Сергей Горяйнов – Между (страница 8)
Обернулся.
На берегу только пальмы и тусклый свет, еще не решивший, становиться ли утром.
Сергей не давал ему провалиться — упрямо тащил его обратно.
— Так вы больше… никогда не встречались?
Он возвращал всё в рамки реальности — туда, где чудо ставят в очередь под порядковым номером.
— Не встре-ча-лись, — БабУшка запнулся.
Сергей всматривался в него — искал человека, который исчез.
— Отпусти, — тихо сказал он. — Когда это было?
Олег осел, пальцы ушли в песок глубже, чем нужно — будто проверял, удержит ли его что-то здесь.
— Для меня — вчера. Римма пропала. И вместе с ней исчезло все, ради чего имело смысл просыпаться.
Он посмотрел на воду.
— Не умерла.
Переоформили.
Штаты. Вегас. Брак.
Всё.
На горизонте проступил багровый шов — небо стягивали наспех.
— Она растворилась в другом мире.
Я — в водке, в колесах.
Версия жизни — Post-Rimma.
Бросить бы пить… да незачем. Стирание — вопрос времени.
Дни не шли — копировались.
Ночи не кончались.
Сон приходил, но ничего не выключал.
Только подтверждал: ждать больше некого.
Вспоминал — аккуратно. Пока не начинало мутить.
Одно слово — и всё пошло не туда.
Не успел.
Не на встречу — на нас.
Только книги делали вид, что текст еще можно переписать.
Олег пожал плечами.
— Однажды шел из библиотеки умиротворенный — почти Будда на пенсии.
И вдруг — визг шин.
Черный седан вылетел к остановке, как к окошку выдачи зарплаты.
Из него вывалились бородатые — один в галстуке, другой в красных кроссовках, третий — чернее всех.
Без суеты схватили девчонку — до боли похожую на Римму.
Удар — и в салон.
Спокойно.
Привычно.
Дверь захлопнулась.
Всё.
Никто не закричал.
Никто не вмешался.
Я запомнил только движение.
Хруст.
Три тела на асфальте.
Девчонка очнулась, всхлипнула и исчезла за углом.
А я — остался.
Всю ночь смотрел на Римму.
Смотрел не на снимок — в собственную пустоту.
Пил.
Пока не упал.
Пол — гуру, что надо. Объясняет быстро, доходчиво и без слов.
Грудь сжало. Резко.
Я лежал, хватая ртом пустоту, будто дышать теперь нужно было иначе.
Поздно.
Свет начал проваливаться — не гаснуть, а складываться внутрь.
Римма на фото улыбалась.
Там мы еще были людьми.
Не последствиями собственных решений.
В конце всем нужна чья-то рука.
А у меня — никого.
Снимок упал.
Стекло треснуло.
Глава IV. Чистовик
Я падал вниз.