Сергей Городецкий – Прощание с Ленинградом (страница 10)
Чем больше спрашиваешь с себя, тем больше спрашивается с тебя.
Человеческая склонность – видеть в другом то, чем глубоко страдаешь сам.
Все подчинено гармонии. Движение во времени – клавиатура.
Пахнет прелой сыростью на развалинах домов.
Это есть в каждом. Важно то, насколько каждый в себе это победил.
Все остается, только отходит на задний план.
Свобода. Невозможно быть свободным всегда. Свобода – малый период, когда преодолена ступень, а на новую еще не вступил. Но чем выше поднимаешься, тем свободней становишься (слабее связь с ядром).
Электрон излучает, переходя с высшего уровня на низший.
Чтобы система была устойчивой, необходимо заполнение всех низших уровней.
Живое создано для того, чтобы нейтрализовать возрастание энтропии (беспорядка).
Счастье – когда ты рядом с близкими тебе существами.
Несчастье – когда расстаешься с ними навсегда.
Жизнь как уличное движение. Не свернуть. Хочешь или нет – надо везти себя до конца.
Это не высота. Это возвышенность. Дальше – сверкающие снегом горы.
Пробило полночь. Собака почувствовала каждой клеткой своего существа безотчетный, всеподавляющий страх. Она попятилась к входной двери, дрожа всем телом, шерсть на ее спине поднялась. Лаять она не могла и лишь тихо рычала. В доме было пусто, и она не могла быть смелой – ей некого было защищать. Тем временем тревожное чувство в ней приняло реальные очертания: в средней комнате ходили. Скрипел паркет, и на столе хозяина кто-то переставлял вещи. Потом упала книга, послышался звук, похожий на завывание ветра в вентиляционной трубе. Вдруг дверь приотворилась, и ей показалось, что она видит своего хозяина…
Белое, прозрачное лицо с черными пустыми глазницами. Она снова видит его! Но вместо радости ей сделалось жутко, и она, скуля и рыча, принялась рвать зубами обивку, чтобы выбраться наружу. Но дверь была заперта…
Еще не все прошло, еще не все потеряно, еще не отцвели осенние цветы. И за моим окном еще светло и зелено…
Возвращение – осень.
Рождение – открытие. Мы существовали всегда, только родились в этот мир – открылись ему (бессмертие).
Восток – бескрайняя страна крайностей.
Нести суть, а не описывать броуновское движение человеческих отношений.
Скрипка – королева музыки.
Чудаки – слабые, добрые люди.
Право на жизнь – звучит сомнительно. Они хотят жить – скользко.
Люди обязаны жить, хотят они этого или нет.
Жизнь как невыученный урок.
Юмор – выше верхнего предела серьезного.
Пошлость – ниже нижнего.
Мелочиться – мерить молекулы портновским метром.
Первый враг человека – лень.
В природе нет ничего совершенного, абсолютного (абсолютно совершенного). Абсолютное – предел, к которому стремится вечно несовершенное.
Сейчас цивилизация в периоде детства. Это говорит о том, что будет отрочество – юность – зрелость – старость – смерть. Такова формула бытия. И это объясняет многое. Атомы сходны по строению с планетарными системами и органически включены в них, галактики строятся по сходным принципам и включают в себя предыдущее, сами, в свою очередь, будучи включены в метагалактики и т. д. Спираль эта бесконечна в сторону развития (бесконечна ли в сторону начала?). Таким же образом любую клетку организма можно отождествить с самим организмом, и жизнь человека сродни жизни человечества (организм человека по структуре сходен с общественным), и человечество неизбежно погибнет в физическом смысле, и это будет естественно, но это будет переход в иное, более высокое качество на новом витке спирали, которую включает в себя некая, порядком выше циклоида и которая, в свою очередь, является составляющей спирали порядком выше, нежели предыдущая, и так далее.
Что это за следующая ступень, вернее что (кто) будет потомком человечества (жизни вообще)? Видимо некая субстанция, существующая уже ныне…
Человек, вобрав в себя все многообразие животного мира, сам является животным (вампиры чистоплотны).
Вкусы у всех одинаковы. Разница – в привычках.
Единственное состояние человека, как и всего живого, – борьба.
Это движущая сила развития. Общество, лишенное этого (однопартийная система, централизованное управление и т.д.), неизбежно потерпит поражение (самоопыление и внутриутробное развитие дает хилые, мелкие плоды).
Хилые деревца, жидкая, стриженная трава – жалкая усмешка природы. Мы в городе теряем связь с ней. Человек остается собой только во взаимосвязи с окружающим миром. Но корни, связывающие нас с землей, прочно погребены под слоем асфальта.
Основная обязанность женщин – рожать. Все остальное – приложение.
Пламя революции, зажженное в начале века, чадило, разгораясь.
Клубы дыма принимали замысловатые очертания бесчисленных идей, течений. На фоне темнеющего неба в этом дыму великим множеством вспыхивали и гасли тысячи ярких точек. Они стремились вверх, подхваченные жарким дыханием огня и небо, оставаясь все тем же, казалось сквозь это смешение чудовищной, диковинной фантасмагорией, искажался свет далеких звезд, вибрировала лунная аура, и догорающий закат сливался с разгорающимся пламенем. А те яркие искорки, вознесенные ввысь, догорали, вдруг тускнели и падали вниз бесформенными черными хлопьями, разносимые ветром по всей земле.
Надо относиться к женщинам как к матерям и женам своим, к детям – как к детям своим, к старикам – как к детям малым.
Из двух зол выбирают то, которое принесет больше пользы.
Писать для того, чтобы люди чувствовали, что они не одиноки в своих мыслях и чаяниях.
Чем дальше, тем более отчетливо вырисовывается то, что наше движение (как и движение других категорий) во времени-пространстве есть процесс волновой, дискретный, и что любую форму проявления (существования, бытия) можно так или иначе описать этим процессом, и что эти формы реально существуют (проявляются только в том случае, когда есть наличие их движения относительно времени (время не движется – мы движемся относительно времени), и изменение этих форм, их взаимные превращения при взаимодействий, происходят по законам этого процесса, сходными с законами процессов волновых (только со своего рода «релятивистскими» поправками на данную форму существования и движения материи – жизнь, бытие), и что, исходя из этого, все должно повторяться в одной и той же фазе, только в другом уже периоде (аккорды те же – октавы разные).
Музыка гладила воспаленные нервы, и они постепенно успокаивались.
Большинство поэтов созерцают и вздыхают. Искусство должно поднимать.
Самый трудный путь – всегда самый короткий.
– То, что хочется, всегда не то, что нужно.
Дело, не доведенное до конца, все равно что несделанное дело.
В нашей любви к детям сокрыта общая формула любви. В нашем отношении к ним – общая формула счастья.
Эмоциональное искусство имеет смысл, так как оно верно, но оно созерцательно и не является движущей силой.
Относительное добро ближе к злу, чем зло относительное (полуправда).
Как ты сам к себе относишься, так и к тебе относятся.
Найти себя в жизни – найти то качество, в котором ты будешь максимально полезен окружающему.
Надо ярко светить, надо жарко гореть, чтобы души людские согреть.
Молодость нестабильна. Она, пытаясь найти свою, природой данную форму, всегда впадает в крайности.