Сергей Гришин – Путешествие туда и сюда Часть 2. На дне. Оптимистический постапокалипсис. История третья. (страница 3)

4

Из открытых дверей прошла волна, несильная, но вполне ощутимая. Качнувшись, то ли от неё, то ли в знак согласия, усач первым вплыл в следующее помещение. Кирстен взяла меня за руку, ободряюще улыбнулась и потянула за собой.

Эта комната оказалась почти квадратной, каждая стенка длиной около двадцати метров. А ещё здесь было гораздо темнее, так что фигура в дальнем конце прорисовывалась нечётко. Единственное, что было видно, так это бороду, элементы которой расползлись во все стороны на изрядное расстояние. Белёсые жгуты потянулись в нашу сторону, но совсем немного не дотянулись.

Кирстен радостно пискнула и, отпустив мою руку, кинулась вперёд. Борода тут же облепила её со всех сторон, но девушке это, похоже, не причиняло беспокойства. Более того, русалка выглядела довольной, даже поёживалась от удовольствия. И между ней и обладателем бороды явно происходила беседа. Я ощущал неясные звуки где-то на грани, а то и за гранью возможностей человеческого слуха.

Не успел я заскучать, как из недр бороды возник довольно сильный поток, и, словно подчинившись ему, стражи, включая усача, покинули помещение. Кирстен повернулась в мою сторону и поманила пальцем. Осторожно, стараясь не касаться элементов бороды, – мало ли, вдруг она ядовитая, как жгутики медуз – я приблизился.

И тут же оказался внутри плотно сплетённого кокона. Вместе с Кирстен.

– Ильт, – сказала она. – Ду кан трёкке вейрет. 9

Я пожал плечами. Ничего не понял. Но мне почему-то показалось, что она хочет, чтобы я снял маску.

– Можно дышать, – повторила она по-русски.

Челюсть моя отвисла, а вместе с ней почему-то голова освободилась и от капюшона. Я облизнул губы и спросил:

– Ты знаешь мой язык?

Русалка звонко рассмеялась. Одновременно я услышал и другой смех. Странный. Будто волны перекатывают камни по берегу.

– Язык не нужен, – произнёс низкий мужской голос. – Мы разумные существа, поэтому общение – не проблема.

– Да? – изумился я.

– Тебя удивляет, что мы разумные? – посмотрела на меня Кирстен. Я заметил некоторую рассинхронизацию между словами и движением губ.

– За тебя кто-то говорит? – предположил я. – У вас тут где-то переводчик спрятался?

Снова смех. Два смеха.

– Ты же понимал меня там, на берегу? – спросила Кирстен.

– Вообще-то нет, – возразил я. Но потом добавил: – Точнее, слова не понимал. А вот смысл, как мне кажется, уловил.

– Кирстен Унн только учится могуществу, – пояснил голос покровительственно. – Она ещё маленькая.

– Папа! – надулась русалка.

Ага. Папа. Значит, я снова умудрился познакомиться с дочкой водяного царя. Морского, на этот раз. Что ж, хозяина опознали. Пора проявить вежливость.

– Здравствуйте, – произнёс я. – Разрешите представиться. Иван. Царевич.

– Эгир, – словно шум прибоя прокатилось в моей голове.

– Морской царь? – на всякий случай уточнил я.

– Я и есть море, – слова обрушились тяжёлой волной, и я предпочёл не перечить. В конце концов, каждый царь имеет право на манию величия.

– Папа, Иван хотел увидеть архив, – вступила в разговор Кирстен. – Он ищет маму, и думает, что найдёт там подсказку. Так ведь?

Я кивнул.

– А зачем нам ему помогать? – спросил Эгир. – Свалился неизвестно откуда, сразу в архив наш хочет попасть. А может он вор?

– Да ладно тебе, пап, – взмахнула рукой Кирстен. – Что он там может украсть? К тому же, как не помочь этому симпатяжке?

Я скромно потупился. Последовала довольно длительная пауза. Потом морской царь тихо усмехнулся и произнёс:

– Хорошо. Проводи его. Только пусть ничего не выносит.

– Спасибо, – поблагодарил я, но Эгир в ответ предупредил:

– Только помни, что ничего не бывает просто так.

Я напрягся и поспешил спросить:

– Что я должен сделать в ответ?

– Ничего особенного, – пожала плечами Кирстен. – Просто выполнишь мою маленькую просьбу.

– Какую? – уточнил я, но вместо ответа холодный пальчик прижался к моим губам.

– Сейчас надень свою маску. Папа нас отпустит, и снова вокруг будет вода.

5

И снова была вода. После радушных объятий русалкиного папаши мы проследовали ничем не примечательными коридорами на третий этаж того же здания. Лестница, правда, была довольно интересной, с коваными завитушками перил и ковровой дорожкой из мохнатых то ли водорослей, то ли какого-то подводного мха. Наступать на неё, слава Эгиру, не требовалось.

Потом Кирстен остановилась около странной, не похожей на другие, двери. Остальные были радушно распахнуты. Эта же оказалась плотно закрытой.

Русалка приложила ладонь к стенке рядом, и створки разъехались в стороны. Следующее за ними помещение вполне могло вызвать у кого-нибудь со слабыми нервами приступ клаустрофобии – всего лишь куб со стороной около двух метров.

Мы вплыли внутрь, и двери сомкнулись за нашими спинами. Но не успел я занервничать, как вода забурлила и стала спадать. Через минуту лишь редкие капли напоминали о том, что мы всё ещё находимся на дне моря. Потом стена впереди совершила тот же фокус, что и двери, и я попытался издать свист. Потом сообразил, что уже можно снять маску, и всё-таки присвистнул.

Прямо от входа и куда-то далеко в полумрак тянулись ряды стеллажей с книгами разных размеров и с разнообразными обложками. Такого богатства я не видел ни в одном из царств известного мне нижнего мира. Впрочем, в верхнем бумажных книг я тоже не видел.

– Это и есть ваш архив? – на всякий случай уточнил я.

– Инген, – Кирстен, устроившая свой хвост на какой-то каталке, отрицательно помотала головой. – Дэтте эр эт библиотек.

– Библиотека, архив – какая разница?

– Аркивер эр дэр, – девушка махнула куда-то вправо, а потом оттолкнулась от стенки и покатила в указанном направлении.

Я догнал её у дальнего поворота, где вместо стеллажей с книгами сгрудились металлические шкафы с кучей ящичков.

– Хер эр аркивет, – Кирстен погладила ладошкой фасад одного из ящиков.

– Не ругайся, – поморщился я. – Какой уж есть. Зато библиотека у вас хорошая. Знать бы ещё, чем архив от неё отличается. Может, покажешь, что там, внутри?

Русалка пожала плечиками и выдвинула ящик. Внутри он оказался заполнен какими-то карточками. Я взял одну и повертел в руке. Явно не бумага. Не мнётся, не рвётся. На карточке было изображено какое-то странное пятно. Квадратное, но закрашенное не полностью, а разной величины точками. Где-то я читал, что древние врачи-мозгоправы пользовались чем-то подобным, дабы определить степень нормальности пациента. Но я что-то сильно сомневался, что подобным рисуночкам здесь место.

– Что это? – спросил я у своей спутницы.

Она начала что-то мне рассказывать на своём языке. В этом монологе почему-то упоминались куры. А остальных слов я не понял. И смысла отчего-то тоже не уловил.

– Извини, – пожал плечами я. – Не понимаю. Видимо, это не тот архив, что я искал, – я положил карточку обратно в ящик и отвернулся от шкафа. – Пойду, книжки посмотрю, что ли. Люблю, знаешь ли, читать. А ещё больше картинки разглядывать.

И я отправился к ближайшему стеллажу, уже положив глаз на толстый фолиант в зелёном кожаном переплёте. «Greta Thunberg. Min kamp», – гласила обложка. Посредине красовался крупный оттиск раскидистого дерева. Интересно. Какая-то книжка по ботанике? 10

Откинув обложку, я обнаружил на первой странице фотографию девочки с каким-то нездоровым выражением лица. Неужели книга по психиатрии? Может, в ней будет объяснение таинственных карточек из того странного архива? Впрочем, о чём это я?

Перелистнув несколько страниц, я убедился в том, что книга написана на неизвестном мне языке. А потому предпринял целенаправленный поиск картинок. И спустя полсотни страниц не только конкретно в этом преуспел, но и основательно залип. Потому как это были не просто картинки. Это оказалась целая история в картинках. Надеюсь, все события, там изображённые, являлись только гнилым плодом больного воображения автора.

Картинки, сначала похожие на каракули ребёнка, а позже становившиеся всё более реалистичными, рассказывали о том, как звери, птицы, рыбы и даже деревья рвут на части разбегающихся в панике людей всех возрастов, а также крушат разнообразную технику и разносят по кирпичику целые города. Периодически где-то на краю картинки возникала фигура девочки с двумя косичками, которая кривила страшную мордочку и указывала живности цель.

– Иван, – позвала меня Кирстен. Видимо, ей надоело ждать, когда же я насмотрюсь на картинки. – Лад ос ге, – она махнула рукой, показывая, что пора на выход.

Что ж. И в самом деле, чего тут торчать? Всё равно мне не прочитать ни одной книги. А у Эгира мы хотя бы можем нормально пообщаться.

6

Мы снова оказались в коконе из волос с бороды морского царя.

– В архив сходил? – спросил он.