Сергей Гончаров – Помнить будущее (страница 7)

В это утро Тим оделся довольно обыденно. Никаких цепей, косухи, конверсов. Чёрная футболка без принта, синие джинсы, да кроссовки. Пожалел, что не накинул кофту – утренний холодок кусался. Он в последний момент решил прогуляться, а не ехать на машине, как обычно, поэтому о кофте подумал слишком поздно.

Высокий, с в меру длинными чёрными волосами, лёгкой небритостью, придававшей лицу суровости – Тим знал, что нравился девушкам. Привык к этому. От поклонниц вообще отбоя не было. Правда, ни с одной из них он не хотел остаться дольше, чем на пару ночей. Шагая этим чудесным утром по улице, он замечал взгляды противоположного пола.

Вообще так рано репетиции не проводились. Однако у группы наметился большой концерт. Первый их стадион. Целых три часа им предстояло пробыть на сцене. От этого вечера зависело многое – в том числе большой тур по крупным городам России. Никто из команды не желал ударить в грязь лицом и лишиться внушительного заработка. Поэтому работать решили ударно.

Тим шагал по улице, глядел на прохожих, направлявшихся на работу, и радовался, что, наперекор родителям, решил пойти своим путём. Иначе бы сейчас так же спешил на работу – и никакой десятичасовой игры на гитаре каждый день, никакого стадиона, полного поклонников, никакой свободной жизни, а самое главное – никакой стабильности. Называть единственный источник дохода стабильностью, всё равно, что болото именовать морем – лишь дело времени, когда такая «стабильность» неожиданно утянет на дно.

Тим повернул за угол дома. До репетиционной базы оставался квартал. На глаза попалась кофейня. Лидер «Паронима» понял, что в это утро ему для полного счастья не хватало лишь латте. Обратил внимание на припаркованную синюю машину. На водительском сиденье находился габаритный, коротко стриженный мужик лет сорока с настолько хмурым выражением на лице, будто грозовую тучу проглотил. В большинстве машин, передвигавшихся по дорогам, уже отсутствовало рулевое колесо. Однако у этого типа рулевое колесо присутствовало, а сиденья имели классическое расположение. При этом транспортное средство не выглядело древним. Скорее всего, машина принадлежала полицейскому, врачу или другому работнику госорганов, которому иногда следовало переключаться на ручное управление.

Через полупрозрачные стены кофейни Тим видел, что внутри находилась девушка. Стоило ему войти внутрь, как он замер, не в силах пошевелиться. Его взгляд словно прилип к высокой блондинке, по виду ровеснице. Одетая в бежевую юбку до колен, в туфлях на низком каблуке и серой кофте – она показалась ему богиней, сошедшей на Землю. Ещё никогда Тим не испытывал подобных чувств, хотя девушек в его постели побывало немало. Он просто стоял и смотрел на блондинку, напрочь позабыв о латте.

Жанна обратила внимание на нового посетителя кофейни. Она привыкла к мужскому вниманию, но подобное в её жизни случилось впервые. Украдкой поглядела на парня. Сразу поняла, чем он занимается. Его лицо показалось знакомым, но где его видела – не вспомнила. Решила, что подобная встреча может быть полезна.

Бариста закончил готовить два кофе. Поставил стаканчики в фирменную картонную подставку.

– Спасибо! – взяла Жанна держатель с напитком и направилась к выходу.

Сама не поняла, что её заставило поглядеть на музыканта и улыбнуться ему. В следующий миг вышла из кофейни, направилась к отцовской машине.

– Что вам приготовить? – поинтересовался бариста у посетителя, который не мог оторвать взгляд от блондинки.

Эти слова словно выдернули Тима из забытья. Он осознал, что если не догонит девушку – это будет самой огромной ошибкой в его жизни.

Он не верил в любовь с первого взгляда, свято уверенный, что это сказка для романтичных дурочек. Это утро кардинально изменило его мировоззрение. Теперь он точно знал – любовь с первого взгляда существует. Не ответив баристе, выскочил из кофейни. Быстрым шагом направился за блондинкой. Понял, что она направлялась как раз к тому автомобилю, где сидел крупный мужик с хмурым лицом. На её безымянном пальце отсутствовало обручальное кольцо. Мужик явно старше. Поэтому Тим пришёл к выводу, что это отец. Спустя двадцать секунд он поравнялся с Жанной. Время крайне ограничено, а в голову, как назло, не приходило ни одной дельной мысли.

– Разрешите с вами познакомиться? – спросил Тим такую банальщину, от которой у самого зубы свело.

Больше всего на свете он в этот момент опасался, что девушка ответит: «Нет». Жанна поглядела на неожиданного поклонника. До машины, где сидел отец, оставались считанные шаги.

– Меня зовут Жанна, – представилась она.

– Меня Тим! – быстро ответил парень.

– Мой номер… – и Жанна продиктовала цифры, которые музыкант тут же внёс в телефон.

Как раз к тому моменту, когда она назвала последние, они дошли к машине. Тимофей пронаблюдал, как девушка опустилась на переднее сиденье рядом с хмурым типом. Уже в следующий момент машина тронулась. Тим стоял и смотрел вслед синему транспортному средству, пока оно не затерялось в железном потоке. В душе весенними голосами пели птицы. Тим осознал, что нашёл ту, с которой хотел бы провести все-все дни, отпущенные судьбой. Понимал, что совершенно не знал эту девушку, чтобы делать такие выводы. Однако не всё можно объяснить разумом. Сердце порой умнее.

Семён принял из рук дочери стакан с кофе. Отхлебнул. Затем спросил:

– Оп-па… Это что за очередной утырок?

Он всех ухажёров дочери так называл. Некоторые, особо дерзкие, даже удостоились чести полетать с его крыльца.

– Да так… – ответила дочь, отхлебнув кофе. – Познакомилась только что.

– Чтобы я этого утырка патлатого больше не видел! – приказал Семён.

Машина в этот момент затормозила на светофоре. Рядом остановился ещё советский самосвал ЗИЛ с синей кабиной. Каждая из его деталей несла на себе ржавчину.

– Ё-моё! – хмыкнул Семён. – Давно такого раритета не видел! Умели ж в СССР вещи делать! Ёппа, уже проржавел весь, а до сих пор на ходу!

Жанна, конечно, глянула на машину, которая более чем в четыре раза старше неё, но никак не прокомментировала. Светофор загорелся зелёным. Древний самосвал тронулся, обдавая густой чёрной гарью следовавшие за ним роботизированные транспортные средства.

– Ты меня поняла? – повернулся отец к дочери. – Ёпрст… Ещё мне не хватало всяких патлатых бездельников…

– Зря ты так, – отхлебнула Жанна кофе, мечтательно поглядывая в окно. – Он вообще ничего.

Семён засопел, точно насос, лишённый жидкости для перекачки. Решил промолчать, понимая, что дочь могла его специально провоцировать. В последнее время такое нередко случалось.

Постарался отвлечься. Сделал глоток кофе, начал наблюдать за дорогой. Несколько минут ехали в молчании. Жанна нырнула в сумочку, вытащила телефон, принялась в нём что-то листать. Семён поначалу старался не смотреть в её экран. После всё же не удержался и заглянул. Дочь листала канал Милены Измайловой, блогерши, к которой Семён как раз собирался отправиться после того, как завезёт Жанну в институт.

– Оп-па… И как она тебе? – постарался он смягчить голос, примириться и поговорить о том, что интересно дочери.

– В здоровом питании хорошо разбиралась, – после некоторой заминки ответила Жанна. – Жаль, конечно, хорошая была блогерша. Останови здесь, – попросила она. – Я дальше пешком пойду – хочу прогуляться.

При других обстоятельствах Семён бы не послушал дочь, довёз бы её до входа в институт. Однако в этот день ему выгоднее сделать так, как она попросила, иначе потом пришлось бы кружить десять минут по развязкам. Поэтому он приказал машине припарковаться, что авто и совершило.

– Удачного дня, – сказала Жанна, покидая транспортное средство.

***

По дороге к напарнику, Семён подумывал надеть психомаску, но так и не определился, какую именно. Решил вообще её не использовать, побыть собой, подумать свои мысли.

Когда он заехал за Платоном, тот ожидал на крыльце. Воздух к этому времени заметно потеплел.

Первое время ехали молча. Семёну показалось, будто напарника что-то грызло. Впрочем, ему так уже казалось несколько месяцев. По времени приблизительно совпало, что у него сильно изменилась дочь, а Платон превратился в мрачную тучу. Семён пару раз пытался поговорить с напарником, расспросить, но бесполезно.

По радио шла передача, гостем в которой стала очередная певичка ртом, чей отец сделал состояние на фондовом рынке, после решил проплатить звёздное будущее дитятки. Последние пару месяцев об этой исполнительнице незамысловатых песен говорили везде. Даже умные холодильники, бывало, предлагали купить билеты на её концерт.

Артистку, как водится, спросили, как она относится к собственным психомаскам. Семён с Платоном ещё ни разу не сталкивались с её психослепками, даже не знали об их существовании. Гостья заявила, что терпеть не может людей, которые надели её психомаску.

– Это… эээ… как бы это… эээ… знаете… – говорила она томным голосом. – Как это… эээ… общаться с самой собой… эээ… ну это… через зеркало. Ага. Понимаешь? Это… эээ… ну как бы… эээ… не очень это… приятно. Ну типа того… эээ… как бы это сказать… эээ… ты общаешься с человечком и… это… ну эээ… видишь эти… те же ухмылки, улыбки… эээ… в общем это всё… ну типа это… что в себе того, ну-у-у это… что не нравится, короче. Даже это… эээ… думают они так же, как я. Ага. Понимаешь? Поэтому я это… эээ… стараюсь не общаться с теми, кто это… ну того… в моей психомаске…