кабинета на них пахнуло чем-то незнакомым, нешкольным, но очень приятным…
Обычно в школе чем пахнет? На первом этаже – буфетом, мастерскими. В коридорах, где классы, – всклокоченной пылью переменок, ярким солнцем. В самих классах – так уж всегда в начале года – в нос тебе лезет запах чистеньких парт и свежевыкрашенного пола.
А здесь пахло другим чем-то, совсем другим! Ольга вслед за Светланой просунула голову внутрь… Вот оно что! Пахло влажной землёй и множеством зелёных листьев, которых было здесь едва ли меньше, чем в лесу. И запах этот она, оказывается, хорошо знала. Так пахло в колхозной теплице этим летом. Только там воздух был нагретый, густой, а здесь – прохладный и лёгкий.
Дверь оказалась такая послушная! Открывалась и закрывалась безо всякого скрипа. Светлана и Ольга на цыпочках вошли в кабинет. Им показалось вначале, что никого, кроме них, тут нету. Но вдруг заметили!.. Испуганно замерли, схватив друг друга за руки. Смех разбирал ужасно. Вот уж правда: смех без причины…
Низко склонив голову над столом, сидел старик. Он писал. Прошла минута или две… Вы, наверное, замечали, что обычно пишущие то и дело подымают голову от своего листка, оглядываются по сторонам. Так они размышляют. Ольга и Светлана думали, что и сейчас то же будет. Поэтому они стояли и смотрели на старика, чтобы вовремя сказать ему: «Здравствуйте!» или ещё что-нибудь.
Но старик сидел и сидел согнувшись. А длинная его седая борода, наверное, ползла по бумаге вслед за ручкой…
Всякий, конечно, знает школьные кабинеты. Здесь стоят длинные чёрные столы в два ряда. Один ряд у стены, другой у окна. Стол учителя находится на некотором возвышении. Так всё было и здесь.
Непонятный старик сидел себе наверху и писал не отрываясь. А Светлана и Ольга, немного уже осмелев, стали на цыпочках ходить по кабинету – рассматривать диковинные вьюны, что свешивались со специальных полочек, прибитых у потолка, и необыкновенные кактусы величиною чуть ли не с человеческую голову! Они старались ступать очень тихо. Но половицы ведь не угадаешь. Нет-нет да и пискнет какая-нибудь. Словно мышь.
Но очень скоро они перестали бояться этого нечаянного писка. Потому что ничего не происходило. Они даже стали иногда перекидываться шёпотными словечками, показывая пальцем на какой-нибудь невиданно лопоухий цветок… И вдруг удивительный старик сказал:
– А теперь, дети, пора в свой класс!
Уже были они готовы вздрогнуть от неожиданности, испугаться и неизвестно что бы ещё сделать дальше. Но голос этот был так удивительно добр. И так знаком!.. Нет, здесь никак нельзя ошибиться! Это был голос Николая Литвинова из детских передач по радио. Кто же не слыхал «Золотой ключик», «Моя любимая книжка»? Он и просто рассказы читает для детей – в десять часов пять минут…
Конечно, это папа Карло, папа Карло, и больше никто!
Погоди! А лицо?.. В нём тоже было что-то ужасно знакомое. Светлана тянула Ольгу к двери. А Ольга не могла оторвать глаз от длинноволосого и седобородого старика. И вдруг старик улыбнулся ей. Но улыбки его почти не было заметно за бородой и усами, словно солнышка за лесом. Ольга скорее догадалась, что он улыбнулся.
Старик сказал:
– Ну, ступайте, ступайте. Пора…
Едва только вышли они в коридор, как загрохотал звонок. И опять их закрутил, понёс водоворот ученической спешки. Уже ничего не видя вокруг, они мигом промчались по взрослому этажу, мигом проскакали четыре пролёта до своего этажа. Обманутых дежурных у дверей уже не было. Те и сами, наверное, мчались сейчас по лестнице. Но только вверх, на какой-нибудь свой старшеклассный урок.
Едва Светлана и Ольга стали за парты, как наступила тишина, та самая тишина, когда класс, стоя, смотрит на свою учительницу, а учительница оглядывает свой класс. Так всегда бывает в начале каждого урока. Потом Наталья Викторовна говорит:
– Садитесь, ребята!..
После уроков почти все из их класса остаются на продлённый день. Ольга только обедает вместе с группой, а потом – домой. Не в том дело, что на продлёнке плохо. Там, может быть и хорошо. Но только устаёшь ведь, когда над тобой целый день будто барабан грохочет. И всё до малости ты должна делать по команде.
Вот пообедала Ольга, сказала «спасибо» воспитательнице Зое Васильевне. И пошла уже отдельно от ребят. Вдруг её сзади кто-то за блузку пошевелил… Светлана! Она тоже не участвует в продлёнке. Она даже и не обедает здесь. А вот взяла сама да и подождала. Что значит подруга!..
Пошли в класс, взяли Ольгин портфель… А в классе тихо, пусто. Класс от этого кажется большим. Сейчас все их ребята парами на прогулку отправились. А они двое хотят – в классе, хотят – во двор пойдут, хотят – где хотят!
– Пойдём куда-нибудь, – говорит Ольга.
– Сейчас… А я знаю, как того старика звать!
– Ну как?
Он учитель ботаники, Борис Платоныч.
Что такое «ботаника»? Какое-то странное, похожее слово…
Получалось как стихотворение. Но Ольга не стала рассказывать его Светлане – неудобно. Ведь они дружили всего один день.
– Ну пойдём куда-нибудь? – спросила Светлана.
– Пойдём… – Ольге тоже хотелось сказать что-нибудь необычное, вроде этой «ботаники». И что-то крутилось на языке…
Наконец она вдруг вспомнила – моргнула и загорелась в голове лампочка, которая была нужна. Ольга крикнула:
– А я знаю, где он висит!
– Кто висит?
– Старик этот, ботаники! Борис Платоныч!
– Ты что?! – захохотала Светлана. – Как он тебе висит? Он же тебе не бельё!
– А пойдём!.. И сама увидишь!
– Пойдём!
И вот они вылетают в коридор. Топают и хохочут, чуть не шлёпаются на бегу от смеха. И вдруг грозный голос:
– Девочки! Вы где находитесь?!
Хорошо, что они успели нырнуть за поворот. А то бы… Ведь ещё идут уроки. Может, у кого даже контрольная – какая-нибудь там геометрия… Ольга и Светлана тихо-тихо притаились в углу. Это же надо, что наделали! А если б…
Но грозный голос не погнался их искать. Тишина в школе. Окна по-летнему распахнуты. Слышно, как где-то в соседнем доме укачивают ребёнка: «Баю-баюшки-баю, не ложися на краю. Придёт серенький волчок, схватит Катю за бочок…» Вот какая здесь, оказывается, тишина!..
– Ну, туда пойдём или домой? – спрашивает Ольга шёпотом.
– Конечно, туда! Мы же больше шуметь не будем.
Тихо они поднялись на третий этаж. Идут по коридору, головы задраны кверху. Высоко на стене висят здесь портреты. Это – учёные… И вдруг их старик! Подпись внизу: «Д.И. Менделеев».
Конечно, они обе знали, что это совсем другой человек. Однако похож ужасно!
– Ну, висит? – шёпотом крикнула Ольга.