Сергей Хардин – Фантастика 2025-149 (страница 358)

Очень серьёзно не так.

— С тобой всё в порядке? — спросил я уже с неподдельным человеческим беспокойством в голосе. — Ты как-то неважно выглядишь, если честно. Бледная вся, как смерть, и тебя изрядно шатает из стороны в сторону.

— Да так, ничего страшного, голова что-то внезапно закружилась, сейчас пройдёт, обычное дело, — едва слышно пробормотала она, устало потирая лоб кончиками пальцев. Двое рослых охранников тут же подступили к Сияне с обеих сторон, бережно поддерживая под локти, чтобы она не упала.

Видок у неё был, прямо скажем, не ахти. Как будто она не спала неделю и всё это время разгружала вагоны с цементом.

Что-то не припоминаю, чтобы за ней раньше водилась такая физическая слабость или склонность к головокружениям. Я мельком, стараясь не привлекать лишнего внимания, глянул на Ножа и едва заметным кивком подозвал его поближе. Сияна, извинившись прерывающимся голосом, отошла на пару шагов в сторону, чтобы сделать несколько судорожных глотков воды из небольшой фляжки, которую ей тут же услужливо подал один из охранников, а я тем временем решил быстро посовещаться со своим главным экспертом по безопасности. И, как оказалось, не только по безопасности.

— Тут дело нечисто, старик, — понизив голос до шёпота, сказал я Ножу, когда тот подошёл. — Сияна явно нездорова, это видно невооружённым глазом. Путается в мыслях, её откровенно трясёт, на ногах еле стоит, как будто только что с карусели слезла. Какая-то непонятная хрень с ней происходит, и мне это очень не нравится.

— А какие мысли у тебя самого на этот счёт, шеф? — Нож вопросительно и с живым интересом поднял свою густую бровь.

— Даже не знаю… Может, отрава какая-то хитрая замедленного действия, что-то психотропное? — предположил я первое, что пришло в голову. — Слушай, можешь её осмотреть? Ну, так, по-тихому, ненавязчиво. Глянь, нет ли каких-нибудь характерных симптомов чего-нибудь такого, что ты… э-э… Ну, ты меня понял, с чем тебе, возможно, приходилось сталкиваться по старой, так сказать, работе.

Нож скривился так, как будто только что проглотил целый лимон вместе с кожурой.

— Шеф, не хотелось бы мне это говорить в такой деликатный момент, но если её реально кто-то планомерно травит, то нам по-хорошему, с точки зрения чистой прагматики, надо бы просто… немного подождать. И все наши текущие проблемы с Шилово решатся сами собой тихо и естественным путем…

Его циничное и, надо признать, весьма соблазнительное предложение тут же оборвалось на полуслове, когда я метнул на него такой испепеляющий взгляд, что он аж поперхнулся и закашлялся.

— Я просто предлагаю рассмотреть все возможные варианты, шеф, все доступные нам опции, — быстро пробормотал он себе под нос, явно стушевавшись, и нехотя направился к Сияне.

Один из её дюжих охранников тут же попытался его перехватить, решительно преградив дорогу своим мощным телом, но Нож, сама любезность и обаяние, что-то быстро и убедительно шепнул мужику на ухо, и тот после секундного колебания всё же несколько расслабился и неохотно пропустил его к своей повелительнице.

Бедняжка уже сидела прямо на холодной земле вся мокрая от обильного пота и смотрела перед собой совершенно отсутствующим стеклянным взглядом, находясь почти в полной прострации.

Но что больше всего меня настораживало и даже пугало, это совершенно спокойная, почти равнодушная реакция её личной охраны. Они не выглядели испуганными или хотя бы удивлёнными её состоянием. Вели себя так, будто для них это совершенно обычное дело, повседневная рутина. Вот это уже было совсем хреново и наводило на очень нехорошие мысли.

Ледяной холодок неприятного предчувствия начал медленно подбираться к моему сердцу, сжимая его в тиски.

Нож тем временем быстро и профессионально осмотрел расширенные зрачки женщины, потом внимательно изучил дрожащие кончики пальцев. Если её действительно планомерно травили какой-то дрянью, которая постепенно разрушала разум и волю, то это поддельное письмо никакая не случайность и не глупая шутка.

Это прямое и неопровержимое доказательство того, что кто-то неизвестный целенаправленно и очень умело пытается посеять между нами рознь, спровоцировать серьёзный конфликт и, возможно, даже полномасштабную войну. И тут у меня в голове вполне закономерно всплыло зловещее название. Серебряные Шуты!

Только эти неуловимые и коварные ублюдки могли стоять за такой сложной и многоходовой интригой.

— Ага, это стопудово яд, — наконец подтвердил Нож мои худшие опасения, поднимая на меня свой проницательный взгляд. Его лицо стало необычно серьёзным и сосредоточенным. — Судя по всему, это «лисья отрава», если я не ошибаюсь в характерных симптомах. Редкая и очень пакостная штука.

Что ещё за «лисья отрава»? Звучит как-то совсем не оптимистично.

При этих словах среди солдат Сияны пронёсся приглушённый, но отчётливый вздох, больше похожий на испуганное шипение. Они все как один испуганно переглянулись между собой, и на их лицах отразился неподдельный ужас. Похоже, название этой дряни было им хорошо знакомо, и ассоциации оно вызывало далеко не самые приятные.

— Смертельно? — коротко спросил я, решительно подходя к Сияне.

Она, кажется, начала немного приходить в себя после внезапного приступа и уже предпринимала слабую попытку подняться на ноги. Нож однако мягко, но настойчиво усадил её обратно на землю.

— Обычно нет, не сразу, — ответил Нож, продолжая внимательно осматривать женщину, которая смотрела на него с плохо скрываемым страхом. — Но вот если принимать эту гадость ежедневно даже в очень небольших дозах, то со временем могут начаться всякие крайне неприятные и необратимые проблемы со здоровьем: стойкая бессонница, постоянные приступы головокружения, тошнота, резкое ухудшение зрения. А мозги… Мозги постепенно становятся мутными, как кисель, человек делается невероятно раздражительным, подозрительным по любому поводу, ему везде начинают мерещиться враги и коварные заговоры. Мы раньше… То есть я знаю некоторых, так сказать, специалистов, которые в своё время частенько подсовывали эту дрянь всяким слишком зарвавшимся королям и чересчур амбициозным князькам, чтобы спровоцировать очередную войнушку-другую между соседями. Есть один верный отличительный признак: ногти. Они начинают приобретать характерный зеленоватый оттенок через несколько дней регулярного приема этой отравы'. Он многозначительно посмотрел на кончики пальцев Сияны, которые она судорожно сжимала.

— Ты сказал, «ежедневная доза»? — переспросил я, и у меня внутри всё похолодело от страшной догадки.

Нож серьёзно кивнул и перевёл свой тяжёлый взгляд на капитана личной охраны Сияны. Взгляд у моего спеца был жёсткий и холодный, не предвещающий ничего хорошего для потенциальных виновников.

— Так, капитан, — властным, не терпящим возражений голосом произнёс он. — Быстро собрал мне сюда ваших местного аптекаря, главного повара и того кренделя, что постоянно таскает для неё флягу с водой. И вообще всех подряд, кто хотя бы косо смотрел на её еду или питьё за последние сутки. Похоже, уважаемая леди, у вас тут в ближайшем окружении завёлся очень опасный крот, и мы его сейчас будем очень аккуратно, но решительно ловить.

Следующие два часа пролетели как в каком-то мутном сне. Когда до стражников дошло, что их Избранницу, мать её, травят самым натуральным ядом, они вроде бы поняли, что поведение их босса действительно стало ненормальным.

Они отнеслись к словам Ножа очень серьёзно и просто с цепи сорвались. Начался такой шмон, что только держись: паковали всех подряд, на кого Нож только пальцем успевал ткнуть.

Сияна к тому времени уже немного пришла в себя и даже смогла проблеять, что, мол, ничего страшного, просто простудилась, надо отлежаться, однако и запретить расследование не смогла или не захотела.

Типа если ты так думаешь, то копай где хочешь и как хочешь, лишь бы результат был. Я, конечно, этому кадру определённые рамки-то обрисовал, а то прекрасно знал, что для Ножа вся наша этика — понятие чисто академическое из разряда сферического коня в вакууме. Интересно, конечно, но к реальной жизни отношения не имеет.

Пока там шёл весь кипиш с розысками крайних, мы с Сияной сидели и пытались восстановить хронологию событий, как вообще наши, так сказать, два уважаемых лагеря докатились до такого состояния, что чуть друг другу глотки не перегрызли.

Оказалось, «вертолёты» она начала ловить не меньше месяца назад. Её личный лекарь, местный эскулап, авторитетно заявил, что это, мол, фигня, обычная аллергия на какую-то весеннюю пыльцу. И она ему, представьте себе, поверила! А что такого, бывает.

Но по ходу болезни её, видимо, начало плющить и колбасить не по-детски, и Сияна всерьёз запарилась, что я тут слишком уж близко к её Шилово ошиваюсь. Городишко-то после зимы находился, прямо скажем, не в лучшей форме, ослаб порядком, а тут ещё до неё дошли слухи про мой недавний гешефт с ресурсами. Ну и перемкнуло бабу окончательно, решила, что я на неё наехать собираюсь. Недолго думая, она замутила пару шпионских вылазок против Разино, чтобы подмять его под себя, сделать своим вассалом. Ну, типа филиалом, чтобы всё под контролем держать.

По её хитрому плану это бы позволило ей держать меня на коротком поводке, типа как под колпаком у Мюллера.