Сергей Гуриев – Диктаторы обмана: новое лицо тирании в XXI веке (страница 57)

Во-вторых, даже когда западные правительства и организации руководствовались самыми лучшими побуждениями, они зачастую действовали непродуманно. В этом случае они оказывались легкой добычей для недобросовестных диктаторов. НАТО и ЕС изначально были западными объединениями стран-единомышленников, принимавшими решения методом консенсуса; их структуры не предусматривали механизмов наказания тех государств-членов, которые злоупотребляли правилами, особенно если формально правила соблюдались. Западные многосторонние организации основывались на общих ценностях и взаимном доверии и не обладали инструментами, чтобы сдерживать или применять санкции к тем, кто вел себя недостойно.

Вместе с тем западные лидеры не смогли предсказать, как интеграция скажется на обществах их стран. Они думали, что автократии и бывшие автократии можно будет ассимилировать в глобальную экономику без отрицательных эффектов для самого Запада. Но интеграция – процесс двусторонний. Торговля с Китаем после его вступления в ВТО в 2001 году принесла существенные выгоды и Китаю, и Западу в целом. Но от конкуренции с китайскими производителями пострадали отдельные работники и целые отрасли; западные лидеры оказались не способны справиться с этим вызовом. Не смогли они предугадать и то, что восточная коррупция проникнет в западный мир. Они облегчали свободу передвижения капитала, снижали зарегулированность бизнеса и снимали торговые барьеры в отношениях с бывшими врагами; но западные правительства почти ничего не делали для защиты своих обществ. Внутри внешне реформированных институтов бывших автократий сохранились старые структуры, которые смогли быстро договориться со своими западными «партнерами». Расширение открытости должно было сопровождаться генеральной уборкой у себя дома, чтобы освободиться от всех, кто эксплуатирует банковскую тайну, льготные налоговые режимы, сети для сбора информации и прибегает к услугам организованной преступности. Но этого не произошло – или, по крайней мере, не сразу и не в достаточном объеме. Интеграция между странами сделала Восток больше похожим на Запад. Впрочем, она сделала и Запад более похожим на Восток.

Из этого опыта необходимо извлечь уроки на будущее. Ни сдерживание, ни общее развитие и интеграция, опробованные в прошлом, не отвечают новым вызовам в полной мере. Элементы военного сдерживания нужны по-прежнему как средство от оппортунистической агрессии на границах России и Китая. Но с учетом гигантского населения Китая, его технологической мощи и размера ВВП, превосходящего американский, Запад не может сдерживать эту страну бесконечно. В среднесрочной перспективе не существует альтернативы интеграции Китая и других соперников Запада – и это нормально, потому что модернизационный коктейль работает, хотим мы этого или нет.

Но подход Запада к интеграции недемократических режимов должен стать более продуманным.

На что это может быть похоже? С нашей точки зрения, интеграция должна осуществляться на принципах сдерживающего взаимодействия. Запад не должен отказываться от контактов. Но не следует и ждать, что интеграция автоматически лишит диктаторов влияния и склонит их к сотрудничеству. Скорее Запад должен пользоваться функциональными связями стран как рычагом, чтобы защищать свои интересы и подталкивать диктаторов к свободному правлению. Проблема в том, что диктаторы тоже не будут сидеть сложа руки. Они постараются воспользоваться взаимозависимостями для продвижения собственных интересов и ослабления демократии. Западные лидеры должны научиться обыгрывать их в этой игре.

Есть эксперты, которые считают, что правильнее было бы просто разорвать связи с автократиями. Они выступают за защиту рынков, резкое ограничение иммиграции и сосредоточение на внутриполитической повестке. Но на самом деле изоляция невозможна. Так или иначе в ближайшие десятилетия взаимопроникновение будет усиливаться. Даже если затормозится экономическая глобализация, технологический прогресс, экологические угрозы и смертоносные патогены не признают границ. Запад может либо выступать лидером актуальной мировой повестки, либо уступить глобальное лидерство другим.

Как сделать политику сдерживающего взаимодействия эффективной? Иметь дело с диктаторами трудно, и наш рецепт, конечно, не идеален. Но если исходить из того, что мы знаем о диктатурах страха и диктатурах обмана, можно выделить несколько принципов, которые помогут определиться с выбором стратегии.

Принцип первый – бдительность. В последние 30 лет диктаторы обмана ускользали от внимания Запада благодаря своей способности имитировать демократию. Запад слишком медленно разбирался в их уловках и слишком долго доверял автократам, заверявшим, что они твердо встали на путь свободного правления. Западные страны должны активнее выявлять многочисленные связи – часто неочевидные, – которыми они соединены с миром авторитарных правителей. Как мы видели, диктаторы отмывают деньги, крадут промышленные секреты, подкупают политиков, взламывают государственные компьютерные сети и распространяют пропаганду в социальных сетях на Западе. Конечно, власти демократических стран пытаются обнаруживать и пресекать подобные действия. Но регулярные скандалы говорят о явной недостаточности их усилий.

Поэтому в процессе взаимодействия с диктатурами важно сохранять бдительность. Для этого потребуется инвестировать больше средств и сил в финансовый мониторинг, контрразведку и кибербезопасность82. Необходимо также обмениваться информацией и координировать действия как на межведомственном уровне, так и между странами-союзниками. Чтобы мониторинг был эффективным, он должен быть не слишком обременяющим. Есть две опасности: реакция Запада на политические угрозы может оказаться как слишком слабой, так и слишком сильной. Многочисленные требования к отчетности не исполняются, потому что перегружают госслужащих обременительной бумажной работой. Необходимо создать простые в использовании и высокопроизводительные системы сбора данных, при этом гарантирующие конфиденциальность.

Критически важны гибкие механизмы расследований действий диктаторов. В этой работе западные правительства должны сотрудничать с негосударственными игроками. Такие группы, как «Bellingcat» и «ICRJ», показали, сколько информации можно извлечь из открытых источников и утечек. Краудсорсинг и машинное обучение позволят Западу углубить понимание текущих мировых событий. Следует привлекать к решению этих задач передовые технологические компании, вне зависимости от их размера. У западных правительств и технологических корпораций общая цель – сохранить и упрочить либеральную демократию. Но до сих пор они редко сотрудничали в этой области. Им нужно забыть о разногласиях и стать партнерами, чтобы направить против диктатур технологический потенциал Кремниевой долины.

Второй принцип – приветствовать модернизацию во всех политических системах. Экономическое и социальное развитие остается нашей главной надеждой на трансформацию автократий – сначала в менее репрессивные режимы, а в конечном итоге в настоящую демократию. Глобальная интеграция – при правильном управлении процессом – захватывает диктаторов в сети внешних отношений и стимулов. Экономические санкции бывают необходимы, но по указанным выше причинам они должны быть целевыми и узкими, направленными на конкретных людей и компании. Они не должны препятствовать модернизации или изолировать целые страны от мировых рынков.

Конечно, действие коктейля растягивается во времени и проявляется неравномерно. Нас не всегда будет радовать поведение модернизирующихся диктатур. Интеграция Китая в глобальную торговлю совпала с его растущим стремлением самоутвердиться. В тот период даже звучали сомнения в разумности принятия Китая в ВТО83. Но если развивающийся Китай воспринимается как проблема, то Китай, ограниченный в возможностях развития, стал бы еще большей проблемой. У диктатора, не способного удовлетворить потребности населения с помощью экспорта и роста, больше причин использовать насилие и во внутренней, и во внешней политике – как и продемонстрировал Владимир Путин в 2022 году.

Третий принцип – навести порядок в собственном доме. Диктатуры обмана эксплуатируют имеющиеся слабые стороны демократий и пытаются создать новые трудности. Поэтому главное средство обороны – повышение сопротивляемости. В экономическом плане это означает анализ цепочек поставок и торговых отношений, выявляющий зарождающиеся монополии и проблемные зоны, которые могут со временем превратиться в инструмент давления со стороны автократий. Антимонопольное регулирование должно быстро и внимательно реагировать на мировую политическую и рыночную конъюнктуру. Невзирая на расходы, Западу необходимо создать резервные мощности в инфраструктуре и обеспечить функционирование нескольких конкурирующих компаний в стратегических секторах, даже если они являются естественными монополиями. От бизнеса потребуется готовность к сотрудничеству.

Для победы над диктатурами надо перестать их поддерживать. Без армии западных юристов, лоббистов и прочих профессиональных посредников автократам сложнее использовать Запад в своих интересах. Против пособников автократов нужны комплексные меры. Должны появиться сложные алгоритмы, которые бы отличали коррупционный обмен, укрепляющий влияние диктаторов, от полезных контактов, продвигающих диктатуры обмана к демократии. При этом западная инфраструктура коррупции может и должна быть уничтожена. Следует запретить анонимные компании-«оболочки» – и на уровне стран (законодательно), и на глобальном уровне (конвенцией ООН). Западные демократии должны придать себе достаточные полномочия для преследования лиц, совершивших коррупционные преступления за границей (с помощью законов, подобных Закону США о противодействии коррупции за рубежом и Конвенции ОЭСР о борьбе с дачей взяток), и более энергично применять их на практике84. Нужно поднять вознаграждение для информаторов, сообщающих о случаях крупного банковского мошенничества, и расширить экстерриториальное действие законов о борьбе с мошенничеством.