Сергей Исаев – У истоков американской истории. V. Квакерство, Уильям Пенн и основание колонии Пенсильвания. 1681-1701 (страница 12)
К концу XVII в. квакерская библиография насчитывала уже примерно 2500 названий.
Поведение квакеров – агрессивное только в одном аспекте, а именно в миссионерском, – провоцировало враждебность окружавшего их иноверного народа и репрессии со стороны гражданских и церковных властей. Никакая другая секта в послереформационное время не подвергалась таким масштабным преследованиям. Тюремному заключению, калечащим наказаниям и крупным штрафам подверглись 13 258 квакеров, погибли в тюрьме 360, подверглись высылке 21955. Разумеется, с квакерскими идеями боролись прежде всего кальвинисты, но включились в полемику и католики, и лютеране: составленная в 1725 г. библиография сочинений, направленных специально против квакерства – «Bibliotheca anti-Quakeriana» – насчитывала 1200 названий56.
XVII в. в Европе – это время Ньютона и Ф. Бэкона, Декарта и Паскаля, – грандиозного расцвета наук, который стал важной предпосылкой промышленной революции. Как квакеры относились к развитию интеллекта?
Сам У. Пенн был человеком высоко эрудированным, а среди сподвижников его и помощников были такие люди, как юный Джеймс Логан, впоследствии ставший учёным-ботаником европейского уровня. Ненависти к интеллекту, установки на опрощение, впоследствии характерной для Ж.-Ж. Руссо и Л. Н. Толстого, в них не было. Однако воспитание интеллектуальных качеств не было предметом первоочередной озабоченности квакеров. Высокий интеллект квакеры готовы были терпеть и использовать, но не культивировали.
Что верующему в жизни нужна элементарная грамотность, квакеры не сомневались никогда: она нужна и для чтения Библии, и для работы, и для пристойного досуга. Изучение квакерских текстов приводит к заключению: в своих рассуждениях на любые темы они всегда придерживались общепринятой логики. Они приходили к странным выводам не из-за каких-то логических сбоев (характерных, к примеру, для Cвидетелей Иеговы), а из-за странных посылок, заложенных в их рассуждения. Примеры таких странных посылок читателю уже известны: что Христос есть прежде всего (или даже только) Свет; единственное Крещение, какое нужно, уже совершил Иоанн Предтеча над Христом; истинный Бог не гневается; и тому подобное.
По-видимому, идеальным в глазах квакеров было такое образование, которое сочетало обучение грамоте с основами религиозно-этических знаний и навыками какого-либо ремесла. В 1695 г. Джон Беллерс (1654–1725) опубликовал книгу «Предложения относительно основания политехнического колледжа» (Proposals for Raising a College of Industry, of all useful Trades and Husbandry, with Profit for the Rich, a Plentiful Living for the Poor, and a Good Education for Youth. Which will be Advantage to the Government by the Increase of the People, and their Riches. London, 1695). Годом позже она была переиздана, и в 1697 г. группа из 45 чел. во главе с Пенном подписала краткое «Письмо к Друзьям», которое содержало призыв организовать по подписке сбор денег на основание такой школы. Беллерс подчёркивал, что такая школа нужна главным образом вследствие того обстоятельства, что большинство квакерских семей не в состоянии нанимать домашних учителей. Он был уверен, что если за организацию школы возьмутся люди верующие, то будет обеспечено и религиозное обучение. Отклики были весьма благоприятные, особенно в Лондоне и окрестностях.
Когда к XVIII в. квакеры пришли к убеждению, что каждый квакер обязан сверять свой опыт обретения «внутреннего света» с чужим, в квакерской среде стало культивироваться писание дневников. Они тщательно сохранялись, и в наше время исследователь квакерства может получить доступ к ним в количестве неимоверном. Типичная ежедневная запись в таком дневнике строится по схеме: я молился такой-то молитвой, читал такое-то место Писания, участвовал в молитвенном собрании с такими-то людьми, которые показались мне очень благочестивыми; и благодаря этому я понял то-то и то-то. То есть: добрые и правильные внешние обстоятельства во мне, замечательном и добром, порождают такие мысли, которые просто не могут не быть правильными и ценными. На самом же деле это нередко выводы, которые никак
У квакеров второго поколения всё-таки появилось стремление к тому, чтобы представить квакерские взгляды в систематической форме. Более всего этим занимался Роберт Баркли (Barklay, Robert, 1648–1690), ведущий квакер Шотландии, состоявший в дальнем родстве с королевской династией Стюартов, а также Джордж Уайтхед (Whitehead, George, ок. 1636 – 1723). Первая жена Джорджа Уайтхэда – Энн Даунер Уайтхэд (Whitehead, Ann Downer, 1624–1686) – была едва ли не первой женщиной-проповедницей у квакеров и, во всяком случае, одной из самых заметных квакерш Лондона.
Баркли родился в Эдинбурге в 1648 г. и получил начальное богословское образование в строго кальвинистском учебном заведении «Шотландский теологический колледж» (Scots Theological College). Однако, обратившись в квакерство, он учился в Париже под руководством римско-католических наставников-схоластов, причём функции тьютора там выполнял его родной дядя. Завершил своё систематическое образование Баркли вновь в Шотландии, в Абердинском университете.
Баркли известен как автор двух текстов, содержащих квакерское вероучение в наиболее систематизированном виде. Это весьма краткие «Теологические тезисы» (1675)58 и более обстоятельная «Апология» (1678)59.
«Теологические тезисы» Роберта Баркли (1675) – это 15 «тезисов», которые называются «предложениями» (propositions). Тема каждого формулируется стандартно: «Касательно того-то» (concerning…).
Тезис 1-й гласит: «Высшая степень всякого счастья состоит в истинном знании Бога». – Как это знание возможно? – «Свидетельство Духа является тем единственным, через что было, есть и может быть открыто подлинное знание Бога». Тезис 2: Бог одним и тем же Духом как создал и упорядочил мир, так и открыл Себя через сынов человеческих – патриархов, пророков и апостолов.
Откровения от Духа о Боге – через слышимые голоса, видения, сны или (что особенно замечательно!) «внутренние объективные проявления в сердце» (inward objective manifestations in the heart) и во времена более ранние – то есть до появления квакерства – составляли содержание веры (the formal object of their faith). Это же содержание остаётся у правильной веры и теперь: ведь она, эта вера, у подлинных святых во все века одна и та же. «Более того, эти божественные внутренние откровения, которые мы считаем абсолютно необходимыми для созидания подлинной веры, не противоречат и не могут противоречить ни внешнему свидетельству Писаний, ни правильному и здравому разуму. Однако из этого не следует, будто эти божественные откровения подлежат критическому исследованию (examination), будь то с точки зрения внешнего свидетельства Писаний или же с точки зрения естественного разума человека, как более благородных или надёжных правил или пробного камня; ибо это божественное откровение и внутреннее озарение (inward illumination) есть то, чтó само по себе очевидно и ясно, принуждая, своей собственной очевидностью и ясностью, благорасположенное человеческое понимание согласиться с собой и тем самым принять себя без сопротивления, так же, как общие принципы естественных истин побуждают и склоняют ум к естественному с собою согласию: как например что целое больше части, что два взаимно противоречащих суждения не могут быть ни оба истинными, ни оба ложными» (тезис 2).
Библия, по убеждению Баркли, представляет собой именно такие записанные откровения Духа Божия, – откровения, адресованные, когда они давались, святым. Следовательно, Библия – собственно не источник истины, а лишь высказывания, проистекающие из такового источника (only a declaration of the fountain, and not the fountain itself). Поэтому Библию следует ценить только как
Тезис 6-й – «О человеке в состоянии падения» – описывает человеческую греховность в самых хлёстких выражениях, какие можно было услышать от кальвинистских проповедников. Однако главным проявлением греховности названа не злая похоть, а толстокожесть: то, что человек «выродился, мёртв и лишён того ощущения или чувства внутреннего свидетельства, или семени Божьего». В человеке прорастает семя змия. Не только слова его и дела, но и всё то, что он воображает, всегда зло в глазах Бога. «Таким образом, человек, покуда он в этом состоянии, ничего не может понять правильно». А в этом состоянии человек пребывает, «пока он не отъединится (disjoined) от этого злого семени и не соединится с Божественным Светом (the Divine Light)». Никаких намёков на то, как может выглядеть такая чудесная перемена – будь то в восприятии того человека, с которым она происходит, или в восприятии окружающих его, в тексте нет. По-видимому, Божественный Свет «говорит» сам за себя…