Сергей Греков – Начало новой эпохи (страница 4)
— Думаю, что теперь никогда, — резко ответил Олег.
За дверью была тихо. После послышались удаляющиеся шаги.
Светлов переживал за Кирилла. Единственный человек, которого он мог назвать другом, попал в беду. Но никакой возможности помочь не было. Олег попытался выкинуть мысли из головы, но они раз за разом возвращались. Очередные попытки выйти на связь не увенчались успехов. Обедать не хотелось, но он заставил себя съесть положенную порцию.
Горячий крепкий кофе с сигаретой, выкуренной около открытого окна, привел мысли в порядок. «Если интернет и вся связь перестали работать, то может отключиться и электричество с водой. Нужно сделать запасы. Банкоматы не работают, скоро начнутся погромы в магазинах! — рассудил Светлов. — Срочно нужно приобрести комплект выживальщика. Хотя бы на десять дней, пока не настанет апокалипсис. А что дальше — там видно будет». Запас наличных денег у Олега имелся. Он начал понимать, что скоро эти купюры могут превратиться в фантики, которые годны будут только для растопки костра.
В круглосуточном магазине было несколько покупателей. Один из них набирал в огромных количествах макароны, рис, гречку. Да и всю консервацию, до которой мог дотянуться. Олег взял тележку и последовал примеру неизвестного человека. Покупатель, увидев это, обратился к Светлову:
— Ты ведь тоже всё понял? — легкая улыбка играла на лице запасливого человека.
Олег кивнул. Отвечать не хотелось, хотя мужчина располагал к себе. Он был среднего роста, крепко сбит и коротко стрижен. При этом глаза держал широко открытыми, напоминая великовозрастного ребенка.
— Слушай, я не знаю, сколько это все продлится, но советую не только продуктовый посетить, но еще и раздел с химией и с дачным оборудованием, — начал наставлять запасливый покупатель. — Тебе ведь Голос не сообщал, что будет апокалипсис? Вот и мне нет. Просто жизнь поменяется, но нам и тогда придется что-то есть, а также стирать одежду и прочее. Бывай!
«Логично, в принципе, но сперва нужно обеспечить себя хотя бы на то время, пока таймер апокалипсиса не подойдет к концу,» — подумал Олег, набирая супы быстрого приготовления и банки с тушенкой и овощами.
Когда Олег был на кассе, в магазин ворвалась женщина. Она попыталась схватить один из пакетов, принадлежащих Светлову. Из новостей было понятно, что нельзя проявлять агрессию по отношению к другим людям. Он спокойно встал спиной, перегородив свои товары.
— Ты, мразь, — закричала женщина, пытаясь расцарапать лицо. — Ты должен отдать это мне! У меня маленькие дети, и я беременна! У меня почти не осталось жизней из-за таких тварей как ты и тебе подобных! Вы всегда были мажорами и жили только за наш счет!
Мужчина, что советовал запастись химией, попробовал остановить неадекватную посетительницу. Но женщина распалялась все громче:
— Вы твари, вы все сдохните! — визжала она. — Это Сатана пришел! И это он с нами говорил! Я сейчас общалась с ним! Я должна отнять твои товары!
Великовозрастный ребенок замахнулся. Его ладонь остановилась у самого лица психованной. Глаза запасливого человека стали еще шире. Он проговорил, пытаясь скрыть обиду:
— Ты отняла одну жизнь. У меня их осталось всего девять.
«Девять? Так мало? На кого же ты нападал все время, раз так успел испортить себе статистику?» — удивился Олег, но тут услышал новое лицо:
— Девять — это много. У меня их изначально было восемь, — раздался рядом голос здорового бородатого типа в ковбойской шляпе.
— У меня девятнадцать, — сказал старик, что стоял с девочкой за руку.
— А у меня семь, — призналась малютка.
— Твааари! — психопатка начала истаивать на глазах. От нее отделился какой-то сгусток и упал в пакет Олега. Светлов сделал вид, что ничего не произошло.
— Дедушка, — малышка заглянула в глаза родственника, — что это сейчас было? Теперь люди будут вот так умирать, да?
— Не знаю, солнышко! — обеспокоенно произнес пожилой человек. — Теперь я ни в чем не уверен.
Олег молча забрал сдачу и покупки. Говорить, что в его пакете оказалось нечто запредельное, он не стал. Да и про количество своих жизней тоже решил не распространяться. Другим знать про это было ни к чему. Наступает время, когда у всех появляются секреты.
Глава 3. Знакомства.
Олег обратил внимание, что на улицу вышло много людей. Нарастающая паника населения не предвещала ничего хорошего. Четыре пакета, загруженные под завязку, почти не ощущались. Это было странно, ведь двадцать килограммов — большой вес.
Светлов подходил к дому. Трое парней преградили подъездную дверь:
— А ты куда это собрался? — шлейф перегара тянулся за молодым человеком в кепке с надписью, гласящая, что он сотрудник ФСБ.
— Домой, — ухмыльнулся Олега. Он приблизился вплотную с псевдофедералу и посмотрел в его пьяные глаза. — Помешать хочешь?
— Тебе жить надоело что ли? — опешил кепка.
— Нет, а тебе? А ты замахнись и ударь посильнее. Давай, смелый ты наш! — Светлов начал подначиваться человека, перегородившего путь. — Сколько у тебя жизней осталось? Двадцать? Десять? Ну же! Давай! Или подвинься, раз смелости нет.
— Витек, оставь его, — проблеял укуренный голос. — Видишь, чел какой-то ненормальный. Вдруг это заразно? Ха-ха.
— Я тебя запомнил. Мне Бог сказал, — произнес третий парень, — что через десять дней защита с таких как ты спадет. И можно будет развлекаться.
Парни посторонились. Они скалились, смотря Олегу вслед. «Так, понятно, если не произойдет конца света, то от них нужно будет держаться подальше,» — подумал он, плечом задевая того, кто говорил странным голосом.
Светлов начал разбирать пакеты. В одном из них оказалась светящаяся субстанция. По форме она напоминало семечко подсолнечника, но было немного крупнее и неведомым образом давило на руку. Создавалось ощущение, что в нем почти килограмм. «Странно, а ведь вес пакетов совершенно не ощущался!» — он взглянул на свои ладони, которые были гладкими, хотя обычно тяжелые сумки оставляли красные углубления от давления. Перед глазами зарябило и появилась надпись:
Когда Олег точно разобрался в сплывших словах, они исчезли. Количество жизней, что теперь всегда отображалось перед ним, воспринималось как само собой разумеющиеся. Светлов принял это сразу, но вот надпись была чужеродной. Попытки вызвать пояснения мысленным нажатием никакого эффекта не дали.
«Интересно, с чем связано разное количество жизней? Почему у одних меньше десяти, а другие как я? И у кого максимальное количество? Да и почему люди так легко приняли то, что на периферии зрения теперь мелькают символы?» — Олег задавал себе вопрос за вопросом, но ответов не было.
Есть фраза, говорящая, что имея — не ценим, а потерявши — плачем. Прошло несколько часов после отключения интернета, а в голове уже появляется информационная пустота. Раньше было проще: если есть вопрос, то задай его правильно и сразу же получишь ответ. А теперь и узнать не у кого. Или есть кто-то? Олег вспомнил недружелюбную тройку, стоящую у подъезда. По неизвестному наитию он взял бутылку «Русского стандарта», которая стояла у него с незапамятных времен. Прихватил и пачку сигарет с чипсами и отправился к недружелюбной группе.
— О, дерзкий опять куда-то топает, — сказал третий, который общался с Богом.
— Ни куда-то, а к вам. И с гостинцем! — доставая бутылку со «Стандартом», сказал Олег. — А то общение у нас странным получилось, не находите?
Троица переглянулась, а после кепка протянул руку:
— Витёк.
Светлов знал, что его ладонь пытаются крепко сдавить. Люди, подобные Витьку, уважали и любили силу. Вот только никакого дискомфорта это не вызвало. Укуренный же протянул свою тонкую, по-женски изящную ладошку, которая слегка соприкоснулась с Олегом.
Странно, но парни оказались адекватными. Обрадованные сорокаградусному подарку, они поделились своей историей общения с Голосом во время инициализации. И информации им было передано намного больше:
— Ну, короче, сперва я думал, что перебрал с алкашкой, а потом понял, что всё реально происходит. И самое странное, что я просто принял это. Нам вообще идти надо, но кратко расскажем, а ты пока разливай, раз сам принес, — в руках Витька материализовалась стопка пластиковых одноразовых стаканчиков, которые был распределены между остальными. Олег не стал упрямиться и взял свой, хотя водку никогда не любил. — Десять дней будет перестраиваться организм. Нас нельзя убить, но мы можем умереть, — начал историю кепка под звуки наполняемой тары. — А через десять дней мы перестанем быть неуязвимыми. Генка, мой кент, сказал, что у нас откроется третий глаз, с помощью которого мы будем видеть всё. Так и не понял, что именно «всё», но сказал, что «всё». С жизнями тоже непонятно. Но другой кент предположил, что, чем меньше начальная иници…тьфу, мля. Короче, чем быстрее ты очнулся, тем больше у тебя жизней. Вот у меня их осталось четырнадцать, а у тебя?
— Столько же, — не моргнув глазом, соврал Олег.
— О, да ты силен! Быстро справился. Красава! Давай краба! — Витек ухмыльнулся. — А вот эти два бездаря получили десять и восемь. Все люди сравнялись. И никак не получается повысить лимит. Я был в качалке сегодня, так там все воют. Качки, которые по сто пятьдесят кило брали, теперь сорок девять с мелочью жмут. И девчонки тоже. И развить никак не получается. Один рассказывал, что десять часов потратил, чтобы взять больше, дважды умер, но не вытянул. Нас ограничили во всем. Бег тоже только с определенной скоростью. И прыжки. Так что нам всем писец. Китайцы нам зададут трепку, — расписал будущий политический расклад псевдосотрудник ФСБ. — Их же дохера, а нас мало. Ладно, дерзкий, давай добьем пол-литрушечку, да потопаем мы. И так задержались тут почему-то, а могли бы уже бегать и продавать сувенирку! — глаза Витька почему-то засияли. — Студенты в клубах её разбирают влет.