Сергей Исаев – У истоков американской истории. V. Квакерство, Уильям Пенн и основание колонии Пенсильвания. 1681-1701 (страница 13)
Статья 7-я – «Об оправдании» – связывает оправдание всецело и исключительно всё с тем же Божественным Светом. Во всех, кто этому Свету не сопротивляется, он производит «святое, чистое и духовное рождение», святость, праведность, чистоту и вообще всё то хорошее, что нравится и Богу, и людям. Смысл этого мистического рождения – ни больше ни меньше – в том, что «Иисус Христос создаётся (formed) в нас, и делает Своё дело в нас». В этом процессе Христос – «и дар и даритель (both the gift and the giver)». И таким мистическим «рождением» мы как оправданы, так и освящены.
8-я статья пытается объяснить, что такое совершенство: «В ком это чистое и святое рождение вполне совершилось» (как отличить таких счастливчиков от прочих – по-прежнему ни намёка), в тех тело смерти и греха распято и из них удалено; их сердца соединены между собой и подчинились правде, поэтому они более не подвержены никакому искушению и злу, они свободны от того, чтобы, нарушая закон Божий, совершать фактические грехи – «и в этом отношении совершенны». Но, с одной стороны, таким людям ещё есть куда в этом отношении расти («yet doth this perfections till admit of a growth»), а с другой – ещё остаётся некоторая возможность, что они ещё будут грешить, «если их ум не будет самым усердным и пристальным образом внимать Господу».
Баркли отвергает кальвинистское учение о Божьей благодати, которая любого – даже духовно мёртвого – человека способна превратить в святого. Однако если вчитаться в то, что он пишет о действии Внутреннего Света, то окажется, что в изображении квакера Внутренний Свет делает с квакером практически то же самое, что благодать с кальвинистом в изображении кальвиниста. Иногда Баркли, то ли увлёкшись, то ли забывшись, даже использует выражения «Внутренний Свет» и «благодать» как взаимозаменяемые. Но разница всё же есть: речь о ней идёт в тезисе 9 – «О стойкости, и о возможности отпадения от благодати». Отпадения случаются, «однако возможно достичь в этой жизни такого укрепления в вере и постоянства в ней, что от них уже не может быть полного отступничества».
Тезис 10-й – «О служении» – гласит: «Подлинный служитель Евангелия» готовится и ставится на служение всецело и исключительно «Внутренним Светом». «Внутренний Свет» определяет все аспекты служения: и кто из людей станут служителями, и где им служить, и когда им пора начинать служение. Не возбраняется принимать за своё служение доброхотные пожертвования (о регулярном жаловании речи нет). Никакого утверждения на такое служение какими бы то ни было людьми, а равно изучения какой-либо литературы не нужно. Напротив, учёные, утверждённые на служение людьми, но не имеющие «власти этого божественного дара… должны оцениваться только как обманщики, а не как подлинные служители евангелия». Богослужения «нам следует совершать не там и тогда, где и когда мы хотим, но где и когда мы к тому подвигаемы тайными вдохновениями (inspirations) его Духа в наших сердцах, что Бог слышит и принимает таковое» (тезис 11). Баркли критикует как обычай совершать литургии в заранее определённые дни и часы, так и стандартные формы литургии, и фиксированные тексты входящих в неё молитв: всё это, дескать, суеверия и «идолопоклонство в глазах Бога». Как должна выглядеть квакерская литургия, в статье о богослужении не сказано вообще ничего. Практика совместной молчаливой молитвы, иногда прерываемой восклицаниями тех, кому, как им показалось, нечто открыл Внутренний Свет, была выработана квакерами спонтанно.
Крещение «есть нечто чистое и духовное, а именно – крещение духа и огня». То крещение, которое Иоанн Предтеча совершил над Христом, было предписано лишь на некоторое время, а не навсегда. «Что касается крещения детей, то это всего лишь человеческая традиция, для которой во всём Писании нельзя найти ни предписания, ни примера» (тезис 12).
«Причастие тела и крови Христовых есть внутреннее и духовное». Баркли признаёт, что в церквях в литургии действительно использовался хлеб, но объясняет это слабостью верующих прошедших эпох. Ради подобных же слабостей совершались такие действия, как взаимное омовение ног или помазание больных миром. «Но, принимая во внимание, что всё это были не более чем тени лучших вещей, они исчезли, как только вещи эти обрели существование (substance)» (тезис 13).
Бог – единственный законный господин совести верующего. Поэтому недопустимо, чтобы светская власть осуществляла над нею какое бы то ни было насилие. «Поэтому все убийства, высылки, штрафы, заключение в тюрьмы и прочие подобные вещи, коими причиняют людям боль единственно из-за их исповедания веры или разницы в богослужении или мнении, проистекают от духа Каина, убийцы, и противны истине» (тезис 14).
Последний, 15-й тезис привожу полностью:
«Видя главную цель всякой религии в избавлении человека от духа и суеты этого мира и во введении его во внутреннее общение с Богом, перед Которым, если мы Его всегда боимся, то всегда и можем считать себя счастливыми; следовательно, всеми, кто ходит в таком страхе, должны быть отвергаемы и оставлены все суетные привычки и обычаи, как то: снимать шляпу перед человеком, поклоны и раболепные телодвижения и прочие приветствия такого рода, со всеми глупыми и суеверными формальностями, их сопровождающими; всё, что человек в состоянии вырождения изобрёл, дабы тешить свою гордыню в суете и славе этого мира; равно как любительские театральные постановки, фривольные развлечения, спортивные и карточные игры, придуманные для того, чтобы транжирить драгоценное время и отвлекать ум от мудрости Божьей в сердце, и от живого ощущения страха Божьего, и от того евангельского Духа, через который христиане получают закваску свою и который ведёт к трезвости (sobriety), серьёзности (gravity) и страху Божьему; в котором, как мы ожидаем, чувствуется Божье благословение, сопровождающее нас в тех действиях, в которые мы по необходимости вовлечены, дабы порадеть о поддержании существования внешнего человека».
В 1678 г. Баркли издал наиболее известное своё сочинение – «Апология истинно христианской божественности» (Apology for the True Christian Divinity). Книга и поныне пользуется авторитетом в квакерских кругах.
В «Апологии» Баркли уделяет преимущественное внимание тем пунктам, где его позиция резко отличается от кальвинистской. Текст выглядит как схоластический: Баркли ссылается на Писание, на разум и на Отцов Церкви. Его оригинальный вклад в квакерское учение, изложенный в «Апологии», состоит в утверждении, что «Внутренний Свет» – это не сугубо индивидуальный, а скорее «корпоративный» опыт. Как свечи прибавляют яркости основному светильнику, так Внутренний Свет, полученный каждым индивидом, увеличивает эффективность и яркость «накопленного совместными усилиями» (cumulative) Внутреннего Света.
Баркли отказывался дать такое – одно или единое – определение Внутреннего Света, которое могло бы претендовать на
Зато Баркли давал Внутреннему Свету многочисленные
Мы можем заметить, что такие определения опираются на эмпирику, то есть на аналогии с обыденными явлениями. Тем самым Барк-ли следует традиции
Баркли оговаривался, что Божественное Семя – Христос – живёт в людях лишь опосредованно, а не прямо. «Адамово потомство – падшее, выродившееся, мёртвое. Всё, что они воображают, постоянно направлено ко злу. Всё хорошее, что делает тот или иной человек, проистекает не от его природы, но от Божественного семени в нём»62. От такого представления, восходящего к Блаженному Августину, по существу, остаётся только один шаг до пуританской веры в первородный грех и в полную испорченность человеческой природы. Баркли, выросший в кальвинистской среде и отвергший кальвинизм сознательно, этого шага не делает. По мнению Баркли, неспособность человеческой природы продиктовать человеку хотя бы один шаг в верном направлении – это не свидетельство, будто человек проклят Богом. Всякий ныне живущий человек в такой неспособности своей природы даже вовсе не виноват, ведь не сам же этот человек придумал или выбрал для себя такое своё несовершенное устройство. К тому же Семя Божье