Сергей Герасёв – Третий рабочий день (страница 2)

В чём же тогда смысл? В силе. Таких «титанов» можно отправить на первородную планету конкурента и захватить всё её население, получив одним ударом десятки тысяч готовых душ, целый новый «банк». Это качественный скачок, возможность рывка. Николай Николаевич, скажу прямо: такие титаны и не только они, уже не раз захватывали Землю. Они оставляли старую архитектуру как отголоски мёртвых цивилизаций, словно археологические слои. На Земле намешаны десятки пластов от разных инженеров. Вы и сами видели их следы, когда были там.

Вспомните ту идею с энергосистемой, основанной на эфирном электролизе? Очень изящная технология, она почти вывела один из прошлых проектов на новый уровень. Но проект пал, а после него остались лишь «церкви». Эти инфраструктурные узлы той сети, фокусировавшие продольные электромагнитные волны и служившие резонаторами мировой линии. Наш нынешний Инженер, анализируя руины, решил не открывать уже открытые контуры, а адаптировать находку. Он не строит новые храмы, а перенастраивает древние резонаторы, заставляя забытые антенны ловить не рассеянный сигнал прошлого, а строго калиброванный импульс своей сети, обращённый в нашу с вами веру. Хитро? Да. Но такова игра. Вы не просто строите с нуля, а вы отстраиваете руины, используете чужой мусор как ресурс и учитесь на тысячах чужих ошибок, записанных в геологических слоях и генетической памяти вида.

– Минос, теперь многое проясняется… Ход мыслей нашего Инженера начинает вырисовываться.

– Вы, Николай Николаевич, знаете о нём ещё не всё. Его базовые концепты до сих пор кочуют по сетям Вселенной и используются другими игроками. Как открытый исходный код великой эпохи.

– Фантастика… Хотя, какое уж тут скромное слово «фантастика». Это… это…

– Это идеально спланированная система с замкнутым контуром! Самоподдерживающийся цикл.

– Да! Именно так я и хотел сказать…

– Я был уверен! – в голосе Миноса прозвучала узнаваемая «нотка» иронии и одобрения. – Вы схватываете суть на лету, Николай Николаевич.

– Минос, а вот вопрос, который я задавал раньше, но теперь он звучит иначе… Можно ли загрузить душу… Вот этот эталонный модуль… В слоновью или китовую нейросеть? Архитектура иная, фазы сна короче… Возможно, в этом есть потенциал для оптимизации? Для выхода за рамки базового восьмичасового такта?

– Можно. И комбинировать. Раньше были и минотавры, и циклопы. Компиляции разных биологических шаблонов. Но нашу Землю постоянно захватывают, и каждый раз делают откат до базовой, отлаженной конфигурации. Наша система находится на границе четырёх крупных секторов, которыми владеют Инженеры-старожилы. У них сотни тысяч звёздных систем. А мы, как незащищённый островок, который постоянно атакуют. Поэтому вечный сброс и откат. Как только проходит три сотни лет, то немедленное вторжение. Наш Инженер потерял все активы и начинает с нуля.

– Да… Знали бы люди, что на самом деле происходит во сне. Это же удалённая отладка и обновление «прошивки».

– Николай Николаевич, у Вас есть уникальная возможность им это рассказать. Отправьте команду туда. Вот процессор, и он в вашем распоряжении.

– Минос, я не уме…

– Умеете. У Вас открыты максимальные права доступа. Инженер инициировал новую перезагрузку, выбрав Вас консультантом. Проведя Вас через все предыдущие симуляции, которые работали стабильно, он хочет найти баг, который заморозил развитие. По плану человечество уже должно было уметь выстраивать планетарный щит и флот для обороны системы. А они едва оторвались от Земли и до сих пор верят в добрых гуманоидов. Хотя биология каждый день показывает: каждый вид враждебен к другому. Да, бывают альянсы и Инженеры их используют. Если кто-то открыл новую технологию, синтез стабильных сверхтяжёлых элементов, например, почему не заключить пакт?

– Я попробую, Минос.

Николай Николаевич подошёл к процессору. Внешне это чёрный куб со светящимися рёбрами. Вглядевшись, он увидел не прибор, а прямое отображение данных: бесчисленные потоки сновидений, пакеты памяти, микрообновления, летящие к спящим мозгам и обратно. Это был интерфейс прямого доступа к подсознанию человечества. Внеся несколько правок в информационный поток, словно поправив код в работающей нейросети.

Николай Николаевич отправил этот пакет обратно, сюда, к нам.

– Минос, люди в целом догадываются, что сон – это что-то важное. Но такие детали…Невозможно узнать.

– Исходная концепция у людей всегда правильная. Проблема в управлении. Будь Вы на месте Инженера, зная, что через триста лет может прийти рейд и отформатировать ваши накопления, что бы Вы сделали? Человечество нужно вести шаг за шагом. Вы можете подсветить им технологии, но они должны изобрести их сами, адаптироваться, не уничтожить себя в процессе. Сколько случаев, когда Инженер давал прямой доступ к знаниям, а цивилизация стирала себя в ходе войн. Это сложнейшая система. Каждая душа, ваш энергетический капитал. Их надо беречь, направлять, вести.

– Какая сложная игра… Трудно принять, что всё игра.

– «Игра» – это лишь человеческое понятие, за которым скрыта гораздо более сложная суть фрактально замкнутого модуля сети. Всё это текущий способ существования, способ движения. Сборщик создал этот уникальный концепт, который работает как микропроцессор дуального, квантово-запутанного мира: где каждый сознательный сигнал одновременно и команда, и данные; где прошлое и будущее лишь разные уровни кэша; а реальность – это бесконечная рекурсия вычислений, стремящихся к равновесию.

Глава II Нейро-фэнтези

Николай Николаевич продолжил своё перемещение по трёхмерной сфере. По мере удаления от Процессора Сна открывались новые детали этого удивительного, тайного «уголка» мироздания. Воздух (или то, что его заменяло здесь) был наполнен едва слышным гулом, как фоновая работа вентиляторов, и мерцающим, как статическое электричество. Под ногами, точнее под точкой его сознательного присутствия тянулась бесконечно сложная решётка из золотистых линий, образующих геометрически идеальные шестиугольники. Между ними пульсировал холодный, голубоватый свет, перетекающий от одного узла к другому, будто по капиллярам.

Пройдя «северный мост» эту массивную, похожую на кристаллический мост структуру, испещрённую сверкающими ручейками данных, он увидел странное сооружение. Это был «забор», который ничего не огораживал и состоял из двух параллельных рядов идеально одинаковых вертикальных стержней. Между стержнями мерцала тончайшая энергетическая плёнка, и каждый стержень был увенчан сложным контактом, напоминающим то ли розетку, то ли разъём для какого-то непостижимого кабеля. Вся конструкция излучала тихое, готовое к работе ожидание.

– Минос, что это за странный «забор»?

– Это слоты расширения, – ответил Минос, и в его голосе послышалась та самая узнаваемая нота иронии, будто он ждал этого вопроса.

– Не может быть! – удивился Николай. – Это же как…

Минос мягко перебил его, не дав договорить.

– Да. Именно так, – спокойно подтвердил он.

– Чудо… Чудовищно восхитительно! Бог ты мой! – в эйфории от нового понимания устройства мира восклицал Николай.

– До Бога нам ещё далеко. Да и задачки у него посложнее наших. А время вышло, а у нас «конь не валялся», ха-ха! – Минос рассмеялся. – Эко весело жить!

– Минос, что с тобой? Чему ты так радуешься?

– Да вспомнилось… Лихая молодость… Эх… – глубоко вздохнул Минос, сохраняя на лице задумчивую улыбку.

– Значит, фрактальное подобие сохраняется везде?

– Да. Ветвистая структура, образованная простой формулой, методом копирования увеличивается. В какой-то момент всё становится настолько сложным, и в то же время сохраняется абсолютная простота. Такая система функционирует лишь на внутреннем движении, которое Инженеры и поддерживают. А чтобы им не было скучно, придумана «игра».

– Банальная игра?

– Я же говорю, Николай Николаевич: простая формула рождает сложную игру. Как бы вам объяснить… Ну, например, у вас есть одна снежинка, и ваша задача рассчитать место её падения с высоты N. Есть все данные: плотность воздуха, скорость ветра… Сложно, но возможно. Вот у вас и есть формула для одной снежинки. А теперь представьте снегопад. Лютую метель. И вам нужно рассчитать траекторию каждой снежинки.

– Я понял… – начал Николай.

– Ничего ты не понял, – улыбнулся Минос. – Чтобы сделать те же расчёты для каждой снежинки, вам потребуется колоссальная мощность. Мощность требует энергии, а энергия имеет предел. Вот тут вы и провалитесь.

– Поэтому Инженеры не создают гигантских существ, способных легко захватывать планеты?

– Конечно! Были уже такие «специалисты». Развили они человечество до стадии, когда те смогли синтезировать ДНК, и создали «монстра», который должен был защитить их солнечную систему. Несколько тысяч тонн урана, термоядерный синтез… Существо начало оживать. Расти. Но любое существо требует энергии, и оно принялось пожирать энергию солнца. Тут-то и наступило прозрение, но было уже поздно. Для Инженера это всего лишь одна душа, а солнце не даёт столько энергии, сколько «жрёт» это создание. Да ещё в ДНК-коде ошибку допустили… Существо росло с чудовищной скоростью, видимо, с ураном переборщили, хе-хе. Бывает. Особенно с ураном… Но о чём я, отвлёкся.

– Существо росло слишком быстро… – напомнил Николай.